просто персонаж в зале, которому выпала честь стать единственным зрителем на этом представлении с единственным актером.
Наконец, член полностью исчезает в его анусе, а мне на бедра падают его яйца, которые начинают постукивать о мою кожу, пока мой клиент трахает сам себя страпоном. Его руки скользят по его же груди, наверное, представляя себе, что вместо волосатых сосков там находится упругая женская грудь.
— Скажи мне, что я сучка! — говорит мне он.
— Ты сучка! — послушно обзываю его я. — Ты грязная сучка и шлюха, которая охренительно трахается.
— Ты сейчас кончишь? — спрашивает он, а я смотрю на его член, из которого начинает появляться белая смазка, которая свидетельствует о том, что он сам скоро кончит.
— Да, я сейчас кончу! В тебя кончу, сучка!
Он довольно улыбается, продолжая подпрыгивать на латексном фаллосе и попискивать от одного ему ведомого удовольствия. Потом он резко подскакивает и подсовывает мне под нос свой член, из которого летят лохмотья спермы и падают мне на лицо.
— Я сучка! — верещит он, тряся своим членом. — Я самая настоящая шлюха! Ты трахнул меня, мой господин! О боже, как хорошо ты меня трахнул!
Сперма еще некоторое время вырывается из его головки, а потом он успокаивается, и на смену довольству, гримаса брезгливости появляется на его лице.
Он срывает с себя платье и швыряет его в сторону, а потом со всей силы ударяет меня по груди, больно задев сосок. Я вскрикиваю, а он испуганно смотрит на мою грудь, на которой проявляется отпечаток от его удара. Он выбегает из комнаты и скрывается в ванной.
Я же продолжаю лежать на кровати, в сперме и с членом внизу живота. Болит грудь, я пытаюсь вытереть лицо о свои руки, потому что противная сперма начинает засыхать, заставляя зудеть мою кожу.
Он выходит через несколько минут, одетый в белый гостиничный халат. Молча отстегивает меня, потом снова уходит в ванную. Я быстро одеваюсь, и, схватив сумочку, направляюсь к выходу.
— Простите меня, — слышу я его голос за спиной и вздрагиваю.
— За что? — я не очень понимаю, за что именно я должна его простить, слишком много всего произошло в этом номере.
— За пощечину, разумеется. Это был порыв.
Я киваю и исчезаю за дверью. Я уже ничему не удивляюсь, но сегодняшний вечер поразил мое воображение. Я так и не поняла, кем я была для своего клиента: рабыней или властителем, мужчиной или женщиной. У этого мужчины явные проблемы с головой, и таких клиентов я опасалась больше всего.
Горячий муж моей сестры
Внизу меня ждала машина. Сев в нее, я сразу же получила сообщение от Артема с зачислением денег за заказ. Тяжело дыша и продолжая вытирать лицо влажными салфетками, я пытаюсь забыть сегодняшний вечер и представить себе, что завтра я смогу позвонить Андрею и постараться ему что-нибудь объяснить.
Мне надо придумать причину, по которой я сменила телефон и место жительства, а для этого надо успокоиться и прийти в себя.
Раздается звонок от Артема:
— Ляля, я решил загрузить тебя работой, чтобы ты на некоторое время позабыла о своем сантехнике.
Я вздыхаю, понимая, что Артем все еще никак не успокоится из-за моего любовного порыва.
— И что это значит? Мне что, даже домой не заезжать? — ехидно спрашиваю я, злясь и на себя, и на Артема.
— Ну что ты, отдыхать надо! — уверенно отвечает мне Артем. — Но завтра новый заказ. С обеда.
— Что за заказ? — обреченно спрашиваю я, помня о том, что завтра я должна позвонить Андрею, а этот заказ может мне все испортить.
— Завтра день рождения у нашего старого друга и твоего постоянного клиента Армена.
— Я должна его поздравить? — спрашиваю я, представляя, сколько овощей в знак своего праздника Армен постарается засунуть в мою задницу.
— Нет, что ты! Там будут его дети, жена, родители. Сплошь и рядом уважаемые люди!
— С каких пор шлюха на празднике — уважаемый человек?
— Ляля, перестань ехидничать! — Артем начинает раздражаться, он ненавидит, когда его подчиненные с ним спорят. — Ты пойдешь со мной, я — его друг, а ты — моя девушка.
— Артем, для чего? Я не понимаю! — я начинаю злиться откровенно, не понимая, зачем отнимать мое свободное драгоценное время на походы в места, где я совершенно ни к чему. Я хочу работать, а не сопровождать Артема по мероприятиям, тем более, столь сомнительным.
— Успокойся и послушай меня, — голос Артема превратился в холодный металл, — На дне рождения будет племянник Армена. Молодой парень, ему недавно исполнилось семнадцать. Ты должна будешь его окрутить и лишить девственности.
— Чего? — я почти кричу. — Еще не хватало мне малолеток. Ты понимаешь, что это несерьезно?
— Все серьезно, Ляля, — еще более холодным тоном продолжает Артем, — Если ты отказываешься, я тебя снова оштрафую. Так что решай: или секс с малолеткой или секс с десятью кавказцами, злыми и искушенными.
— Прости, Артем, но ты превращаешься в настоящую сволочь! — я цежу каждое слово, вкладывая в него всю свою ненависть и отвращение к своему боссу.
Он хохочет в ответ:
— Это весьма полезно в нашей работе. Завтра в три я заеду. Приготовь свое тело к приключениям. И вспомни свой первый раз, чтобы понять, каково семнадцатилетнему парню будет с такой опытной тетей, как ты.
Он отключается, а я с ненавистью смотрю на телефон, борясь с порывом перезвонить и послать Артема на три всем известных буквы.
Возле дома я замечаю знакомую фигуру, еще даже не выйдя из машины. Только сегодня утром я вспоминала о нем и вот, нарисовался!
— Здравствуй, Рустам, — говорю я, подходя к своему зятю.
Он смотрит на меня потерянным взглядом. Видимо, исчезновение Аллы так сильно на него повлияло: морщины глубокими бороздами пролегли на лбу, в волосах видна явная седина, а уголки губ опущены еще больше, делая его злым и недовольным.
— Где она? — спрашивает он, глядя на меня и сверкая недобрым взглядом.
— Алла не у меня, — сразу отвечаю я.
— Не ври! — негромко, но очень уверенно отвечает мне Рустам.
— Не веришь, давай поднимемся и проверишь сам, — говорю я, пожимая плечами.
Он идет за мной в дом, и я слышу его тяжелое дыхание у себя за спиной, от которого мне становится не по себе.
Мы молча едем в лифте, а я смотрю на Рустама, опустившего голову и смотрящего в пол.
— Рустам, зачем ты ее ищешь? — спрашиваю я у него. — Ты сам выгнал Аллу, а теперь носишься по Москве в поисках ее.
Рустам поднимает на
