class="p1">Большой Олень снял с жерди шатра небольшой лук и кожаный колчан со стрелами и протянул их Андрею.
— Прими этот лук, белый мальчик, брат моих маленьких друзей, и пусть его тетива никогда не ослабнет. Пусть стрелы, которые ты из него будешь выпускать, поют песню удачи.
Андрей перекинул ремень колчана через плечо и обеими руками взял лук.
— Спасибо тебе, Большой Олень, — сказал он.
Как хотелось ему тотчас выбежать из типи, положить стрелу на тетиву и выстрелить хотя бы в дерево на поляне! Но маленькие индейцы собирались на охоту не торопясь, и Андрею было неудобно показывать перед ними своё нетерпенье.
Маленький Бобр вынул из постельного тюка новенькие замшевые мокасины и бросил их Андрею.
— Надень. В своих твёрдых ты не далеко уйдёшь по лесу.
Андрей сбросил ботинки и натянул на ноги удобные, лёгкие как чулки, индейские сапожки.
Ремень подарил ему кожаную куртку с бахромой.
Большой Олень осмотрел снаряжение охотников.
— Идите.
Мальчики вышли из типи, пересекли поляну и углубились в чащу.
Маленький Бобр шагал впереди. Андрей ещё вчера заметил, что остальные мальчики подчинялись ему, как старшему.
Как только индейцы оказались в лесу, сразу же кончились все разговоры.
Теперь они переговаривались только знаками, и Андрей перестал их понимать.
«Надо скорее научиться разговаривать руками», — подумал он.
Шли долго.
Солнце высоко поднялось над вершинами деревьев, сырой лесной воздух стал парным и тяжёлым. Андрей вспотел. Хотелось присесть на камень и отдохнуть, но индейцы шагали не останавливаясь, и Андрей изо всех сил старался не отставать от них.
Над головой зудящим облачком вились комары. Они прилипали к влажной коже лица, больно жалили руки. Скоро шея Андрея распухла и стала невыносимо чесаться. О, если бы впереди какая-нибудь река или озеро! Сорвать бы с себя одежду, броситься в прохладную глубину, остудить горящее тело… Но реки не было.
Лес становился всё гуще, всё труднее было пробираться через колючие кусты. Ремень вынул из-за пояса топорик-томагавк и на ходу отсекал наиболее колючие ветви.
Неожиданно повеяло прохладой. Комаров стало меньше. Послышался шум воды. Деревья расступились, и мальчики оказались на каменистой поляне у подножия высокой скалы, с которой белым пенистым каскадом летел вниз водопад. Под скалой разлилось небольшое полукруглое озеро, из которого вытекал ручей.
— Уф-ф! — вздохнул Андрей, положил на землю лук и колчан и со всех ног бросился к воде. Он лёг на берег ручья и окунул лицо в ледяную воду. Индейцы сделали то же самое.
Несколько минут посидели, отдыхая.
Бобр сказал:
— На той стороне за озером много кроличьих нор.
Андрей поднял с земли лук, вынул из колчана стрелу и положил её на тетиву.
Индейцы с любопытством наблюдали за ним.
Андрей прицелился в ствол дерева на берегу ручья и попытался натянуть тетиву. Тетива не хотела натягиваться. Тугая, как стальная проволока, она выскальзывала из пальцев, соскакивала со стрелы. Да, индейский охотничий лук совсем не был похож на те луки, которые продавались в игрушечных магазинах Ленинграда. Середина его была толстой, а рога настолько упругие, что сгибались с большим трудом.
«Как же из него стреляют?» — подумал Андрей.
«Раз!» — тетива с глухим звуком вырвалась из пальцев, стрела прочертила в воздухе крутую дугу и воткнулась в землю шагах в двадцати от дерева. Большой палец на правой руке обожгло болью.
Индейцы засмеялись.
Мокасин даже упал на землю и, хохоча, стал перекатываться с боку на бок по траве.
Щёки у Андрея вспыхнули, он готов был бежать куда глаза глядят от стыда. Большой палец на руке онемел. Тетива сорвала кожу на нём до крови.
Маленький Бобр подошёл к Андрею.
— Смотри, — сказал он.
Он вынул из чехла свой лук и наложил тетиву на канавку в заднем конце стрелы. Указательный палец согнул крючком и захватил им тетиву. Задок стрелы зажал между указательным безымянным. Большой палец положил сверху указательного. Пошире расставив ноги, поднял лук и плавным быстрым движением легко натянул тетиву.
«Туп-п!»
Стрела, взвизгнув, прошила воздух и воткнулась в ствол на высоте человеческого роста.
— Понял?
— Да, — сказал Андрей.
Он сделал всё, как показал Маленький Бобр, но стрела прошла в стороне от дерева и потерялась в кустах.
Теперь уже и Ремень и Мокасин стали учить его.
— Нэшка! Смотри! Надо вот так. Лучше смотри. Понял?
Их стрелы свистели, попадая точно в те места, куда они целились.
Андрей смотрел во все глаза, но прошло больше часа, прежде чем он первый раз попал в дерево.
Да, это были не те луки, что сгибали ленинградские мальчишки из простых палок!
Индейский лук свободно бросал стрелу на двести шагов. Бобр сказал, что на расстоянии ста шагов он пробьёт насквозь дикую козу.
В полдень переправились через ручей. На той стороне, на поляне, усыпанной обломками скал, остановились.
— Теперь каждый охотится сам, — сказал Бобр.
Мальчики разбрелись в разные стороны.
Андрей ходил между скалистыми глыбами, держа наготове лук и обшаривая глазами каждый куст, каждый камень, но не видел ни одного кролика. Только какая-то чёрная птица медленными кругами парила над поляной.
Стало так жарко, что хотелось бросить всё, вернуться к ручью, вдоволь напиться студёной воды и полежать на берегу в тени.
Интересно, как дела у индейцев?
Эх, если бы уметь находить следы! Андрей всматривался в землю, но ничего не видел. Трава травой, камни камнями и — никаких отпечатков кроличьих лап. Да он и не знал, как выглядят эти отпечатки.
Вдруг впереди, у каменистой россыпи, на глаза ему попалось какое-то серое прыгающее пятно. Он пригляделся.
Кролик! Ну конечно же кролик!
Серый зверёк то перебегал с места на место, то надолго застывал, приподнявшись над землёй и смешно свесив передние лапки на грудь.
Андрей замер.
Кролик двигался прямо к нему, не замечая опасности.
Какая удача!
Но он ещё так далеко, что стрела, пожалуй, не долетит.
Андрей притаился за большим камнем и осторожно поднял лук.
Теперь только не промахнуться!
Вот кролик снова поднялся столбиком, пошевелил ушами, огляделся и медленно поскакал к ближайшему кусту. Обнюхал землю у самых корней и прилёг в тень.
Андрей ждал.
Кролик не двигался.
«Заснул он, что ли? — подумал Андрей. — Надо попробовать подобраться к нему».
Стараясь бесшумно ступать по траве, Андрей, пригнувшись, вышел из-за камня. Кролик не заметил его движения. Прижав уши к спине, он продолжал неподвижно лежать под кустом.
Андрею удалось подкрасться к нему совсем близко, так близко, что он мог разглядеть на мордочке быстро шевелящийся нос и белые волосинки усов.
