уж тонкая материя, с какой стороны на нее ни посмотри. Тоньше, чем муслиновый платок гостя.
- Когда был следующий? – резко спросил он.
Крамби отозвался почти мгновенно.
- В понедельник. Два дня назад. Я уж думал, злой рок успокоился, перестав терзать меня, но тут… Мистер Макгоэн, наш мастер, обслуживающий Контору, взялся ремонтировать одну из наших печатных машинок. Такой большой, знаете ли, «Империал Тайпрайтер» одиннадцатой модели с гальваническим приводом. Весит двести фунтов[5], но строчит что пулемет и силы в нем как в быке-пятилетке. Он полез внутрь с гаечным ключом и, судя по всему, случайно привел машину в действие.
- Выжил? – быстро спросил Лэйд.
Крамби кивнул с безучастным видом.
- Да. Но лишился обоих рук до самого локтя. Чуть не истек кровью. Повезло – вытащили сослуживцы. Даже когда он оправится, не уверен, что смогу смотреть ему в глаза. Разумеется, я и здесь выплачу ему хорошую пенсию, но… Третий несчастный случай за неделю! И не в спокойные времена, когда наш корабль спокойно переваливался с волны на волну, а сразу после смерти мистера Олдриджа, которую многие и так сочли дурным знаком!
- Сколько всего их было, говорите? Четыре?
- Четыре, - сидя, Крамби напоминал не до конца закрытый перочинный нож, может, из-за полусогнутых рук, которые безотчетно держал в молитвенном положении, - Четвертый был вчера. Роуз, старший делопроизводитель. Джентльмен почтенного возраста, всегда сдержанный и осторожный. Мучимый жаждой посреди рабочего дня, он сделал несколько глотков из бутылки, в которой должна была быть сельтерская вода. Но по какой-то причине находилась концентрированная уксусная кислота, которую мы используем в Конторе для прочистки труб. Мистер Кольридж, начальник хозяйственной части, клялся, что бутылка с кислотой, которую мы держим в кладовке, никоим образом не могла попасть в кабинет, но…
- Жив? – кратко спросил Лэйд.
Голова Крамби едва заметно дернулась на плечах.
- Не знаю. Врач, который им занимается, с утра говорил, что прогноз неутешительный и шансов на благоприятный исход почти нет. Ожоги слишком серьезны.
Лэйд засопел, не зная, что сказать. У Сэнди Прайс на любой случай находилось множество добрых слов, утешительных сентенций, а то и какой-нибудь милый неуклюжий веллеризм[6], который она легко пускала в ход, чтоб обратить его мысли к чему-то доброму. Сам он в такие минуты ощущал себя охотником, беспомощно ощупывающим пустой патронташ.
- Просто череда совпадений, - пробормотал он наконец, - Безусловно, трагических, но от того не менее случайных. Ничего удивительного. Как-то раз, играя с крэпс с джентльменами из Хейвуд-Треста, я, представьте себе, шесть раз подряд выкидывал одни и те же кости…
Крамби горько усмехнулся.
- Четыре за неделю? Бросьте. Может, я не великий математик, но я два года управляю биржевой компанией и кое-чего смыслю в законе всемирных вероятностей или как там он называется. Четыре покалеченных человека за неделю невозможно вписать в обычную статистику.
Лэйд бросил взгляд в окно. Судя по тому, что в окнах «Глупой Утки» уже не мелькала рыжая бородища Маккензи, Хейвуд-Трест уже приступил к обеду. Доктор Фарлоу наверняка притащил с собой какую-нибудь нелепую историю из своей практики, которой потчует приятелей вперемешку с коктейлями собственного изготовления, Лорри О’Тунн, пекарь, добродушно посмеивается, легко управляясь с вилкой своей огромной, как медвежья лапа, рукой, а Скар Торвальдсон уснащает беседу своими шуточками, некоторые из которых столь глупы, что подавать их зазорно даже в «Глупой Утке». Зря они ждут Лэйда Лайвстоуна к обеду, зря держат для него пустым стул на почетном месте, зря бросают беспокойные взгляды на окна бакалейной лавки, зря тает на кружке мягкая пивная пена…
- Конкуренты.
- Что?
Лэйд метнул раздраженный взгляд через стол.
- Чего я не люблю, так это тогда золотой телец пытается рядится в руно наивного агнца. Пусть я не вхож в роскошные конторы Майринка, но я лавочник и прекрасно знаю, какие отношения царят там, где несколько торговцев делят между собой большой пирог. Допускаю, что джентльмены в хороших костюмах вроде вас не поджидают друг друга после работы, чтобы накинуть гарроту на шею или вонзить нож в печень, но… У вас же есть конкуренты?
Крамби кивнул, но как-то рассеянно.
- Разумеется. Новый Бангор – процветающий остров, на здешнем рынке много игроков. «Фолкс и Данхилл». «Фонд Честертона». «Первое островное акционерное общество Нового Бангора», «Доудс и сыновья»…
- Ну вот, - Лэйд щелкнул пальцами. Вышло не очень мелодично, но внушительно, - Вот и пожалуйста. Идеальная возможность для саботажа. Кто-то из ваших любезных друзей в хороших костюмах дождался, когда с вашим компаньоном приключилась трагедия – и ловко воспользовался обстоятельствами. Вывести из строя локомобиль не так уж сложно, как и подменить бутылки, что до стекла и рамы… Думаю, и здесь можно что-то придумать. Несколько таких грязных трюков – и ваша команда, преисполнившись суеверного ужаса, бросится врассыпную, теряя на ходу нарукавники и пресс-папье. В такой момент их можно будет ловить голыми руками, точно форель в ручье… Готов поспорить, через неделю половина ваших беглецов обретут новые рабочие места у ваших конкурентов!
Крамби тяжело вздохнул.
- Конкуренция в нашем деле и верно принимает порой весьма неприглядные формы. Поверьте, мне известны многие случаи, когда ценные бумаги покрывались не только чернилами, но и кровью. Что уж там, иногда в нашем мире гремят настоящие сражения, по сравнению с которыми даже битва при Седане[7] может показаться стычкой пары подгулявших докеров в порту! Подкупить чужого клерка, подсунуть фальшивые накладные, перехватить курьера с контрактом, подключить потайной микрофон к телефонному аппарату – да, тысячу раз да. Но это… Нет. Кроме того, мистер Коу уже исследовал эту версию и доложил мне о ее несостоятельности. Он тщательно проверил все детали, но не обнаружил никаких следов саботажа.
- Кто это – мистер Коу?
- Наш… специалист. Один из моих доверенных людей, член оперативного совета. Когда-то служил в детективном агентстве «Болдуин-Фелтс»[8] в Новом Свете и хорошо знаком с методами расследования. Видит Бог, я бы хотел, чтобы это были козни недругов, тех же «Фолкса и Данхилла», у нас с ними давнее соперничество, но… Нет, это не они. Поверьте мне, не они.
Лэйд раздраженно откинулся на спинку кресла. Пружины не упустили возможности впиться ему между лопаток, потертая обивка опасно скрипнула. Никчемная рухлядь… Сэнди уже не раз предлагала избавиться от этого устаревшего предмета мебели, в шутку именуя его Креслом Святого Августина, но Лэйд всякий раз препятствовал этому. По нынешним временам новое
