предрассудки, страх перед неизвестным… Мир другой, люди все те же. Смеяться или плакать?
Поднявшись, я подошел ближе.
— Сейчас самое главное — обуздать ярость, которая заложена в наших генах. Это тяжело, но возможно. — Она размяла руки. — Как только тебе захочется убить меня, начинай бегать по опушке вокруг дома. Расстояние большое, до детей ты не успеешь добежать. И помни: считай волков.
— Убить? О чем ты…
Удар по щеке! Вроде, простой шлепок, но силы Рите не занимать. Думаю, был бы я обычным человеком, челюсть опять бы вывихнуло. Злобно оскалившись, я зарычал.
— Считай волков, чтоб тебя! — скомандовала она.
Хрень какая-то! Один волк, два волк…
Еще удар!
Я встряхнул головой. Черт, и вправду глаза уже затягивает багровой пеленой, ярость переполняет меня.
Три волк, четыре волк…
Бурая терпеливо наблюдала, как я тяжело дышал, стараясь успокоиться.
Пять волк… Сука, а это и вправду помогает… Почти, я почти успокоился.
Удар!
Я убью! Убью!
Открыв пасть, я рыкнул во все горло.
— Все! Побежал!
Срываясь с места и используя все четыре лапы, я начал наматывать круги по опушке. Злость пожирала меня. Считай… гребаных… волков!..
Глава 8. Будущее
Когда, обессиленный, лежал на снегу, созерцая чистое небо, не спеша подошла моя наставница.
— Сорок кругов… Многовато, — остановилась она надо мной, и её волосы свисали вниз. — В следующий раз постарайся закончить на тридцати.
— Это… это не от меня зависит… — тяжело вздохнул я.
— Поверь, с каждым разом будет легче. Подъем!
С кряхтением и рыком, но я все же поднялся.
— Ты… ты так же тренировалась?
— Меня тренировала жизнь, так что тебе повезло, — улыбнулась Рита.
— Ура… — почувствовал я себя зеленым салагой. Ну, скорее всего, так и есть. — Давай еще раз.
И странная тренировка снова набрала темп. Удар, ярость, бег, и еще раз, и еще. Когда серое солнце начало тускнеть, а боль в ногах стала невыносимой, злиться у меня уже просто не осталось сил.
— На сегодня хватит.
Спорить не стал. Девушка посмотрела на дом и куда-то в сторону, где, по-моему, паслись те странные звери.
— Мне нужно на охоту, да и ты скоро проголодаешься…
На ее лице читался откровенный вопрос, можно ли ей оставить меня.
— Пока ты не вернешься, я с места не сдвинусь, — сказал я.
— Кукла Альки все еще…
— Да-да, я понял, — отмахнулся. Даже если бы я потерял над собой контроль, то не думаю, что смог бы подняться на ноги за ближайший час, а о том, чтобы навредить кому-то, и речи не шло.
Хмыкнув, волчица ушла, и где-то в нескольких метрах от себя услышал звук превращения. Но я лежал спиной на снегу, поэтому зрелище прошло мимо меня.
Значит, теперь я один из… Даже не знаю, какое правильное слово подобрать. Изгоев? Нет. Повстанцев? Тоже нет: пока что настроения что-то менять или сражаться с кем-то в этих людях я не видел…
Если все настолько плохо, то эта какая-то бойня, не иначе, хотя та девочка в деревне прекрасно показала, что все очень скверно.
Старался заглушить странное чувство, темное чувство. Чувство счастья где-то глубоко внутри. Чему тут радоваться, придурок? Но я… я словно снова оказался дома: поле боя. Убей или будешь убит, жизнь или смерть. Мое нынешнее тело — идеальная машина для отнятия жизни, а мои знания делают эту машину еще лучше.
Со стороны домика донеслось шебуршание.
— Тише, он же услышит! — раздался слишком громкий для меня шепот.
— Сейчас шумишь только ты!
Я узнал голос. Айвори.
Рядом с единственным сооружением в округе стояло мертвое дерево, и, едва я повернул голову в его сторону, как за ствол сразу спрятались две мордашки. Хех, с тем, у кого такие зрение и слух, как у меня, в прятки играть, наверное, бессмысленно, хотя расстояние-то приличное.
— Подойдешь, пока Риты нет? — подначивала подругу девчонка-белый волчонок.
— Алька заругает! К тому же это опасно. — Даже в детском голосе была слышна хрипотца.
— Пф-ф-ф, смотри, как это делаем мы, вервольфы! — Белая показалась из-за дерева и пошла в мою сторону, но с каждым шагом, естественно, пыл ее остывал. — Привет!
Нас разделяла пара метров.
— Ага.
Вроде недавно виделись.
Через пару секунд я услышал новые шаги. Подругой оказалась пацанка. Держа руку под подтяжкой, она сильно нервничала, а завязанный в узел рукав колыхался от любого движения. Интересно, как давно у неё… нет руки.
— Познакомься, это Рифа, тезка Риты!
Видимо, это местная шутка, которую мне пока не понять.
— Айв! Я сама могу! — слегка ударила шутницу по плечу пацанка, и сама же встряхнула кулак от боли. На ней тоже красовался вязаный шарф: видимо, Алька каждой девочке связала по такому… и да, я уверен, что именно Алька. — Приятно познакомиться…
— Мне нужно говорить, что… — снова устало выдохнул я. В любом случае Рита будет меня бить, так что это неизбежно. — Чего хотите?
— Да просто наблюдали, как вы бегаете вокруг дома. Контроль ярости? — Айвори присела на корточки, обхватив колени.
Почему бы не спросить в ответ?
— Ты тоже бегала?
— Эта недоволчица?! — Искусственный, но все же смех Рифы заслужил удар снежком в лицо. — Ай!
— Мне еще рано. Рита говорит, что ярость приходит в переходном возрасте… — немного надулась юная оборотница. — Мистер, у вас переходный возраст?
Что? Хотя, судя по неутомимому интересу к моей персоне, не удивлюсь, если, не считая бурой, я первый оборотень, которого она видит за долгое время.
— Нет, просто… мне нужна помощь… — Горькая правда. — А ты в кого превращаешься?
Вопрос был адресован пацанке, которая продолжала лепить ответный снежок одной рукой. Не буду отрицать, что соскучился по простым разговорам,
— Я? Я ведьма! — Сколько гордости в голосе! — Как там говорила Алька? Ментальная,
