Читаем без скачивания Бомба для ведущего (Антиоружие) - Александр Жорницкий

Глава седьмая

Исаак Кривошея в действительности оказался таки Иосифом Исааковичем, как сказала тетя Поля, и сам он представился Саше, добавив:

– Все, что обо мне говорят, – истинная правда, в том числе и кличка, не пропадать же ей, в Украине из древних веков повелось: уличное имя прадеда передавалось деду, отцу, детям, внукам и пра-пра-… – Он говорил на чистейшем украинском с львовским выговором, немного непривычным для Саши, жителя Центральной Украины, где нередко закидают русизмами, но он радостно и удивленно для него звучал здесь, в Израиле, из уст полуеврея. Саша даже завидовал ему. В вузе и на работе он постоянно находился в русскоязычной среде и порой с ужасом замечал, что забывает родной язык, а со временем пришлось поработать со словарями, чтобы правильно говорить и писать по-украински.

Гости и хозяева выпили по рюмке «Украинська з перцем» и закусили кто чем пожелал, выбор закусок был немалый, но хозяйка подала горячий красный борщ с пампушками, заправленными чесноком, и все за них охотно принялись. Хозяин дома, супруг тети Поли, поднялся с рюмкой в руке:

– Выпивка без тоста превращается в рядовую пьянку. Давайте выпьем за нашего земляка и пожелаем ему успехов в Израиле.

Все выпили. Саша с удовольствием ел вкусный борщ с фасолью вприкуску с тающими во рту пампушками, запах которых вызывал усиленный аппетит. Все к ним потянулись, он понял, стол сегодня будет украинским, и не ошибся: на столе появились тушеные ребрышки, правда, не свиные, а телячьи, с картошкой, голубцы, вареники с вишнями и творогом и его любимый вишнево-молочный кисель. Не забыла тетя Поля и пирожки испечь с вишнями, а с избыточного вишневого сока сделать подливу к ним. Интенсивная работа кондиционера, вопреки уличной жаре, создала приятную прохладу, сопровождаемую легким ветерком, и Саше казалось, что он на берегу Южного Буга под ветвистой вербой спрятался с друзьями от жаркого солнца и они пьют охлажденную в прохладной воде реки водку, закусывая шашлыками.

– Как телятина? – спросил хозяин рядом сидящего Сашу.

– Вкусная.

– Мы объехали все магазины, еле достали мясо от телочки, от бычков оно жестче, а все потому, что их не кастрируют. Вы знаете, в молодости я работал бухгалтером пригородного совхоза, там было много скота, телочек выращивали для воспроизводства, а бычков на мясо. Их всех кастрировали весной, в начале мая, когда на полях подрастала зеленая масса и ею начинали кормить скот. К этому дню готовились тщательно: ветеринарная служба – инструментарий и медикаменты, а руководители отделений совхоза – водку. Процесс начинался с утра, а к концу вечера туда приезжало начальство с приближенными лицами, жарили бычьи яйца с укропом, зеленым луком, солью, перцем и пили водку, ничем другим не закусывая. Блюдо изумительного вкуса, запаха и стимулятор мужской силы, а пить под него можно до бесконечности. По интернету вычитал, что некастрированные бычки при откорме дают более высокий привес, но менее вкусное и нежное мясо. Я вчера ездил специально на бойню…

– Полечка, принеси…

Тетя Поля принесла, что-то похожее на большие белые грибы, нарезанные кружечками, и поставила тарелку на середину стола. Гости, переглянувшись, стали брать по кусочку, нюхать и жевать, а когда по просьбе хозяина выпили по очередной рюмочке, охотно приступили к новому блюду, от которого тарелка быстро освободилась. Все оживились, шум усилился. Иосиф кивнул Саше, и они вышли на веранду, он протянул ему сигару, но тот вежливо отказался, Иосиф не стал ее прикуривать и положил обратно в карман, взглянул бесцветными глазами в глаза Саши и спросил:

– Как вам Израиль?

– О…

Он перебил его:

– Я не об этом, удалось ли что-то сделать?

– Программу исследований в основном выполнил, освоил несколько весьма интересных методик, но есть проблемы…

– Нет проблем, завистников море, а как же у соседа хата белая, у соседа жинка милая, – почти пел по-украински.

– По-белому завидую вашим ученым.

– Да, но бабки здесь платят только за дело. – Он замолчал, а потом с грустью произнес:

– А знаете, мне хочется туда, где была небольшая зарплата, в складчину отмечали праздники, от души ели, пили и пели. В такую жару сидели бы на берегу озера, смотрели на не потопающие поплавки и ни о чем не думали, а к вечеру наловили рыбки, разожгли костер, на котором варили уху и жарили шашлык. Добрая чарка ходила по кругу, задушевный шел разговор, чарку подымал с нами Назарий, незабвенный друг и весельчак, душевный песенник, не один раз говорил мне: «Рыжий Иосиф святой, я напишу про тебя песню задушевную и петь ее будут все украинцы и евреи».

Саша молча выслушал монолог, не перебивая, хотя вопросы возникали разные, а главное – перейти на нужную тему разговора. Эмоционально возбужденный Иосиф вдруг замолк, достал свою сигару, прикурил и, пыхтя ею, внезапно спросил:

– Чем помочь?

От неожиданности Саша чуть не подпрыгнул, поняв, что тот читает его мысли, но спокойно ответил:

– Мне нужно измерить силу и количество энергии делящихся клеток.

– Неужели никто этого не сделал раньше?

– Делали, но совсем в другом аспекте.

– Хотите такую энергию в бомбу превратить? – засмеялся рыжий.

– Не совсем так, – ответил Саша и стал излагать ему суть своих исследований. – Я математик, а не биолог, однако определенный интерес у меня возник. Изложите на бумаге основную закономерность выхода энергии, в том числе количество делящихся клеток, процесс перехода их частиц в энергию, количество вновь образовавшихся клеток, то есть всю информацию об этом процессе.

– Очень рад, полученные формулы можете запатентовать.

– Меня это не интересует. Как полуеврей деньги зарабатываю по-еврейски, продаю свои мозги, а платят здесь, не торгуясь, отлично, как полуукраинец, если что-то получится, сделаю украинцу подарок, а когда получите Нобеля, меня, разумеется, забудете, но я вам напомню о моральном долге.

Саша молча пожал ему руку, а тетя Поля позвала к столу. Они еще долго сидели за столом с едой и напитками, пели еврейские и украинские песни, рассказывали старые советские анекдоты о евреях.

Утром Сашу позвал к себе шеф и, поздоровавшись, напомнил о необходимости встречи с рыжим вундеркиндом, чтобы заручиться его согласием, а в случае отказа искать другой выход.

– Вчера с ним встречался у тети Поли, хозяйки небольшого кафе, и обо всем договорился.

– Загнул?

– Нет, сказал, подарок.

– Значит, понравился ему. И что-то придумает, большой ум, слиток двух талантливых народов… Да, а теперь о важном деле. В нашу клинику поступила женщина сорока двух лет, первая беременность, срок родов через шесть-семь дней, но их не будет. Патология уникальная, всего девять случаев в мире, из них два случая подряд в Украине и семь – в других странах по одному. Алексей Иванович оперировал дважды, хорошо описал не только схему, но и всю современную технологию операции. Вы с этим знакомы?

Саша назвал всех хирургов, совершивших подобные операции, а также литературные источники и допущенные в них неточности.

– Вы соавтор описания операции по второму случаю. В качестве кого участвовали в ней?

– В качестве первого ассистента.

– Хорошо. – Он нажал кнопку и произнес:

– Пусть все заходят.

В кабинет вошли восемь мужчин и одна женщина, уселись вокруг стола, серьезные и внимательные, они смотрели на шефа, понимая, что собрали их по серьезному делу.

– Знакомьтесь, – шеф повернул голову в сторону Саши, – это Александр Кузык, наш стажер и мой земляк, ученик академика Москаленка, совершившего две операции в уникальных случаях гинекологической практики.

Саша поднялся и сделал поклон в их сторону. Шеф обвел всех внимательным взглядом, желая еще раз убедиться, что тут сидят именно те безотказные, надежные, испытанные им хирурги, участники самых сложных операций, которым он доверяет. Его волновал тот факт, что в этой сложной операции задача сохранить жизнь не только матери, но и плоду, хотя в подобных случаях между ними стоял трагический выбор: либо-либо. В мировой практике в четырех случаях из семи спасли только мать. Правда, обнадеживал успех Москаленки, в обоих случаях спасший и мать и ребенка, тем более что один из участников операции здесь. Свое же участие он исключал по причине возраста, но присутствовать будет непременно, его знания и опыт могут при необходимости помочь. Шеф снова охватил взглядом коллег и, подводя итог раздумий, сказал:

– Относительно предстоящей операции. Я беру на себя роль консультанта, бригаду возглавит Кузык – она будет состоять из четырех групп хирургов по два в каждой, плюс два хирурга – помощники, остальной персонал, как принято у нас в повседневных операциях. К комплектации всего персонала приступить немедленно. Саша знает украинский, русский и английский, но самый надежный язык – хирургический, язык известных нам жестов. Завтра утром должен быть подробный план – схема операции и компьютерная модель, в два часа дня теоретическая репетиция, в пять – практическая. Пока все.