А на следующее утро они снова на остановке общественного транспорта встретились. Правда, в этот раз Маркелов был при галстуке и портфеле, а Настя безостановочно зевала. И из-за этого удостоилась вместо приветствия едкого взгляда.
— Что, бессонная ночь была?
— А тебе какое дело? — огрызнулась она, и стало понятно, что вчерашний день, проведённый вместе, друзьями их не сделал.
— Счастлива?
— Безмерно.
— Это слово пришлось бы по душе моей бабушке. Язвишь?
Она повернулась к нему.
— Что тебе надо? — Взглядами столкнулись, и Насте сразу стало не по себе. За стёклами очков глаза Сергея смотрели колко и насмешливо.
— Кажется, это мы уже обсуждали.
— Тогда оставь меня в покое. Иначе я…
— Что?
— Сашке расскажу!
Маркелов кивнул, усмехаясь.
— Это серьёзное заявление.
— Отстань, — шикнула на него Настя напоследок, и направилась к подъехавшему автобусу. Сергей поднялся на ступеньки следом за ней, и их снова прижало друг к другу. Вот только на этот раз Насте закричать захотелось, настолько сильно было нетерпение от его близкого присутствия. В этот момент она почти ненавидела этого человека.
За всю дорогу они друг другу ни слова не сказали, хотя и стояли рядом. Настя спиной к груди Сергея прижималась, чувствовала жар его тела, дыхание, касающееся её волос, а потом он просто молча отстранился и из автобуса вышел на своей остановке. А она осталась, почему-то не чувствуя никакого облегчения от его ухода. Как сделать так, чтобы не встречаться с ним больше, пока он в Москву не вернётся?
— Вы с Сашкой поругались, что ли? — спросила мама в один из вечеров.
Настя удивилась этому вопросу.
— С чего ты взяла?
— Ты какая-то нервная в последнее время. Из-за работы его, да?
— Мы не ругались, мам. Дело совсем не в этом.
— А в чём?
— Не знаю. Наверное, я не хочу, чтобы он опять уезжал.
— А ему ты об этом сказала?
— Я ему говорила об этом сто раз!
— А он?
— Деньги, — коротко пояснила Настя, и нахмурилась.
— Это на что это он копит? — заинтересовался отец. — На джип?
Галина Викторовна махнула на мужа рукой.
— На какой джип, Юра? На свадьбу он копит.
— Мама!
— А что, не так?
Отец хмыкнул.
— А что на свадьбу копить? На свадьбу должны родители копить.
— Пока родители накопят, мы состаримся, — не удержалась Настя.
— Так вы же не говорили, что пора! Пора или нет, Настён?
Настя неожиданно смутилась и рукой на родителей махнула, ушла в прихожую.
— Давайте потом поговорим.
Можно сказать, что из дома она сбежала. Разговаривать с родителя о предстоящем замужестве одной, без Сашки, показалось ей глупым и даже немного унизительным. Вот уж когда они решат, вместе придут, а лучше его и её родителей в одной комнате соберут, вот тогда и можно обсуждать, а иначе получается, что «без меня меня женили». Саша ни сном ни духом, а она с родителями предстоящий банкет обсуждает.
Как оказалось, Саши дома не было. Людмила Геннадьевна сказала, что он отправился с ребятами на автомобильный рынок и до сих пор не вернулся, хотя прошло уже несколько часов. Сказала это, и раскаялась. Начала Настю успокаивать.
— Ты же знаешь их гаражные дела, опять, наверное, ремонтируют Димкин драндулет. Когда уже его на свалку свезут, не знаю.
Настя натянуто улыбнулась, попрощалась и вышла на улицу. Постояла у подъезда, не зная, чем себя занять. Домой не хотелось, родители, наверняка, снова заведут разговор о свадьбе; Ольга на неё до сих пор обижалась из-за того, что Маркелов, якобы, для неё, Насти, тогда пел, словно она виновата в этом была. Обвела пустой двор потерянным взглядом и пошла к беседке, решив, что из гаража ребята сразу туда придут, и там их поймать легче всего. День выдался душным, и посидеть вечерком в приятной прохладе — что может быть лучше? Вот только не рассчитывала с Маркеловым столкнуться. Тот как раз из своего подъезда вышел, её увидел и замер, словно хищник, добычу почуявший. А Настя даже не подумала дать ему понять, что заметила его. Гордо отвернулась и направилась к беседке. Маркелов, конечно же, за ней увязался, на это она почему-то не рассчитывала. В беседке он появился спустя полминуты после неё, но не сел, а на перила облокотился, разглядывая девушку.
— Где все? — поинтересовался он.
Настя безразлично пожала плечами.
— В гараже, наверное.
— Ясно.
— Может, ты к ним пойдёшь? Там наверняка очень интересно, — не удержалась она от язвительности.
— Где? В гараже? С железками, мазутом и бензином? Спасибо, но нет.
Она фыркнула.
— Я и забыла, ты же у нас джентльмен. А джентльменам не пристало возиться с мазутом и бензином.
— Точно. — Сергей легко через старенькие перила перемахнул и присел напротив Насти, не спуская с неё глаз. — Машина — это средство передвижения, а не спасение от скуки. Я и в детстве конструкторы не любил.
Настя сложила руки на груди, защищаясь от его настойчивости.
— А что любил ты?
— Книги. Всегда любил читать. У деда огромная библиотека.
Настя сверлила его взглядом. Потом спросила:
— Когда ты уедешь?
Маркелов рассмеялся.
— Тебе не стыдно? Где твоё гостеприимство?
— Иссякло.
— Интересно, почему. Что я такого сделал?
— Ты сам знаешь.
Он головой покачал.
— Нет, объясни. Что я сделал? Я не виноват в том, что в моём присутствии тебя трясёт.
— Что?! — Она некрасиво вытаращила глаза, а всё из-за жаркой волны, что окатила её изнутри после его слов. — Что ты придумал?
— Насть, — проговорил он и даже голову на бок склонил, вроде бы призывая её не врать, хотя бы самой себе.
Она резко поднялась и руки опустила. Потому что они вдруг сами опустились, выдавая её волнение.
— Маркелов, ты что, глухой или слепой? Разве я тебе не говорила… не просила не приставать ко мне? У меня есть парень, то есть жених. Мне больше никто не нужен. Тем более, ты.
— «Тем более» я, пожалуй, пропущу мимо ушей, а во всём остальном… Я же не говорил, что я тебе нужен. Но тебя ко мне тянет. Что не было здесь твоего Саши, что сейчас он здесь, ничего не изменилось. — Он смотрел на неё снизу вверх, в лицо заглядывал, потом улыбнулся. — Ты бы видела сейчас свой взгляд, — Сергей даже головой качнул. — Ты на самом деле думаешь, что это возмущение? Или злость? — Он руку протянул, а Настя отскочила назад.
— Не трогай меня, — угрожающе начала она, и вдруг сама прочувствовала дрожь в своём голосе, и это был совсем не испуг. Она не боялась Маркелова. С чего ей его бояться? Скорее уж надо бояться себя.
