серьёзными показались ему маленькие индейцы. Совсем как взрослые.
Мальчики вставили свои луки в специальные чехлы, закинули их за спины и по едва заметной тропинке направились в чащу. Один из них обернулся и сделал знак Андрею: «Иди за нами».
Они двигались по тропе быстро и совершенно бесшумно. Андрей едва поспевал за ними. Под ноги ему подворачивались какие-то невидимые корни, он спотыкался о них, наталкивался на кусты, шелестел листьями. Индеец, шедший сзади, несколько раз недовольно оглянулся.
Минут через десять вышли на берег широкой реки.
Андрей сразу же увидел треугольные индейские домики-типи среди деревьев и множество разноцветных лодок-каноэ на песке у самой воды.
Скоро все оказались на поляне у большой серой палатки-типи, на стенке которой была нарисована птица, похожая на сову.
Из типи вышел старый индеец. Мальчики подняли руки, приветствуя его. Он поднял руку в ответ, быстро оглядел их и остановил взгляд на Андрее.
— Белый мальчик, если ты друг моих маленьких друзей и пришёл к нам с миром, пусть мой типи будет твоим типи, — сказал он.
— Я пришёл с миром, дяденька, — сказал Андрей. — Я хочу посмотреть, как вы живёте, и немного пожить с вами.
Индеец усмехнулся, услышав незнакомое слово «дяденька», но лицо его сразу же опять стало серьёзным и строгим.
— Ты — друг моих маленьких друзей, белый мальчик? — снова спросил он.
Андрей посмотрел на мальчишек.
Тот, что стрелял первым, приложил руку к груди:
— Отец мой и учитель Большой Олень, он пришёл к нам из чащи и смотрел, как мы стреляем по голове карибу. Он хочет пожить с нами. Мы просим тебя — пусть поживёт.
Большой Олень подошёл к Андрею, положил на его голову тяжёлую ладонь и повернул его лицом к себе:
— Ты хочешь учиться вместе с моими маленькими друзьями? Хочешь узнать язык леса, понимать голоса зверей и птиц, охотиться вместе с нами в горах на диких коз и стать настоящим воином?
— Хочу, — ответил Андрей.
— Ты подумал, прежде чем прийти к нам? Ты готов к этому, белый мальчик?
— Готов, — прошептал Андрей.
— Пусть будет так! — сказал Большой Олень. — Маленький Бобр, Длинный Ремень и Быстрый Мокасин, пусть он живёт в вашем типи. Я всё сказал.
Он повернулся и исчез в своей палатке.
— Теперь ты — наш брат, — сказал Андрею Маленький Бобр, тот, что стрелял на поляне первым.
Он повёл Андрея к типи, стоящему на краю поляны. Длинный Ремень и Быстрый Мокасин пошли следом за ними.
— Твой дом, — сказал Бобр, откидывая кожаную треугольную дверь палатки. — Входи.
Андрей нагнулся и вошёл внутрь.
На полу, застланном свежими зелёными ветками, лежали шкуры. У стен — три небольших тюка, перетянутых ремнями. На жердях, образующих рёбра палатки, висели охотничьи сумки, луки, колчаны со стрелами, котелки, пучки душистых трав. Посредине палатки выкопана в земле неглубокая ямка, в ней пирамидой сложены сухие ветки вперемешку с берёзовой корой. Длинный Ремень присел над пирамидкой и разжёг костёр.
Из жёлтого берестяного короба Быстрый Мокасин достал большой кусок свежего мяса, отрезал от него несколько полосок и раздал товарищам. Маленький Бобр и Длинный Ремень насадили полоски на концы стрел, уселись у костра и стали поджаривать мясо на огне. В типи вкусно запахло.
Андрей тоже присел с Маленьким Бобром и наблюдал, как шипит и румянится мясо. Ему понравилось, что индейцы всё делали молча, неторопливо и очень серьёзно. Никаких шуток, никаких споров. Каждый точно знал свои обязанности.
Когда мясо поджарилось, Бобр вынул из кожаного мешочка плоскую поджаристую лепёшку и аккуратно разломил её на четыре части. Каждую часть он насадил на стрелу с мясом и подал еду товарищам, сказав при этом:
— Ешьте, друзья, мясо горной козы, и пусть Дух Леса пошлёт побольше таких коз на наши охотничьи тропы!
Все принялись за еду.
Никогда ещё Андрею не приходилось пробовать такого вкусного, такого рассыпчатого, слегка попахивающего дымком сочного мяса! Он управился со своей порцией быстрее, чем Мокасин и Длинный Ремень.
Доедая кусочек лепёшки, спросил:
— А как по-вашему, по-индейски, хлеб?
— Баннок, — сказал Бобр.
— А козу вы сами убили?
Все трое с удивлением посмотрели на Андрея.
— Вчера вечером её убил Быстрый Мокасин у Скалы Прыгающего Оленя. Если бы не убил, у нас не было бы ужина.
— Так и легли бы спать голодными?
— Да. Если мы не убили козу, значит, мы плохие охотники. Мы не заслужили еду. Мы жевали бы только баннок.
— И никто-никто не даст вам поесть, даже те, которые убьют?
— Мы не возьмём у них мясо, даже если они предложат. Это — позор, — сказал Мокасин. — Настоящий охотник добывает еду сам.
Бобр достал из-за мешков ведёрко, сделанное из берёзовой коры, и пустил по кругу. В ведёрке была холодная и тоже очень вкусная вода. Каждый отхлебнул по нескольку глотков.
— А почему у вас такие имена — Быстрый Мокасин, Длинный Ремень, Маленький Бобр? — спросил Андрей. — Почему нет фамилий?
— Что такое фамилия? — спросил Ремень.
— Это… — Андрей растерялся. — Ну вот я, например, Андрей Васильев. Моего отца зовут Виктор. Значит, я — Васильев Андрей Викторович. Понимаете?
— Очень много слов, — сказал Ремень. — А за какой подвиг ты получил своё имя, и что это такое «Андрей»?
— Ну… Андрей — просто слово. Выбрали такое и назвали меня, когда я родился. Маме и отцу захотелось назвать меня Андреем, вот и назвали…
Индейцы переглянулись и засмеялись.
— Сразу назвали? — спросил Мокасин.
— Сразу.
Индейцы снова засмеялись. Андрею стало обидно.
— А у вас разве не сразу? — спросил он. — Вот почему тебя отец и мать назвали Быстрый Мокасин?
— Меня отец, и мать никак не называли. У меня ещё нет имени.
— Как — нет? А Мокасин?
— Это не имя. Это прозвище. Так называют меня мальчики потому, что никто не может догнать меня, когда я бегу. Но скоро я получу настоящее имя.
— А Длинный Ремень? — спросил Андрей.
— Тоже прозвище. Когда он был совсем маленьким, как серый кролик-вапос, он всё время убегал из селения в лес. Чтобы он не потерялся и чтобы его не съели росомаха и волк, мать привязывала его к дереву на длинном ремне.
Мальчики засмеялись.
— И Маленький Бобр — тоже прозвище?
— Нет, Маленький Бобр — это настоящее имя. Он получил его в прошлом году, когда во время лесного пожара спас от огня двух бобрят. Он чуть сам не сгорел.
— Руку обжёг, — сказал Бобр и, засучив рукав, показал большой белый шрам, стянувший кожу у локтя.
— А бобрята где? — спросил Андрей.
— Живут. Они уже совсем большие, взрослые. Я тебе их потом покажу.
