Читаем без скачивания Небесные Колокольцы - Максим Макаренков

— Не на крючок беру, а рассчитываю на твою помощь при необходимости. И если помощь такая понадобится — ты мне не откажешь. И пацан твой не откажет. А теперь иди, Владислав Германович. Успокой гражданку Сабурову, пока с ней родимчик не приключился. Временное постановление забери у капитана Сидорчука в двести первом кабинете. — И, ставя точку в разговоре, улыбнулся: — Ты, Германыч, не сомневайся, я ж человек простой, огурцов не ем, потому что голова в банку не пролезает. Давай, Сидорчук ждет.

Спускаясь по узкой улочке к порту, Граев почувствовал, как его толкнуло изнутри. За ним шел специалист хорошего уровня, но из простецов, а таких полковник вычислял даже без помощи браслета, с которым не расставался уже много лет. Тонкая кожаная петля легонько сдавила запястье уже после того, как полковник задумался, когда именно филер сел ему на хвост.

Скорее всего уже после того, как он покинул квартиру Паромщика. Но надеяться на авось в таком вопросе было нельзя. Услугами этого специалиста он пользовался крайне редко, поскольку обходились они запредельно дорого, но того стоили.

Сейчас во внутреннем кармане пиджака Граев нес три маленькие, каждая не больше мизинца, фигурки, вырезанные из кости: обезьянка, слон и тигр. Фигурки не отличались изяществом и вполне могли сойти за дешевые безделицы, купленные скучающим матросом в одном из портов Черного континента. Каждая стоила столько, что хватило бы на пропитание целому племени резчиков по дереву из африканских джунглей. Каждая несла в себе разрушительную силу огромной мощи.

Еще неделю назад Граев постарался бы стряхнуть хвост, потом связался бы с заказчиком и перенес операцию. Или бы отказался вовсе.

Но теперь все изменилось. Опередить надо было всех — преследователей, заказчика, время… Всех, кто мог встать между ним и Колокольцами.

Полковник подумал, что филер вряд ли успел доложить руководству о последних передвижениях подопечного. Да и на хвост ему агент сел скорее всего едва ли не случайно — иначе он, Граев, почуял бы чужого гораздо раньше.

Размышляя таким образом, он легкой походкой шел вниз по мощенной булыжником мостовой, все глубже забираясь в безлюдные переулочки припортовой зоны. Постепенно жилые дома уступили место пакгаузам, меняльным конторам, круглосуточным ломбардам и дешевым кабачкам. Порывы теплого ветра приносили с воды запахи гниющих водорослей, солярки, рыбы и дегтя. Вечерняя смена рабочих порта уже разошлась по домам или осела в кабаках, а для ночных обитателей этих мест было еще слишком рано.

Граев подумал, что все это ему на руку.

Перебежав на другую сторону улочки, он нырнул в неприметную щель между домами и быстрым шагом углубился в узкий — двое разойдутся, только вжимаясь в стены, — проход, куда выходили глухие, без единого окна, стены четырехэтажных домов. Почти в самом конце этого прохода, заканчивающегося стеной в два человеческих роста, находилась деревянная дверь черного хода. Кто и по какой прихоти устроил ее здесь, полковник не знал, но, однажды найдя, запомнил накрепко. Он уже не раз убеждался, что такое вот, случайное на первый взгляд, знание может спасти жизнь.

Шаг его сделался бесшумным. Дойдя до двери, Граев скользнул в пахнущую сухой пылью и мышиным пометом темноту. Аккуратно прикрыл дверь за собой, оставив лишь узенькую щелку. Со стороны улицы уже раздавались чуть слышные шаги филера.

Полковник сунул руку в карман пиджака, достал узкое плоское лезвие вороненой стали длиной в ладонь взрослого мужчины — без рукояти, оно походило на вытянутый лист экзотического смертоносного дерева и почти ничего не весило. Сосредоточившись, Граев позволил частичке своего умения перейти в клинок. Стальная полоска поднялась с руки, зависла в воздухе напротив щели.

Филер подходил все ближе. Совершенно безликий человечек, в абсолютно неприметном костюме. Идеальный агент.

Вздрогнув, лезвие устремилось к жертве. Бритвенно-острая полоска стали вошла в горло точно под кадыком, агент суетливо засучил руками, пытаясь остановить тугой фонтанчик, ударивший из рассеченной глотки, дернул подгибающимися ногами и сполз по стене.

Граев вышел, достал из кармана носовой платок, обмотал им руку. Полуприкрыв глаза, встал над трупом, выставив укрытую белой материей ладонь. Безмолвно позвал, и горло мертвеца дернулось. Лезвие с тихим хлюпаньем вышло из плоти и, пролетев по воздуху, спланировало в подставленную ладонь. Аккуратно обтерев оружие, Граев спрятал смертоносную вещицу в карман. Испачканный платок сложил так, чтобы не было видно крови, зажал в кулаке.

Перешагнув через ноги мертвеца, он пошел к выходу из проулка и вскоре затерялся среди пустынных улиц города. На берегу избавился от платка — замотал в него камень и зашвырнул подальше в озеро.

После чего вернулся в гостиницу, выписался и первым же поездом покинул город.

Отныне путь полковника Граева лежал к вольготно расположившемуся на берегу реки Синельги городу Синегорску.

— Зачем. Мне. Столько раз. Отжиматься? — просопел Денис.

— Девяносто семь, девяносто восемь, девяносто девять, сто. — Неторопливо досчитав до ста, Владислав снял со спины парня ногу в тяжелом ботинке и объяснил: — А чтоб у тебя идиотских мыслей применить в уличной драке «огненный вал» не возникало.

Денис легко поднялся, отряхнул ладони и вопросительно посмотрел на наставника.

— Бегом. Вперед! — негромко скомандовал Воронцов и первым побежал по усыпанной золотистыми листьями тропинке, петлявшей между деревьями.

В лесу пряно пахло прелой листвой, шаги бегунов терялись в шорохе листопада, меж тонкими стволами берез проглядывало бледно-голубое холодеющее октябрьское небо, и на Владислава вдруг нахлынула давно забытая простая чистая радость — от того, что он все еще здоров и крепок, что может бежать вот так, не зная усталости, глубоко вдыхая осенний воздух, от того, что небо такое высокое и светлое.

Лес неожиданно расступился, впереди открылась небольшая круглая поляна. Денис замедлил бег, и Влад, развернувшись, тут же пружинисто прыгнул на него, метя ногой в поясницу. Денис уловил движение, но защититься не успел. Парень опрокинулся на землю и тут же получил от наставника увесистый пинок. Влад навалился сверху, заломил ему руку, ладонью нащупал подбородок, дернул вверх. Денис сдавленно замычал, тщетно пытаясь вырваться. Подержав парня пару секунд, Воронцов отпустил его и помог встать.

— В чем твоя ошибка?

— Отвлекся. Сосредоточился на беге, — потирая шею, ответил Денис.

Владислав покачал головой:

— Ты перестал меня воспринимать. Включил в общую картину окружающего мира как фон. Привык ко мне. Так нельзя — обстановку надо оценивать постоянно.

— И как? — возмутился Денис. — Это что, постоянно в напряжении, никому и ничему не верить? Так и с ума сойти недолго!

— Ничего подобного. Как раз это несложно — исключительно дело тренировки. Главное — научись воспринимать мир как поток, в котором нет ничего неподвижного… — Влад запнулся, подыскивая слова. Краем глаза он приметил короткий сук, валявшийся на земле в паре метров от них. — Я понятно говорю?

— Ну… — замялся Денис.

— Не очень, — Влад мысленно потянулся к деревяшке. — Постарайся усвоить: мир постоянно меняется. И эту новую информацию надо воспринимать ежесекундно.

Денис слушал, прикусив губу, задумчиво кивал своим мыслям. Потемневший от влаги обломок дерева шевельнулся и оторвался от земли.

— По сути дела, — продолжал Влад, — это именно то, чем мы отличаемся от большинства людей. Людям свойственно привыкать к реальности, они считают ее чем-то постоянным, потому и не готовы реагировать, менять…

Не прерывая монолога, он метнул в Дениса поднявшуюся уже на метр деревяшку. На сей раз застать ученика врасплох не удалось. Не поворачиваясь в сторону угрозы, Денис высоко подпрыгнул, пропуская сук под собой, и сразу же направил на него свою силу. Сырое дерево затрещало, задымило и вспыхнуло.

Парень прогрессировал на глазах. Если месяц назад, когда Владислав пришел к ним на квартиру и хмуро бросил: «Я твой наставник. Или со мной, или в интернат». — Денис не умел вообще ничего, то сейчас его способности концентрироваться позавидовали бы многие знающие.

Он явно ждал похвалы, но наставник лишь вздохнул, позволил догорающим углям упасть на землю и печально осведомился:

— Ну скажи мне, отрок, за каким чертом ты это устроил?

— Как? — опешил юноша. — Вы же меня сами учите: угроза должна быть устранена максимально быстро и эффективно…

— Учу. Во всяком случае, пытаюсь, — кивнул Владислав. — А еще я должен учить тебя думать. Желательно головой. — Выдержав паузу, он продолжил: — Скажи, какие разделы умения, — слово «умение» выделил особо, — даются тебе легче других? Что получается лучше всего?