ужаснее, чем я думал.
На другой стороне долго было тихо.
— Это… этого не может быть, — сказал другой мужчина. — МП не такие варвары.
Подумай еще раз.
— Damnatio Memoriae не применяли с девятнадцатого века, — Линна крепче сжала телефон. — Это последний вариант, когда все стандартные процедуры не помогли, и только для случаев, когда есть риск раскрыть магию, например, когда мифики-наемники разворовывают и сжигают деревни.
— «Ворона и Молот» не грабит Ванкувер! — воскликнул кто-то со стороны Дариуса.
Линна тряхнула головой.
— Созэ заявляет, что многие члены вашей гильдии жестоки, и ваша гильдия планирует напасть на участок. Он говорил, что ваша гильдия собирала оружие.
— Мы собирали оружие, — признал Дариус. — Готовясь к бою с Двором Красной королевы.
Боя с чем?
Я посмотрел на Линну с вопросом, она ответила лицом, что понятия не имела.
— Скорее всего, Двор сейчас управляет «Ключами Соломона», — сказал еще один голос, и я перестал пытаться отслеживать, сколько говорящих было. Похоже, мы говорили со всей гильдией.
— Это объяснило бы, почему «Ключи» хотят уничтожить нас, — сказала женщина. — Но почему Созэ хочет уничтожить нас? Ему это для чего?
— Хотел бы я знать, — сказал я. — Он — скользкий гад. До этого он был мягче, — если сравнить с тем, что сейчас, — а теперь ведет себя как Доктор Зло. Я жду, когда появятся акулы с лазерами.
— Погоди, — вмешалась другая женщина. — Член «Ключей Соломона», с которым он встречался… это была женщина с черными волосами?
Мои глаза и глаза Линны одновременно расширились.
— Да, — ответила моя напарница. — Вы ее знаете?
— Зантэ, — прорычал мужчина. — Она управляет Двором.
— Я думал, Ксевер был лидером, — сказал кто-то еще.
— Он для вида, но Зантэ управляет шоу, — сказал рычащий голос. — Она все еще в участке?
Линна нахмурилась.
— Она помогала ему ранее, но я не знаю, где она сейчас.
— Если она еще близко, может манипулировать им. Женщина — менталист. Она может заставлять людей делать то, что ей хочется, пока она их видит.
Линна смотрела на телефон, опешив.
— Пусть все мучительно сгорит, — буркнул я. Так член «Ключей Соломона», назвавшая Эзру демоническим магом и убедившая Созэ применить против «Вороны и Молота» Damnatio Memoriae, была менталистом, управляющим разумом, которая управляла организацией злодеев, звучащей так, словно она вышла из «Игры престолов».
Может, этого кусочка головоломки мне не хватало.
Я поймал взгляд Линны, наши лица разделяли дюймы в сиянии ее телефона. Нам не нужно было ничего обсуждать. Мы оба знали, что нужно было делать.
— Если она еще тут, — сказала моя напарница, — мы разберемся с ней.
О, да, конечно. Особенно, если она своими способностями могла заставить Созэ приказать ее гильдии законно убить «Ворону и Молот».
— Но это не отменит Damnatio Memoriae, — продолжила Линна. — Гильдия «Ключи Соломона» привела четыре команды, и они уже окружают вашу гильдию. Вам нужно эвакуироваться сейчас, пока вы не попали в ловушку.
Долгое молчание на другом конце.
— Делайте, что можете, агент Шен, агент Моррис, — сказал Дариус. — И берегите себя.
— Берегите? — повторил я с насмешливой задумчивостью, словно Дариус не понял, что мы собирались сбить с рельсов поезд убийства Созэ. — Только если мы будем прятаться в этом чулане всю ночь. Тут уютно, но…
Линна сжала мой бицепс в предупреждении. Ага, она сопротивлялась.
— Мы будем на связи, — сказала она главе гильдии, а потом завершила вызов.
В крохотном чулане стало тихо, Линна и я стояли в тусклом сиянии телефона. Я хотел скользнуть ладонями по ее талии и притянуть ее ближе — миг тепла до того, как мы бросимся в смертельную опасность, пока будем отчаянно пытаться спасти жизни до того, как истекло время. Снова.
В жизни агента МП не было скуки.
— Думаю, планы поменялись, — сказал я. — Мы уже не пытаемся остановить Созэ.
Она приподняла бровь с вопросом.
— Теперь мы спасаем его.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
После звонка Линны Дариусу я подумал, что стоило задать больше вопросов. Например, как работали силы Зантэ, управляющие разумом? Какими были ограничения, кроме прямого взгляда? Какое количество жертв? Как освободить разум ее жертвы?
Пока Линна печатала эти срочные вопросы Дариусу, я открыл дверь чулана и выглянул.
— Чисто.
Она выглянула вместе со мной.
— Я могу ошибаться, но не звучало так, словно Дариус планирует эвакуироваться. Мы должны остановить это.
— У тебя есть еще артефакты против психиков?
— Один был в лаборатории, но я не помню, забрала ли его, когда уносила вещи, связанные с порталами.
— Любая возможная защита от способностей Зантэ пригодится. Давай поищем артефакты, которые нам помогут, и нужно все раскрыть Блит, — я кивнул на камеру в другом конце коридора. — Созэ уже знает, что мы в здании, так что забудем о камерах и поспешим.
Она кивнула, и мы вместе устремились по коридору к лестнице. Дверь захлопнулась за нами. Я посмотрел на пустую лестницу. Пока никто не гнался. Мы побежали вниз, но у главного этажа я застыл.
— Иди, — сказал я Линне. — Я проверю, что Созэ и Зантэ еще в общем зале.
— А ее силы?
— По словам ребят из «Вороны и Молота», ей нужно видеть меня, — я сделал себя невидимым, пропал и для Линны, — чтобы управлять мой.
Мой бестелесный голос, к которому я добавил жуткое эхо, заставил напарницу закатить глаза.
— Ладно, — сказала она. — Я позвоню Блит по пути. Встретимся в ее кабинете — то есть, в конференц-зале, через пятнадцать минут.
— Понял.
Она продолжила спускаться, темный хвост волос летел за ней. Я сосредоточился на невидимости и пошел по главному этажу. Появилось больше агентов, сонных, ведь их разбудили посреди ночи, и приходилось уклоняться от их вялых движений.
Обнаруживать Созэ и Зантэ в этот миг не было необходимо, но нужно было знать, где они были и какое зло планировали, чтобы продумать наш следующий шаг.
В зале я осторожно шел по краю лабиринта кабинок. Винни сидел за столом, хмуро глядел на заставку с зеленым полем и синим небом на мониторе, его ладони не двигались на клавиатуре и мышке. Он морщил лоб под коротким ирокезом. Если бы я не знал лучше, решил бы, что мой старый сосед по кабинке боролся с собой.
Винни переживал из-за убийства гильдии, одобренного МП? Мне показалось.
Я прошел по краю, не увидел Созэ или его подельницы. Неприятный побочный эффект невидимости был в том, что я не мог ни у кого спросить, куда ушел кретин из ВД.
Тревога гремела во мне. Время
