сможете наслаждаться жизнью и оплатой. С другой стороны, их может быть весьма много, и в таком случае я бы посоветовал вам справляться с такими ситуациями более профессионально, чем сегодня.
Заявление Стэнтона не требовало ответа, и он продолжил:
– В припаркованном внизу «Лэнд Ровере» был оставлен безопасный мобильный телефон. Тот, по которому мы общаемся сейчас, больше не должен быть использован. По окончании беседы вы его разберете и избавитесь от него. Затем вы пойдете вниз, заберете новый телефон и будете всегда держать его при себе.
Снова ответ не требовался.
– Только у меня есть этот номер. Только я буду по нему звонить. В интересах ваших близких вы должны всегда отвечать, когда этот телефон будет звонить. До конца дня ожидайте от меня звонка с указанием дальнейших действий. Есть ли у вас вопросы?
Джошуа не знал, что беспокоило его больше. С одной стороны, его беспокоил тот уровень планирования, который предусмотрел все варианты развития событий, не оставив ему путей к отступлению. С другой стороны, беспокойство вызывал уровень профессионализма слежки, которая незаметно вела его до самой гостиницы. Джошуа раздумывал об этом в тишине. Наконец он обрел голос:
– Только один. Если какие-то концы все-таки обнаружатся, как бы вы хотели их устранить?
– Используйте воображение. Ожидайте моего звонка.
Джошуа услышал, как положили трубку, и подождал пять секунд для подстраховки. Последние пару минут застали его врасплох, но он все-таки был профессионалом. Он не услышал ни контрольного щелчка, ни других признаков прослушки и положил трубку.
Он снова откинулся на дубовую спинку кровати. Потрясенный, он закурил еще одну «Мальборо».
На экране беззвучно мелькали те же изображения. Джошуа не обращал на них внимания; теперь его занимали другие мысли. Он провел рукой по своим густым иссиня-черным волосам, параллельно пальцами правой руки отбивая на столешнице север, восток, юг, запад – такая привычка успокаивала его, помогала ему думать.
Джошуа очень редко бывал в затруднительном положении. Он обычно держал все под контролем. Раньше он терял контроль только один раз, но тогда ему удалось со всем разобраться. Разберется он и сейчас. Джошуа пойдет на поводу у Стэнтона, выполнит свои обязательства по контракту и исчезнет.
А затем, позже, когда придет время, он заставит Стэнтона пожалеть о том, что он когда-либо слышал имя Джошуа.
Тринадцать
Когда Уильям Дэвис вошел в открытую дверь, все находившиеся в комнате для переговоров замолчали. Главы различных британских агентств безопасности сидели за столом уже полчаса, однако почти ничего не обсуждали. Совещание не могло начаться без премьер-министра.
Дэвис занял свое место во главе стола. Все взгляды были устремлены на него, но его собственный уткнулся в пол.
Дэвис понимал, что выглядит измотанным. Главным образом потому, что он таким и был. С момента стрельбы прошло пять часов. Некоторые руководители расцветают под давлением стрессовой ситуации. Но не Дэвис. Дневные события поставили под угрозу его собственное положение на посту премьер-министра. Такая обстановка могла поставить под угрозу его политическую карьеру.
Он положил бумаги на стол перед собой, затем молча обвел глазами комнату. Все смотрели на него. Почти все присутствующие были мужчинами и женщинами, которым доводилось рисковать жизнью ради своей страны. Все вместе они составляли Комитет КОБРА – группу быстрого реагирования во время кризиса, названную в честь комнаты, в которой они сейчас находились. Они бы не испугались очередного рассерженного политика.
Дэвис переводил взгляд с одного оперативника на другого. Он знал их всех, но в его усталом, все более параноидальном состоянии каждый из них выглядел белым пятном. Для него они были безликими представителями мира, который он не понимал и не принимал. Дэвис предпочел бы иметь как можно меньше общего с ними, с их секретностью и шпионажем. Его раздражало, даже если он просто находился среди них.
Но сегодня этого нельзя было избежать.
– Мне не нужно говорить вам, какая это катастрофа.
Дэвис специально сохранял мягкий тон голоса. Было бы только хуже, начни он свою речь с обвинений или конфликта. Для этого будет еще достаточно времени.
– Но я обязан объяснить ситуацию президенту Ноулзу. Разумеется, американцы уже подключили к этому свою разведку, так что от того, что я ему доложу, будет зависеть, разрастется ли эта история в международный скандал. Давайте посмотрим, как мы можем это обыграть. Что нам известно?
Дэвис наблюдал, как каждый обводил взглядом стол. Ему было ясно, что никому не хочется быть первым: все они понимали, чем рискуют. Случившееся на Трафальгарской площади – катастрофа. Миллионы (а теперь даже миллиарды) людей видели, как застрелили самого известного политика Великобритании. То, что Говарду Томпсону удалось отделаться лишь раной в плечо, не очень помогало ситуации. Британские службы безопасности были унижены на глазах у всего мира. А их американские коллеги кружили неподалеку, готовые напасть на того, кто подверг их президента опасности.
Если Дэвис хотел иметь какое-то будущее в политике, он не мог стерпеть подобного унижения. Он не мог позволить, чтобы американцы докопались до истины первыми. Напряженность ситуации требовала найти козла отпущения. Дэвис это понимал, так же, казалось, как и все присутствующие в комнате.
Наконец на его вопрос ответили:
– Вы наверняка знаете столько же, сколько и мы, господин премьер-министр.
Дэвис повернулся к говорившему – из чистой вежливости. Дэвиса интересовала только информация, но не ее источник.
– Почему бы вам все равно не ввести меня в курс дела? Будет полезно услышать наиболее полную картину произошедшего.
– Как вы знаете, сэр, стрелявшего задержал сотрудник Департамента внутренней безопасности. Это, безусловно, спасло жизнь президенту Томпсону. Сэру Нилу Матьюсону, к сожалению, помочь не удалось. Убийцу доставили в полицейский участок Паддингтон-Грин[12] для допроса, который и идет прямо сейчас.
– И мы полагаем, не так ли, что эта атака была приведением в жизнь тех угроз в адрес президента Томпсона, о которых нашим разведывательным службам стало известно до мероприятия?
– Да, господин премьер-министр, именно так.
– Прошу прощения, но о каких угрозах идет речь? – раздался голос с другого конца комнаты.
Дэвис повернулся в сторону говорящего. Им оказался помощник комиссара Службы столичной полиции, один из неофициальных присутствующих лиц. Формально находясь здесь в качестве обычного свидетеля, мужчина явно удивился новой информации.
– От ИРА[13] поступила прямая угроза президенту Томпсону, – пояснил, повернувшись, первый говоривший. – Угроза была настолько конкретной, что дальнейшее участие бывшего президента в мероприятии было под вопросом.
– Под вопросом для кого?
– И Великобритании, и США. С учетом угрозы Томпсону, его участие стало дополнительным фактором риска. Таким фактором, без которого мы могли бы
