— Лес приветствует тебя, Сэм Стоун, — торжественно произнес кентавр и, помолчав немного, добавил: — И тебя, друг Сэма Стоуна, Кассия.
На эльфийскую сторону реки они перебрались на спине кентавра. Здесь все выглядело страшнее и внушительнее: деревья казались больше, трава гуще. Непуганое зверье не обращало на людей внимания. Пару раз волки с желтыми голодными глазами выходили на тропу, но кентавр разгонял их копытами, как мышат.
Он не уставал, так бы шел и шел вперед, если бы Кас не требовался отдых. Острые Копыта без радости воспринимал такие остановки. Кентавр предупреждал об опасностях, о тысячах глаз, скрывающихся в чаще, пожирающих их хищными взглядами. Но лес — это лес. А опасность можно встретить за порогом своего дома где угодно.
Девушка боялась заговорить с монстром, однако его удивительное тело привлекало ее внимание. Улучив момент, пока Сэм дремал, Кассия прокралась за кентавром к ручью. Острые Копыта осторожно опустился на колени и, зачерпывая пригоршню за пригоршней студеной воды, жадно пил. От его горячей, поросшей густой шерстью спины поднимался зыбкий пар.
— Тебе нельзя здесь гулять. Помнишь, друг Сэма Стоуна? — усмехнулся кентавр, прядая ушами, и повернулся к девушке.
— Прости. — Она не двинулась с места. — Я никогда раньше не встречала подобных тебе.
— Хорошо, — кивнул Острые Копыта. — Значит, не нарушала наших границ. Никогда.
— Никогда, — эхом отозвалась Кассия.
— От кого вы прячетесь? — вдруг спросил кентавр.
Он швырнул последнюю пригоршню воды себе в лицо и с наслаждением замотал головой.
— Моя кровь превращается в драгоценные камни, — собственная откровенность ничуть не смущала Кас, — вот и прячемся.
— Не продолжай, — оборвал Острые Копыта. — Вы, люди, слишком жадны до того, что скрывает земля. Почти как… гномы.
Кентавр поморщился. И вдруг подскочил и развернулся:
— Беги! Спасай Сэма Стоуна! Пауки!
Не дожидаясь реакции, Острые Копыта подхватил Кассию, как вязанку хвороста, и ринулся к полянке. Парня нигде не было видно.
— Глупый Сэм Стоун! — взвыл кентавр, опуская ношу. — Предупреждал. Просил…
Из-за деревьев донеслись звуки боя. Подняв с земли лук Самуэля, Кас перемахнула валежник и опешила. Три громадные пузатые твари на восьми ногах обступили опутанного блестящей белой паутиной Сэма. Парень отчаянно размахивал тяжелой дубиной, стараясь сдержать натиск.
— Эй, вы! — крикнула Кассия. — Я здесь!
Звонкая стрела рассекла воздух. Паук дернулся и опрокинулся на спину, сложив омерзительные лапы. Из проткнутого брюха потекла склизкая жижа Кассию стошнило. Два гадких головонога повернулись к Кас. Досмотреть представление до конца ей не хватило духу.
Кентавр вступил в бой внезапно. Острые Копыта неистово хлестал себя по бокам хвостом и страшно вопил. Всем весом он обрушился на пауков, давя их копытами.
Вскоре бледный Самуэль уже лежал у подруги коленях и силился прийти в себя.
— Не слышал их, — виновато повторял он. — Подкрались, спеленали. Очнулся, когда волокли. Вырвался, тут и вы подоспели…
— Вернутся, — процедил кентавр.
Хотя Сэм не окреп, компания двинулась дальше без остановок и привалов, чтобы поскорее оторваться от пауков. Острые Копыта постепенно привыкал к девушке. Из обращения незаметно пропало «друг Сэма Стоуна», осталось только имя. Кас всерьез задумывалась, кто для кого неведомая зверушка — он для нее или она для него.
Эльфийский город выглядел как громадное дерево, состоявшее из множества деревьев поменьше. Первое знакомство с ним просто ошеломило. Нет, Кассия, безусловно, представляла нечто подобное по рассказам бывалых имперцев. Но одно дело представлять, а совсем другое стоять, запрокинув голову, и пытаться рассмотреть крону, терявшуюся в небесах. Здесь откуда-то лилась несмолкающая музыка, и пахло волшебными цветами. Сама земля гудела в такт мелодии. Местных жителей Кассия не видела, лишь издали. Да они все равно не замечали гостей. Стройные фигуры проплывали в золотистом тумане, пропадая и появляясь внезапно, точно призраки.
Людям отвели просторное, сухое помещение со стенами из переплетенных ветвей. Судя по всему, тут раньше держали провизию. От сладких ароматов Кас постоянно хотелось есть. Острые Копыта неотступно следовал за своими «друзьями», как пастух за неразумными овцами.
Благодаря эльфийской пище Самуэль быстро встал на ноги… Тревоги отступали, сменяясь бесконечным покоем. Кентавр заводил с Кассией разные разговоры, в основном о людях, живущих по ту сторону реки, об их привычках и повадках. А сам рассказывал ей истории о создателях эльфов Галлеане и Солониэль, об их любви, о том, как Солониэль пожертвовала своей красотой для спасения убитого Вотаном мужа, а тот подло отверг ее после воскрешения, увидев, как она безобразна. И тогда Солониэль превратилась в безмясую Мортис, чтобы мстить всем и каждому за свою напрасно погубленную красоту. Страшной Мортис эльфы теперь пугали своих детей, зато о прежней Солониэль слагали грустные песни и баллады.
А Кассия рассказала о ссоре Бетрезена с Всевышним, который упрятал дерзкого ангела и создателя людей в подземную темницу, и о Легионах Проклятых, которые только и ждут приказа своего предводителя, чтобы смерчем пройти по землям Невендаара, не оставив камня на камне.
— Если все будут воевать против всех, перебьют нас демоны поодиночке, — закончила свою повесть Кас.
— Гномы — ваши союзники, — фыркнул Острое Копыто.
— Я гномов не видала ни разу, — возразила та. — Хотя они совсем недалеко в землях Горных кланов. А вы еще ближе.
— Вроде умная, подруга Кассия, а глупости говоришь. — Кентавр почесал себя за ухом. — Если случится нам пойти войной на гномов, вы будете защищать их. И попробуете убить нас. Это все союзники делают.
— Но я же знаю тебя, — уперлась Кас. — Как же убить? У нас всех один настоящий враг — демоны.
— Не видел демонов. — Он тоже умел быть упрямым. — Наши враги — гномы. Они поклоняются убийце Галлеана. Они виноваты, что земли Эльфийского Альянса травит чума и наводняет нежить. Гномий бог Вотан победил Галлеана однажды, но нас его детям не одолеть. Особенно когда наш Галлеан снова с нами! Они заплатят за все страдания. Скоро настанет этот день!
Кассия слушала молча. Острые Копыта не обращал внимания на ее попытки перебить его или вставить хотя бы слово. Кентавр говорил горячо и убежденно, как по писаному. Как будто ему кто-то пел в уши нужные слова.
Всякий раз, когда речь заходила о войне, история повторялась. Сколько Кас ни старалась, сколько ни билась, кентавр не верил ей. «Оставьте богам разбираться с богами, — умоляла девушка. — Гномов здесь нет». На что Острые Копыта отвечал: «Люди не лучше». Твердил, что имперцы облаком саранчи ползут туда, где им не место. Отрывают куски у живого леса, оставляя шрамы-города. В такие моменты Кассия боялась кентавра. Необузданная натура брала у него верх и затмевала разум.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
