– Как возвратишься из набега, без задержки сходи на Андому[13], выбери себе местечко да посели полон.
Захар Дидык не сразу понял, о чем сказал князь, затем упал на колени и поцеловал полу княжеского кафтана.
– Спасибо за милость, Андрей Федорович! Верой и правдой отслужу!
Князь поставил воеводу на ноги и, обняв за плечи, сказал:
– Мы с тобой делаем одно дело, твое богатство послужит процветанию всего княжества.
Это не пустые слова, Норманн искренне верил во взаимосвязь уделов с общим благополучием пусть карликового, но государства. В бедном княжестве по определению не может быть богатых людей, кроме жуликов, конечно.
Мелкая балтийская волна постепенно сменилась на озерную рябь – верная примета того, что корабли входят в залив. Немного постояв у борта, Норманн еще раз окинул взглядом россыпь привязанных к мачтам фонариков и отправился спать. Действия не только воевод, но и каждого сотника были оговорены до мельчайших деталей еще в Медвежьем замке. Незачем лишний раз тормошить людей одними и теми же словами, тем более – накануне высадки на вражеский берег. Полезней самому хорошенько выспаться, а завтра помочь реальным делом.
Он проснулся от полной тишины – над головой не было слышно привычных шагов шкипера, не пели ритмичную песню уключины, только тихо плескалась о борт мелкая волна. Все признаки того, что галера стоит у берега. Норманн лениво потянулся и пошлепал босыми ногами на палубу. Забавно, во всяких разных фильмах бравые моряки и пираты топают в кавалерийских ботфортах, по жизни же в южных краях вообще не пользуются обувью, а на севере носят чуни из шкур морских животных. Сапоги наденут очень нескоро, когда кораблики начнут делать из железа, а сейчас кожаная подошва станет скользить по деревянной палубе, аки по льду. Усмехнувшись своим мыслям, Норманн вышел из каюты и позвал слугу:
– Хайнц! Пушки и без твоей помощи вытащат на берег, а мне самому не побриться!
– Простите, гер Норманн! Я только хотел узнать новости, чтобы вам рассказать!
Крикнув что-то камбузной братве, слуга ловко запрыгнул на палубу и через мгновение предстал перед хозяином с приготовленным для утреннего моциона тазиком с бритвенными причиндалами. Хайнц первый раз отправился с Норманном в поход, заменив предшественника, который добровольно поплыл в Африку, причем в ранге главврача экспедиции. Надо сказать, что за прошедший год припортальная «братва» обучила слуг Норманна не только врачебным премудростям. Обслуживающий персонал освоил целый спектр навыков, начиная с правил санитарии и заканчивая обеспечением безопасности правителя. Во дворце почти зримо ощущался строгий порядок, а гости находились под постоянным наблюдением неприметных слуг.
На завтрак подали мисочку только что собранных лисичек, обжаренных в горчичном масле с дольками брюквы. Разохотившись, он хотел было потребовать добавки, но слуга поставил перед ним тарелочку с двумя фаршированными репками. Объедение! Сладкий сок корнеплода напитал туго скрученные рулончики жирной камбалы, а кориандр с тимьяном придали блюду неповторимый аромат. Завершил праздник живота кисель из ревеня с душистыми булочками. Все, пора переодеваться и сходить на берег, судя по скрипу блоков, эскадра приступила к выгрузке орудий и лафетов. В гардеробе появился новый элемент одежды – обшитая бархатом кожаная кираса, внешне напоминающая колет. После полученной в грудь стрелы было бы глупо не озаботиться дополнительными мерами безопасности.
– Доброго утречка, Андрей Федорович! – приветствовал встретивший у сходни воевода.
– И тебя, Захар Иванович, с добрым утром! – ответил Норманн. – Хвастайся успехами.
– Ничего хорошего сказать не могу. Дорогу осмотрели на три версты в обе стороны, везде крутобокие холмы да болота, – расстроенно сказал Дидык.
Иного Норманн и не ожидал, он впервые в этих краях, но перед отходом вытряс из Максима всю необходимую информацию. С севера на юг вела всего одна-единственная дорога, которая действительно петляла между высоких холмов и топких болот. Пригодный для земледелия регион начинался от Норчепинга, который и следовало освободить от посягательств короля Магнуса Норвежского.
– Неужели не нашел подходящего местечка? – не поверил Норманн.
– Есть одно, – нехотя ответил Дидык, – княжичи нашли, которые у тебя на воспитании.
Для наследников тверского и ярославского князей это был первый в жизни боевой поход. Привезенную артиллерию изначально разделили поровну и поручили юношам командование левой и правой батареями. Подобное решение заключало в себе подсказку. Фактически до появления нарезных орудий все армии Европы выстраивали пушки перед линией пехоты, а сражение начиналось с артиллерийской дуэли. Палили друг в дружку не очень долго. Как правило, простенькие пушчонки достаточно быстро начинали разрываться, калеча и убивая прислугу и канониров. В свое время Петр I, который был не только эрудированным правителем, но и талантливым полководцем, додумался поставить орудия на колесные лафеты. Новшество позволяло выдвигать пушки вперед и вести губительный для врага фланговый огонь. Когда говорят, что под Полтавой Карл XII сдвоил центр своей армии, то неуклюже врут. Попав под губительный огонь, шведские солдаты сами столпились в центре, а король драпанул с поля боя через полчаса после начала сражения. Впрочем, Европа проигнорировала эту изюминку, а впоследствии приписала открытие Наполеону. Справедливости ради надо отметить, что французский узурпатор не раз писал и говорил, что считает своим учителем русского императора Петра Великого.
– Посмотрим на предложения Федора Александровича и Василия Васильевича, – с толикой иронии сказал Норманн.
– Да ну их, – отмахнулся Дидык, – нашли место, где дорога проходит по насыпи через болото, и хотят в камышах гать мостить.
– Что в этом плохого? – чуть наклонив голову, спросил Норманн.
– Кто знает силу Магнуса Норвежского? Приведет из Упсалы две, а то и три тысячи воинов, и что?
– Понял твою мысль! Надо болото хорошо осмотреть, у врагов не должно быть ни малейшего шанса захватить наши пушки.
Норманн не мог не согласиться с опасениями воеводы: отход пехоты не должен был привести к потере артиллерии. И это еще не все, главная ударная сила обязана непрерывно поддерживать войска, что невозможно без флангового маневра.
– Сотники уже месят болото, ищут пути для отхода артиллерии, – раздраженно ответил Дидык.
– Иначе придется искать другое место, – согласился Норманн.
Сыновья князей Твери и Ярославля действительно выбрали для обороны очень удобное местечко. Вильнув между поросших ельником холмов, дорога выходила к болоту и пересекала его по неширокой насыпи. В то же время артиллерийская позиция была выбрана совершенно неправильно.
Рассерженно фыркнув, Норманн приказал привести к нему горе-канониров, а сам перешел по насыпи на другую сторону болота. Ругать Федора Александровича и Василия Васильевича в общем-то было не за что. Оба ни разу не принимали участия в серьезных боях, погони за шайками разбойников или мелкие междоусобные стычки не в счет, там иная тактика действий.
– Здравствуй, Андрей Федорович! – хором приветствовали юноши. – И ты недоволен выбранной позицией?
– Ишь ты, – усмехнулся Норманн, – сразу с места в карьер! Доволен-недоволен – это дело десятое! Мы пришли врага бить, а не мое самолюбие тешить!
– Воевода сказал, что тебе не по нраву наш выбор! – задиристо ответил тверской княжич.
– Меня не интересуют слова Дидыка, привыкай отвечать за свои решения, не ссылаясь на других людей.
Федор Александрович покраснел, гневно зыркнул на Норманна, но сдержался и покладисто ответил:
– Показывай, Андрей Федорович, наши ошибки.
– Э, нет, такой хор петь не будет! – улыбнулся Норманн. – Сейчас вы сами мне расскажете, что да как!
– С чего это ты решил, что мы вдруг откажемся от принятого решения? – напористо спросил Василий Васильевич.
– А вы встаньте ко мне спиной и посмотрите на дорогу, как будто вам предстоит штурмовать стоящие там вражеские полки, – предложил Норманн.
Оба княжича тотчас развернулись и после недолгого шушуканья покорно согласились:
– Винюсь! – почти хором сказали оба. – Твоя правда. Враг по насыпи бегом пойдет и наш центр с ходу прошибет!
– А в обход? – задал Норманн вопрос-подсказку.
– И в обход можно, – согласился Василий Васильевич. – По правую руку небольшое озерцо, норгам две версты вкругаля за час нетрудно пробежать.
– С левого болота в залив стекает мелкая речушка, обойдут нас, причем влегкую, – добавил Федор Александрович.
– Вот и ладненько, возможные действия Магнуса Норвежского или его воеводы мы определили. Осталось продумать наши действия, – доброжелательно сказал Норманн.
