Андрей перевести дух, как оказался в коротком и тёмном коридоре.
Бородатый толкнул плечом какую-то дверь и ввалился вместе с Андреем в просторную комнату.
Посредине комнаты — письменный стол. У стен в пирамидах винтовки.
— Здравия желаю, атаман, — сказал бородатый, подталкивая Андрея к столу, за которым сидел рябой лысый человек с трубкой во рту.
— Здорово, Поликарп Семёнович, — сказал рябой, не вставая с места. — Кого привёл?
— Шпиёна большевицкого.
— Ишь ты, — нехорошо усмехнулся рябой, прищуриваясь на Андрея. — Молоко на губах не обсохло, а тоже шпиёнит…
«Пропал! — подумал Андрей. — Вот теперь влип так влип! Надо как-то выкручиваться, что-то говорить…»
— Дяденька! — взмолился он. — Пусти. Я не виноват. Я к вам случайно попал…
— Ишь ты, — снова усмехнулся рябой. — Все попадают случайно. Сами небось не приходят. Ты есть откуда такой?
— Я из Ленинграда. Я в семьдесят шестой школе учусь, в третьем классе…
— Что-что? — Рябой приподнялся из-за стола. Глаза у него стали круглыми. — Ленин-град? Уже город, значит, такой объявился большевицкий? Ну, Поликарп Семёнович, спасибо тебе. Важную птицу поймал.
Бородатый благодарно щёлкнул каблуками.
— Энтого хлопца я ещё раньше заприметил. Он со вчерашним из одной шайки.
— С которым? — спросил рябой. — С тем, что Сидора Порфирыча за палец укусил? Горячий хлопец, норовистый. А ну-ка тащи и того тоже сюда. Нехай поздоровкаются!
Бородатый повернулся на каблуках и вышел за дверь.
Атаман сидел за столом и пыхтел трубкой. От едкого табачного дыма у Андрея запершило в горле. Он едва сдержался, чтобы не чихнуть.
Через минуту дверь открылась и в комнату вошёл бородатый, таща за шиворот мальчишку в огромных растоптанных сапогах и в таком же огромном грязном пиджаке, похожем скорее на пальто. Лицо у мальчишки было грязное, под глазом свежий синяк. Одной рукой он поддерживал оторванный рукав пиджака, другой — штаны.
— Скажи, ты его знаешь? — спросил атаман, показывая на Андрея.
Мальчишка повернулся, посмотрел исподлобья.
— Нет.
— Ишь ты, он к тебе в гости пришёл, а ты, дурак, отказываешься. Нехорошо. Этак приятеля и обидеть можно. Он вот о тебе беспокоится, говорит: ты с ним с одного большевицкого отряда.
Мальчишка вздрогнул и повернул голову к Андрею.
— Да, да, — сказал атаман, — дела у вас большие затеяны. Да от нас никуда не денешься.
— Всё про вас знаем, — поддакнул бородатый.
Мальчишка побледнел, заморгал глазами.
И тут Андрей не выдержал, рванулся к столу.
— Зачем вы обманываете! — закричал он прямо в лицо рябому атаману. — Ничего я вам не говорил! Ни о каком отряде! И мальчишку этого я даже не знаю! И попал я сюда совершенно случайно! Не на той странице книжку открыл!
Атаман откинулся на спинку кресла, оскалился.
— Щенок! Ишь какой книгочей нашёлся! Грамоту понимает! Шпиёныш! А ну-ка, Поликарп Семёнович, посади их обоих в холодную!
Бородатый снова схватил мальчишку и Андрея за воротники и, поддавая им коленом пониже пояса, вывел из комнаты.
Во дворе стоял длинный дощатый сарай. У двери сарая прогуливался чубатый казак с винтовкой в руках.
— А ну-ка, Спиридон, примай гостей дорогих! — сказал бородатый чубатому.
Казак закинул винтовку за спину, достал из кармана брюк ключ, отомкнул им огромный ржавый замок. Толкнул ногой скрипучую дверь.
Из сарая потянуло сыростью.
— Вались! — крикнул бородатый и толкнул мальчишек в сарай.
— Мамочка! — закричал Андрей, падая в темноту.
Он ударился лбом обо что-то твёрдое. В глазах вспыхнули искры.
— Ма!.. — ещё раз крикнул Андрей и очнулся.
Родная комната. Открытые дверцы шкафа. Плотные ряды книг…
Он опасливо оглянулся.
Нет, бородатого нигде не видно. Тишина кругом. Слышно, как в соседней комнате торопится, считает секунды будильник. А вот и портфель с учебниками, который он бросил у входа.
«Едва спасся, — подумал Андрей. — Ещё бы немного — и не вырваться мне из этого сарая… Нет, с книжками нельзя наугад. Всегда нужно посмотреть, как называется…»
Он взглянул на обложку.
Книжка называлась «Юнармия». Автор — Григорий Мирошниченко.
В передней щёлкнул замок. Это пришла мама.
Андрей бросился к ней.
— Ма! Меня сейчас чуть казаки не расстреляли!
— Ох, как ты меня напугал, Андрей! — сказала мама, снимая пальто. — Какие казаки? Что случилось?
— Царские казаки, — сказал Андрей. — В станице. Меня и ещё какого-то мальчишку. Один казак бородатый такой. А другой — атаман, рябой и лысый. Бородатый сказал, что я — большевистский шпион. А рябой говорит: посадить их обоих в холодную…
— Что ты выдумываешь, Андрей? — тревожно спросила мама. — Где ты всё это видел?
— В шкафу, — сказал Андрей.
— В каком ещё шкафу?
— Да в нашем, книжном. Понимаешь, если достанешь книгу и прочитаешь из неё несколько страниц, то шкаф становится пустой. Тогда нужно войти в него — и путешествуй куда захочешь…
Глаза у мамы стали совсем ненормальными.
— Ты, наверное, перезанимался в школе. Сколько у вас сегодня было уроков?
— Четыре.
— Ты давно дома?
— Не знаю. Я как пришёл, сразу начал путешествовать в эту самую станицу. Я сам не знал, что туда попаду. Открыл наугад книжку и…
— Сколько раз я говорила отцу, что тебе рано читать такие книжки, — вздохнула мама. — У тебя и так слишком богатая фантазия, а тут ещё…
— Ничего, мама, не рано! Я знаешь где побывал? В городе Сент-Питерсберге у Тома Сойера. И ещё в Ривермуте у Тома Белли. А сегодня решил наугад и попал прямо к казакам.
— Сегодня же поговорю с отцом, чтобы строго-настрого запретил подходить тебе к шкафу с книгами, — сказала мама.
— Он не запретит, — сказал Андрей убеждённо. — Он сам сказал, что теперь я понимаю и поэтому он — счастливый человек.
— Твой отец сам как ребёнок, — сказала мама. — Не понимает, что такими вещами не шутят.
— Но это не шутка, мама! Это всё правда!
Мама ничего не ответила и ушла на кухню.
«Плохо, — подумал Андрей. — Не нужно было ей ничего рассказывать».
* * *
Вечером отец разговаривал с мамой. Сквозь тонкую кухонную дверь были слышны их голоса.
— Что это за путешествия в книжном шкафу? — спросила мама.
— Ничего особенного, — сказал отец. — Я просто показал ему за переплётами книг машину времени. Научил его пускать эту машину в ход. Мы вместе побывали в Африке. Видели льва и редких птиц турако.
— Ты сам очень большой фантазёр, Виктор, и ребёнка приучаешь к этому. Мне кажется, что ему ещё очень рано…
— Фантазия — это лучшее качество человека, Валя, — сказал отец. — Пусть фантазирует. У него как раз такой возраст, когда он может жить в книгах. Мы уже этого не можем…
— Но он, кажется,
