и нерегулярной видеосвязи, но каждый раз разговаривая с ним, ей казалось, что они находятся на разных планетах.
Когда от Оливера подолгу не было вестей, она представляла себе самый ужасный расклад – его убили. Скоро к ней придут военные в форме и сообщат о том, что ее муж пал гибелью храбрых.
Только вот ей будет все равно, если его уже не станет, и она никогда больше не сможет увидеть его.
– Как ты справляешься?
Чарли уловила беспокойство в голосе отца. Папа был всегда таким спокойным и собранным, и она всегда знала, что может прийти к нему со своими страхами, сомнениями и он подскажет, что делать. Он никогда не поддавался панике, в открытую не выражал озабоченность. Но он переживал за нее, за Олли и она это видела.
– Как-то. – Чарли пожала плечом, крепче обхватив горячую чашку руками. – Тяжелей, чем я ожидала, но надеюсь, что мы справимся. Что с Олли все будет хорошо. А что еще делать, когда это все, что я могу? Больше от меня ничего не зависит.
– С ним и правда все будет хорошо, – пообещал Митч, понимая, что ей надо услышать это от него.
– Ты не можешь знать этого наверняка. Никто не может, – возразила Чарли.
– Я твой отец. Мое дело знать все, – пошутил Митчелл, вызвав слабую улыбку на ее лице.
* * *
– … так что эти болваны проиграли, что неудивительно, потому что меня с ними не было! – заявил Тревис, после чего громко отрыгнул, смяв пустую пивную банку.
– Очень мило, Трев, – снисходительно усмехнулась Чарли, похлопав парня по здоровой руке. – Это всего лишь растяжение, скоро снова сможешь играть. Тебе повезло, что обошлось без переломов.
– Да, наверное, – почесав нос, согласился тот.
Тревис был симпатичным, но его манеры портили все впечатление. Чарли как-то думала, что у них с Седи могло что-нибудь выйти, даже устроила им свидание. Но не сложилось.
Если цитировать Седи: «Нет. Никогда. Ни за что».
– Еще пива? – Чарли указала на смятую банку – пора было уходить с балкона, если она не хотела и дальше выслушивать, какие чмошники их команда по футболу без Тревиса Смита.
– Пивко было бы в самый раз, – согласился приятель.
Чарли успела замерзнуть, пока они стояли на балконе. Растирая плечи, чтобы скорее согреться, она вошла следом за Тревисом в гостиную, полную ее друзей и приятелей, а также людей, которых она почти не знала.
С тех пор, как Олли был в армии, она вела довольно активную социальную жизнь в колледже, познакомившись со многими людьми. Все, что угодно, только бы не сидеть в пустой квартире.
Сначала Чарли думала переехать в общежитие, но свободных мест в середине семестра не оказалось, а потом Оливер попросил ее не отказываться от квартиры, чтобы у него было место, где бы она ждала его, и куда он мог вернуться. Он регулярно высылал ей деньги, поэтому она могла позволить себе снимать жилье без соседей.
Балконная дверь располагалась точно напротив входной, и хотя в комнате находились люди, Чарли сразу заметила Олли – он стоял на пороге и смотрел на нее.
Взвизгнув, Чарли бросилась к нему, расталкивая всех, кто попадался на пути. Налетела на мужа, да так, что едва с ног не сбила, повиснув на нем.
Все взгляды присутствующих обратились к ним, но для Оливера и Чарли это не имело значения. Они не виделись с лета прошлого года и сейчас для них никого не осталось.
* * *
– Ты здесь. – Чарли покачала головой, все еще не отойдя от того, что он реален – сидит перед ней. Еще вчера он был так далеко, в тысячах милей от нее, этой квартиры, города, штата. И вот он здесь, и она может коснуться его, поцеловать. Даже понюхать!
Как же она соскучилась по его запаху!
– Хотел сделать тебе сюрприз. Но, наверное, надо было предупредить. – Оливер указал на дверь – за ней все еще продолжалась вечеринка.
Чарли сомневалась, что хоть кто-нибудь из людей в той комнате понимал, что только что произошло. Ее муж вернулся домой – живой и невредимый. Он был там, где идет война, рисковал собой, но вернулся к ней. Каждый день она жила со страхом, а теперь, когда Олли сидел на кровати перед ней; был там, где ему ничего не угрожало, она поняла, что все эти месяцы дышала в пол силы.
Она ждала его только через неделю, но как же рада – как невероятно рада была, что вернулся раньше.
– Я всех прогоню, – улыбнулась Чарли, глядя на него как зачарованная. Отвести глаз не могла – Олли вернулся другим. Она думала, что после лагеря получила мужчину вместо мальчика, но нет – тогда это было не совсем так. Но сейчас перед ней был мужчина; воин, солдат. И дело даже не в его коротко стриженой голове, широких плечах и военной выправке. Все в глазах. Они изменились, в них появилось новое, скрытое. Ее немного уязвляло, что она не знала, когда и благодаря чему это поселилось в его взгляде.
Будто она встретила старого друга после долгой разлуки и приходится открывать в нем все заново. Но Олли был не просто ее другом – он был ее мужем, ее возлюбленным, любовником – всем, и настал момент, когда она больше не могла сказать, что знает его также хорошо, как себя.
Он стал загадкой. Не то, чтобы Чарли не любила загадки. Она не любила их в нем.
– Нет, не делай этого из-за меня, – запротестовал Олли, правда, не особо усердно.
Конечно, он не хотел проводить первые часы после возвращения домой в компании незнакомцев. Оливер отсчитывал минуты, когда доберется домой и сможет наконец-то заключить в объятья Чарли.
Первое, что он увидел, войдя в квартиру – толпа бухающих студентов и его жена рядом с каким-то качком. Он не думал, что ему есть из-за чего беспокоиться, но на какую-то секунду в его мозгу вспыхнула лампочка. А потом Чарли бросилась к нему, едва не сбив с ног и все, что осталось – это она. Чарли в его руках. Наконец-то! После всех этих месяцев.
Все лишнее потеряло для него свое существование.
* * *
– Я подумала, мы могли бы сходить…
– Что это? – перебил жену Оливер.
Чарли обернулась и увидела в его руках трубку для курения травки.
Черт! Ее как-то принес Тревис и забыл, но она предпочла бы, чтобы Олли вообще не видел эту штуку. Потому что она не просто лежала в нижнем ящике,
