По залу прокатилась волна спешного топота. Позже зазвенели цепи, и лодыжку Бо охватило железно кольцо. Толстяк с досады до крови прикусил губу. Надежды на побег стремительно таяли.
Торговца бесцеремонно подняли за шиворот и потащили куда-то. Впрочем, дорога оказалась недолгой. Его приволокли к стене и бросили на лавку, отбив зад об твердые доски сидения.
— Послушай, Фермунд, ты ж мне кум? Отпусти их по старой дружбе, — вновь подал голос сын Килто.
— Молчи, Хилмо. Нет между нами никакой дружбы, — гневно молвил глава финхарского представительства Гримборской торговой гильдии. — Вервульф должен быть уничтожен, толстяк отправится к Дриммуру, а ты с ближайшим караваном поедешь в Долгар. Пусть твоей отец узнает, с кем ты связался.
— Никуда я не поеду! — капризно выкрикнул рыжий.
— А твоего желания никто не испрашивает, — бросил каштанововолосый и возвысил голос, обратившись к охранникам: — Обезоружить его.
Помещение огласил резкий звон. Сквозь застлавшую взгляд пелену, Бо не мог разглядеть, что случилось, однако понял, что окруженный сородичами рудой гневно бросил секиру на пол.
— Отведите их в темницу, — повелел сын Фармина. — Мне нужно написать письма Дриммуру и Килто. После займемся вервульфом. И сообщите Хидару, что его караван отправится в Гримбор уже завтра на рассвете.
Крепкие руки подхватили толстяка и легко потащили прочь из комнаты, словно его могутное тело почти ничего не весило. Шум сбоку говорил о том, что подле волокли Готрика. Судя по всему, следопыт лишился сознания. Позади гневно фыркая, топал Хилмо.
— И не забудьте выпростать их сумки. Мало ли какие пакости могут там таиться, — донесся им вслед бас Фермунда.
Перед входом на лестницу возникла какая-то заминка.
— Надоело их тащить, пусть сами ногами двигают, — послышался возмущенный голос, не такой низкий и хриплый, как у остальных. Видно, говорил молодой гном.
— Точно, Налин, — поддержал смутьяна сердитый баритон.
— Дайте им нюхнуть хиртской отравы, — предложил первый.
Кто-то недовольно заругался, послышался шорох. Торговца грубо дернули вниз, не выдержав, затрещала ткань куртки. В нос ударил резкий запах. Хотя Бо имел дело со множеством зелий, со столь отвратительным смрадом он столкнулся впервые. Купцу почудилось, будто ему в ноздри вогнали раскаленные арбалетные болты, кои жадно впились в мозг. Впрочем, сковавшая взор белесая муть вмиг улетучилась. Разбитые члены вновь налились силой. Торговец увидел, что стоит на краю лестницы в окружении насупившихся гномов. Руки его связаны за спиной, а к левой ноге прикован тяжеленный стальной шар. Рядом тряс головой также прозревший Готрик.
— Что, лучше? — глумливо осведомились сзади. — Таки иди. — Толчок оказался настолько резким, что Бо едва не свалился, покатившись с лестницы.
Несмотря на вернувшиеся силы, он с трудом оторвал ногу, дабы сделать шаг. Удерживавшая запястье металлическая сфера весила не менее трех пудов.
Медленно ковыляя, толстяк и следопыт почали спускаться. Нетерпеливые карлики подгоняли их болезненными тычками.
Они осилили половину лестницы, когда снаружи донесся шум. Правда, странные звуки оборвались неестественно быстро.
Тяжелая створка входной двери со скрипом отошла в сторону и в здание порскнули две стремительные тени.
Поначалу Бо почудилось, что явившиеся принадлежат к эльфийскому роду, что, впрочем, не давало ему каких-либо надежд на спасение.
— Вы кто еще такие?! — заревели, заполошно вскакивающие охранники.
Два худых силуэта, замерли посреди помещения, не выказывая какого-либо страха перед вооруженными до зубов карликами.
Бо передернуло от страха, когда он рассмотрел озаренные тусклым светом фигуры. Чуть впереди застыл полуэльф. Прямые черные волосы ниспадают ниже плеч. Острый подбородок обрамлен жидкой бородой, хотя законы пустынной страны запрещали альг-азза иметь растительность на лице. Нарушение сего порядка каралось смертью. Худощавый, ровно сухое деревце, торс болдыря облекает рубаха из пурпурного сатина, узкие черные порты заправлены в высокие сапоги лазоревого цвета. В руках полукровка сжимал рукояти клинков с двойным изгибом. Сложный узор на лезвиях говорил о том, что мечи выкованы из знаменитого доргримского фулада — стали, по своим свойствам почти не уступавшей гномьей. На одном из мечей виднелась темная полоска — сегодня он уже отведал крови.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Одесную полуэльфа застыл чистокровный альги. На голове остроухого отсутствовали волосы — подобным образом в Доргриме наказывали отступников, чьих преступлений оказалось недостаточно для смертной казни али каторги. Провинившихся лишали волос магическим образом, после чего на их макушках не могло вырасти уже ничего. Ни один эльф не снисходил до сношений с лысыми изгоями. Тонкое изящное лицо спутника полукровки иссекали многочисленные шрамы, складывавшиеся в сложный узор. Востроухий носил узкую одежду из сизо-зеленой чешуи ящера. Он стоял нарочито расслабленно, опустив к полу обнаженные клинки — такие же, как у его спутника.
Во второй раз за день у торговца задергался низ живота. Ежели от гномов он еще мог рассчитывать уйти живым, то Фанджали ему подобной возможности точно предоставлять не собирался.
— Отдайте мне толстяка! — красивый голос эхом раскатился под высоким сводом.
— Какого еще толстяка? — недоуменно вопросил стоявший подле торговца бывший король Кригстейна.
— Мы здесь все толстяки, — хохотнул сбоку смуглый уроженец Гуллрока, похлопав себя по внушительному брюху.
— Отдайте мне Бо Хартсона! — пират возвысил голос.
— Какого еще Бо Хартсона? Нет здесь таких, — с непониманием заголосили карлики. Верно, они взаправду не знали имени своего пленника. Сидевший на ящиках рыжий коротышка с красным от выпитого лицом звучно расхохотался. Похоже, происходящее вяще забавляло подгорных жителей.
— Отдайте мне его! — острие меча указало на торговца.
— Не отдадим! — в унисон ответило с полдюжины коротышек.
— Заплати сотню дукатов, тогда мы еще над энтим подумаем, — заявил карамазый гуллрокец, кой только что хвалился необъятным пузом.
— Золота давай, а то и разговаривать с тобой не станем, — поддержали заводилу сразу несколько гномов.
— Значит, я заберу его силой, — процедил Фанджали и сделал шаг. Со стороны казалось, что полуэльф двигается медленно, точно плывет. Однако ближайший из подгорных воителей даже не успел поднять секиру для защиты. Бо не заметил взмаха клинка. Глухо охнув, коротышка выронил топор и, зажимая лицо руками, повалился на пол.
— Гримбор Багар Сол! Хэмнир Друфагар! Гуллрок Ракхаар! — воздух сотрясли яростные боевые кличи. Размахивая оружием, карлики бросились на незваных гостей. Бо получил тяжелый удар сзади и повалился на ступени. По его спине протопали три пары ног. Толстяк краем глаза заметил, что то же самое случилось из Готриком.
— Долгар Сурабар! — с воплем помчался вниз Хилмо. Рыжий горячечно тряс кулаками, поскольку его секира осталась у одного из стражей.
На первом этаже закипела схватка. Фанджали и его соратник закружились в смертоносном танце, за каждое движение разя по двое-трое копотливых карликов. Впрочем, пират и эльф не стремились убивать гномов, а лишь наносили раны, кои не позволяли подгорным жителям продолжать сражение. Даже отчаянный головорез не решался всерьез ссориться с пещерным народом.
Из глубины здания на шум примчалось полдюжины кузнецов — в грубых кожаных фартуках и с громадными молотами в мускулистых руках. Однако даже это подкрепление не могло спасти пещерных витязей от поражения. Из десятка охранников на ногах осталось всего трое. Также пока не получил повреждений Хилмо. Ушлый пройхода метался за спинами сородичей, неистово вопя и рассекая воздух ударами подобранного с пола буздыгана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Торговец услышал сбоку знакомый рык. Обратившийся в оборотня Готрик разорвал связывавшие его вервия, но совладать с прикованным к ноге шаром не сумел.
Косматый вервульф вскочил на задние лапы и без видимых усилий подхватил Бо, поставив того на ноги.
