Читаем без скачивания Числа. Трилогия (сборник) - Рейчел Уорд

Только нам обоим и раньше приходилось иметь дело с полицией, там не станут слушать байки про сверхъестественные способности. Жук через бабушкину голову посмотрел на меня, и я прочла его мысли. Нельзя просто сидеть и ждать, когда нас заберут. Надо бежать.

– Так, слушай, я уйду ненадолго, по делам надо, я тебе уже говорил, а как вернусь – сразу сваливаем.

– Но…

Я попыталась возразить, но Жук не стал слушать:

– Нам нужны деньги, верно? Пока меня нет, собери жратвы на дорогу.

– Ладно, а если тебя остановят?

– Не остановят. – Он надел поверх флисовой куртки кожаную, натянул на курчавые волосы шапочку. – Ты не переживай, Джем. Кто меня тронет? – Он сжал кулак, вытянул руку в мою сторону, я сделала то же самое. Костяшки соприкоснулись. – Живем, Джем. Скоро вернусь. – И он хлопнул входной дверью.

Вэл все это время наблюдала за нами без единого слова. А теперь поднялась с кресла.

– Тут тебя не тронут, сама знаешь. Против тебя у них ничего нет. Ты ничего не сделала.

Я пожала плечами. Они и за нож-то меня вон сколько гнобили, а здесь совсем другое дело.

– Удерживать я вас не стану, не переживай. Поступайте так, как ты считаешь нужным. Прежде всего, – она сделала шаг к двери, – тебе необходимо переодеться. Дай-ка посмотрю, что там у меня есть. А ты поройся в кухне по шкафам, бери, что приглянется.

Я прошла на кухню и стала одну за другой открывать дверцы шкафов. Там почти ничего не нашлось – несколько банок с горошком, фасоль, пакет сухого пюре. Пачку крекеров я прихватила.

– Шоколадное печенье нашла? У меня где-то было шоколадное печенье, – сказала Вэл, входя в кухню с целой охапкой шмоток. – Вот, – добавила она, протягивая их мне, – иди примерь.

Я унесла шмотки в гостиную, перебрала, поняла, что скорее умру, чем надену такое. Вэл худая и маленькая, так что по размеру они подходили, но табачиной от них, понятное дело, несло будьте-нате, а кроме того, врать не буду, они были страшно уродские.

– Чего рожи корчишь? Вашей светлости не подходит? – Вэл меня застукала. – Ладно, тебе всего-то нужно что пару футболок и еще что-нибудь теплое. По ночам на улице такая холодина. Вот этот свитерок… – Она покопалась в куче и вытащила широченное розовое страхолюдство с висячим воротом, – и еще какое-нибудь пальтишко. Вот. – Она бросила мне светло-зеленый пуховик и какие-то перчатки.

– Я… пойду наверх, примерю.

Я влезла по ступеням, отыскала сортир, свалила шмотки на угол ванны, закрыла дверь на задвижку. Пописала, а потом целую вечность сидела и просто дышала, пытаясь осмыслить произошедшее и происходившее. Казалось, мир вокруг куда-то ускользает, а я пытаюсь его ухватить, собрать обратно в кучу.

Посидев, я встала, сняла «кенгурушку». Хочешь не хочешь, придется примерять бабкины шмотки. Надела, повернулась к зеркалу. На вид – обычная я, но вырядившаяся как старушка. Умереть – не встать. Но делать-то что-то надо, верно? Этот вонючий коп, который допрашивал меня накануне, живо сообразит, что разыскивают именно меня, даже если Карен им и не позвонит, а ведь за ней не заржавеет. То есть у них будет мое описание, даже фотография. Карен пару раз щелкнула меня вместе с близнецами, когда я у нее только поселилась. И искать они будут маленькую тощую девчонку с длинными волосами мышиного цвета.

Я открыла шкафчик над раковиной. Среди болеутоляющих, тюбиков мази от геморроя и таблеток от несварения желудка валялись ножницы для ногтей. Я взяла их и, не размышляя, принялась отхватывать прядь за прядью. Ножницы были хреновые, резать удавалось, если только как следует натянуть волосы. Но я продолжала кромсать, отрезанные прядки уже не помещались в руку. Я бросила их на пол. На полдороге глянула в зеркало. Да уж, ну и видок. Что я, блин, натворила? Да чего теперь, раз начала – придется доделывать. Больше я в зеркало не смотрела, пока не состригла всё.

Видели вы этот фильм – «Английский пациент»? По-моему, дикая скукотища. Карен однажды заставила меня его посмотреть; он длинный, как я не знаю что, а она под конец ревела будто последняя дурища. Ну, короче, там одна героиня, медсестра, отрезает себе волосы и выглядит потом на все сто. Вот так – взяла, оттяпала, пригладила пятерней и стоит – ну прямо топ-модель. Я, считай, сделала то же самое. Только получилось – мама не горюй. В таком виде из дому-то не выйдешь, а уж тем более не сбежишь. Я посмотрела на разбросанные по полу прядки, к горлу подкатил ком. Может, удастся приставить их на место?

Вэл постучала в двери:

– Ты там как? Джем, ты в порядке?

Я отодвинула задвижку и распахнула дверь.

– Господи, твоя воля! – (Я не ошиблась, мама не горюй.) – Ничего, вполне прилично, – быстро добавила Вэл, пытаясь меня подбодрить, хотя мы обе прекрасно знали, что к чему. Что все просто ужасно. – Знаешь, лапа, лучше уж тогда состричь всё подчистую. У меня где-то валялась старая машинка. Дай-ка гляну под раковину.

Она посадила меня на табуретку посреди кухни. Я невольно жмурилась, когда машинка начинала жужжать в самое ухо, чувствовала себя призывником.

– Не дергайся, лапа, а то порежу.

В конце концов бабка отступила на шаг полюбоваться своей работой.

– Ну вот, так оно лучше.

Я подняла руку к голове. Пусто. Можно спокойно ощупывать череп.

– Я не слишком коротко, лапа. Под четвертый номер. Иди глянь.

Я вернулась в ванную, помедлила у двери, собираясь с духом. Уставилась на девицу в зеркале, она на меня. Я ее знаю? Я привыкла, что лицо мое занавешено волосами, наполовину скрыто, а теперь все было на виду: глаза, брови, нос, рот, скулы. Выглядела я лет на десять, десятилетним мальчишкой. Оскалилась, этот в зеркале оскалился в ответ. Хоть и мелковат, но лучше не связываться. Видна свирепость. Оказалось, у меня пристальный взгляд, крепкие скулы, по сторонам лица просматривались мышцы челюстей. Да, с меня будто содрали защитный слой, но под ним обнаружилась достаточно сильная личность. Ну ладно, похоже, можно жить. Я провела ладонью по волосам, и «ежик» показался мне приятным на ощупь.

Я пошла обратно в гостиную, Жук уже вернулся. У него отвалилась челюсть. В буквальном смысле.

– Блин, меня не было-то всего полчаса, ты чего натворила? – Он обошел меня вокруг, рассматривая со всех сторон. – Елки-метелки! – Тут он рассмеялся. – А прикольный видок! – Протянул руку, потрогал мои волосы.

– Отвали!

Я ему не общественная собственность, он отскочил, поднял обе руки, будто защищаясь.

– Ладно, ладно. – Еще посмеялся, потом вдруг стал серьезным. – Ну, нам надо двигать. Чем скорее, тем лучше.

– И куда вы, сынок? – спросила Вэл.

Жук потоптался на ковре, глядя в пол.

– Лучше бы тебе не знать, бабуль…

– Ну хорошо, но вы ведь мне позвоните? Скажете, что у вас все в порядке?

– Постараемся.

Вэл покидала в мешок всякого барахла: жратву, спальник, одеяло. Я пошла наверх, забрала свои «настоящие» шмотки и сунула в сумку, которую мне нашла Вэл. Минутку мы неловко постояли, потом Жук кашлянул:

– Ладно, пора.

Обернулся, обнял бабулю. Она прижала его к себе. Я пыталась не думать о том, что, скорее всего, они видятся в последний раз.

Жук взял вещи и двинул к дверям. Вэл схватила меня за руку:

– Ты уж последи за ним, Джем. – Ореховые глаза заглянули в самую глубину моих. Я сглотнула, но ничего не сказала. Ведь не могла же я ей ничего пообещать! – Последи за ним. – Я отвернулась, и она тут же впилась ногтями мне в плечо. – Ты что-то знаешь? Про Терри?

Я тихо зашипела: было действительно больно.

– Нет, – соврала я ей.

– Посмотри на меня, Джем. Ты что-то знаешь?

Я сжала губы, помотала головой.

– Господи боже, – пробормотала она, и зрачки ее расширились от ужаса. – Ну, ты уж постарайся, Джем.

Она отцепилась от меня, мы вышли в прихожую. Жук чуть приоткрыл дверь и выглянул наружу.

– Так, – сказал он, – будем считать, что никого. Пошли!

Он подскочил к красному автомобилю, припаркованному двумя колесами на тротуаре, открыл багажник, забросил туда вещи.

– Чего?.. Твоя, что ли? – изумилась я.

Жук посмотрел на меня, ухмыльнулся:

– Теперь моя. Давай садись.

Он оглядывал улицу в обе стороны и дергался как сумасшедший.

Вэл порылась в кармане, вытащила пятерку.

– На, – сказала она, пытаясь всучить ее Жуку. – Держи.

Он улыбнулся, всунул пятерку обратно ей в руку.

– Да ты не переживай, бабуль. Деньги у нас есть.

– А мне плевать, Терри. Это мои деньги, все, что имеется. И я хочу отдать их тебе. Забирай. – Она запихала пятерку ему в карман.

– А ты как же?.. – Даже в такой момент он думал про бабушку.

– Не переживай, у меня завтра пенсия по инвалидности. Проживу. Забирай. Купите чипсов или еще чего.

– Спасибо, баб. – Он нагнулся и снова обнял ее. Она снова прижала его к себе, прикрыв глаза. – Жди вестей, и мы скоро увидимся, да?