Читаем без скачивания Норманн. Чёрный князь - Дмитрий Светлов

Глава 3

Цена победы

Отправить корабли из Африки в Аравийское море? Почему нет? Предложение «открыть» морской путь в Индию корабелы приняли с восторгом. Норманн пожелал удачи и отправил будущих первооткрывателей на инструктаж к Максиму. Америка, казалось бы, намного ближе, викинги уже триста лет успешно там обживались и осваивали серебряные рудники Ньюфаундленда. Только чудес на белом свете не бывает, и дело не в аборигенах. Европа еще не способна была создать и развить хотя бы одну жизнеспособную колонию. Слишком много сдерживающих факторов, нет людей, нет денег, нет ресурсов. Для гарантированного самообеспечения в поселении должно жить не менее десяти тысяч человек. Население Англии времен Эдуарда III едва дотягивало до ста тысяч. Америка шестнадцатого – девятнадцатого веков целиком и полностью зависела от чернокожих рабов, именно они осуществили колонизацию Нового Света. Сейчас время факторий, когда пришлые торговцы вынуждены опираться на ресурсы принимающего их государства.

Честно говоря, Норманн совершенно не озадачивался предстоящей торговой экспедицией. Он не собирался оставаться в этом мире, так что плоды сегодняшних начинаний достанутся его преемнику. Из незавершенных дел оставался захват Норчепинга, именно туда сейчас отправлялась боевая эскадра карельского князя. Встреча у берегов Англии с гасконскими галерами и успешные атаки на галеасах и дромонах надоумили разделить корабли на отдельные военные флотилии. К побережью Швеции шла по-настоящему грозная сила с пушками, даже мурманы установили на драккарах по два фальконета.

– Я не верил в ваши силы, – оторвавшись от созерцания огромной эскадры, заговорил персидский посол, – северные правители не могут содержать большое войско. Как я ошибался! Перед моими глазами полусотня галер с многочисленным войском на борту!

– Каждый знает о скудном земледелии в наших краях, – усмехнулся Норманн, – забывая при этом о богатых рыбой реках и озерах.

Садиги ас-Хафиз прикрыл глаза и провел ладонями по лицу, после чего ответил:

– Ты живешь на благодатных землях! Я был с твоим воеводой на охоте, за день без труда убили двух лосей и выводок кабанов.

– В Карелии зверей намного больше, чем людей, – с улыбкой заметил Норманн. – Из домашней скотины держат только коз да коров.

– В наших степях совсем не осталось диких зверей, – вздохнул посол. – Лишь горные бараны. Что за удовольствие лезть на скалы?

Садиги ас-Хафиз мог бы добавить, что Персия наследовала древнейшую цивилизацию на Земле. За прошедшие сотни тысяч лет там не могло остаться не только диких зверей, но и необработанного клочка земли. Для персов четырнадцатого века сказки Шахерезады и поэзия Омара Хайяма давно уже стали седой историей. Стоявший несколько поодаль воевода Захар Иванович Дидык воспользовался паузой в разговоре, несколько раз кашлянул, как бы привлекая к себе внимание, и спросил:

– Андрей Федорович, через полчаса галера с новгородскими переговорщиками повернет на Гапсаль[10]. Ничего им сказать не хочешь?

Норманн посмотрел на идущий сзади тридцативесельный галеас, которому предстояло взять тевтонских покупателей на еще не завоеванные земли, затем ответил:

– Да ладно, уже сто раз говорено-переговорено! Сейчас для них самое главное привезти этих ландмейстеров с комтурами с задержкой в две недели.

– Нам урожай за две недели не вывезти, – с сомнением ответил воевода.

– Главное – успеть вычистить ближайшие поселения и показать их покупателям. Затем начнется торг, немцы дотошно пересчитают не только дома и людей, но и голубей на крыше, – с ехидцей пояснил Норманн.

– Твоя правда, князь! – засмеялся Дидык. – Пока они курей пересчитают, мы успеем вычистить даже заозерные поселения.

– Нам не о грабежах надо думать, Захар, а как королевское войско перехватить, – недовольно заметил Норманн.

– Корабелы обещали высадить прямо на дороге, что идет из Упсалы[11].

– С Геландом оговорил время атаки? – глядя на северную группу драккаров, спросил Норманн.

– Трудно мне с мурманами, Андрей Федорович, – недовольно ответил воевода, – каждый раз на тебя ссылаются.

– Я-то здесь при чем? Они в реку Фюис идут и по таможенному посту должны вовремя ударить. Иначе грош цена атаке!

– Так и сказано! Король должен разделить свое войско, иначе сначала сгонит Геланда, затем пойдет на нас, – не совсем уверенно ответил Дидык.

– Привыкай мурманами командовать! – строго сказал Норманн. – Прямо сейчас подзови драккар Ульфора и потребуй проверить Северный отряд.

Подготовка позиции для встречи с врагом потребует не менее недели. По общему замыслу, Геланду предстоит нанести отвлекающий удар по таможенному посту недалеко от Упсалы. Король неизбежно захочет отогнать обнаглевших мурманов и пошлет туда дружину. Весть о нападении на Норчепинг заставит его сначала освободить устье реки Фюрис, где расположена таможня, затем направить основные силы на юг. Таким образом, у Норманна будет достаточно времени для подготовки к обороне. Сейчас не набег, а захват земель, ландмейстеры должны убедиться в разгроме главных сил правителя Швеции, в противном случае Тевтонский орден не заплатит и виттена[12]. План несложный, но и норвежцы, которые сейчас правили шведами, воевали бесхитростно, делая упор на яростные прямолинейные атаки. По идее захват земель между Балтийским морем и озером Веттерн не должен составить труда, а шестнадцать пушек и четыре сотни аркебуз помогут разогнать атакующую толпу.

Как ни старались, а скрытой высадки десанта не получалось. Огромная, по меркам четырнадцатого века, эскадра медленно надвигалась на Скандинавский полуостров. Завидев на горизонте чужие паруса, корабли Готланда без промедления поворачивали обратно. Любое войско, что на море, что на суше, без разбору грабит всех встречных-поперечных. Спешили скрыться от опасности и рыбаки, некоторые даже бросали на произвол судьбы свои простенькие снасти. На выходе из Финского залива кораблики недолго покачались на свежей волне, но ветер быстро стих, как бы не желая мешать идущим на войну корабелам. К гранитным островам Оксельзунда подошли перед самым заходом солнца. Передовой отряд, которому предстояло захватить хлебный торг, налег на весла, рассчитывая на рассвете ошвартоваться к причалам Норчепинга. Вскоре в летних сумерках показался холмистый берег, и Дидык подозвал галеру Николауса фон Кюстрова:

– Барон! Берите пять когов и высаживайтесь на южный берег, он ваш! Только не спешите!

– Десант отправлю с первыми лучами солнца, – ответил фон Кюстров. – Сейчас выберу остров и встану на ночевку.

Воевода повернулся к князю и прокомментировал ответ:

– Понимает! Ночью трудно собрать пленных, многие убегут, в округе поднимется переполох.

– Далеко не убегут, – не согласился Норманн. – Поутру мы высадим второй десант на южном берегу залива.

– Высадить-то высадим, только добыча достанется фон Гренингу, – усмехнулся Дидык.

Для правителя не имеет значения, кто и сколько набрал пленных и прочих трофеев, для него важен общий результат. Зато бароны отправят в имения только то, что сумели взять во время набега. В масштабной акции, по современным меркам почти что войне, трудно оценить способности и воинское умение своих помощников. Зато реальная добыча и развитие уделов сами скажут о том, как проявил себя каждый сотник или удельный владетель.

– Ты прав, – согласился Норманн, – у толкового хозяина и овцы сыты, и волчьи шкуры в рядок на просушку развешены.

– Выг с низовья мне сотню овец привез, – не оценив каламбура, похвастался Дидык.

Развитие удельных владений оставалось вне поля зрения Норманна. Одарив свое окружение титулами и деревнями, он совершенно не интересовался дальнейшим ростом новых поселений. Даже сейчас, в походе на датские земли, которые через многие столетия станут Швецией, он не думал о стоящих рядом баронах. До портала осталось протянуть месяц, и прощайте, Карельское княжество перейдет неведомому преемнику.

– Как возвратишься из набега, без задержки сходи на Андому[13], выбери себе местечко да посели полон.

Захар Дидык не сразу понял, о чем сказал князь, затем упал на колени и поцеловал полу княжеского кафтана.

– Спасибо за милость, Андрей Федорович! Верой и правдой отслужу!

Князь поставил воеводу на ноги и, обняв за плечи, сказал:

– Мы с тобой делаем одно дело, твое богатство послужит процветанию всего княжества.

Это не пустые слова, Норманн искренне верил во взаимосвязь уделов с общим благополучием пусть карликового, но государства. В бедном княжестве по определению не может быть богатых людей, кроме жуликов, конечно.

Мелкая балтийская волна постепенно сменилась на озерную рябь – верная примета того, что корабли входят в залив. Немного постояв у борта, Норманн еще раз окинул взглядом россыпь привязанных к мачтам фонариков и отправился спать. Действия не только воевод, но и каждого сотника были оговорены до мельчайших деталей еще в Медвежьем замке. Незачем лишний раз тормошить людей одними и теми же словами, тем более – накануне высадки на вражеский берег. Полезней самому хорошенько выспаться, а завтра помочь реальным делом.