билась годами, так что давно не тренировалась.
Я подавил извинение. Я не мог даже смотреть на Линну.
Ее ладонь коснулась моего плеча. Она нежно сжала, и я с неохотой посмотрел в ее глаза.
— Ты в порядке, Кит?
— Порядок, — я тяжко вздохнул. — Но ощущаю себя так, словно пытался победить Леголаса в состязании по выпивке.
Я не жаловался на боль от выстрела Блит вплотную — я пробил в ней дыру ножом.
— Это сонное зелье. Пройдет через пару минут, — она склонилась, лицо было близко к моему. — Не нужно укорять себя. Зантэ напала на капитана, не на тебя.
Это было сложно принять. В этом был смысл. Я был бездумным оружием, которым владела Зантэ. Но я не мог забыть, как ощущалось погружение клинка в плечо Блит. Я целился в ее сердце. Видимо, она телекинезом отодвинула нож от важных органов.
Взгляд Линны впился в меня, и пришлось отвести взгляд. Она достигла уровня принятия этого, который мне не давался, но у нее было время, пока я был без сознания, чтобы обдумать ситуацию.
Я отодвинулся, прислонился спиной к шкафу.
— Долго я был без сознания? Что пропустил?
— Не так много. Я нашла тебя через пару минут после того, как капитан Блит сбила тебя. Я не знала, где была Зантэ, так что оттащила вас обоих сюда и оказала первую помощь капитану.
Я виновато взглянул на Блит. Она закрыла глаза и сосредоточилась на дыхании.
— Как давно это было? — спросил я, страх колол меня вместе с болью в груди.
Линна сжала губы в тонкую линию.
— Больше трех часов.
— Что? — охнул я. — Но «Ворона и Молот»…
— Наверное, уже отбивается, — подтвердила Блит с закрытыми глазами. — Или скоро будут. Созэ собирает тут всех агентов, в зале, пока мы говорим. Наверное, рассказывает им, как справиться с последствиями от Damnatio Memoriae.
— Откуда вы это знаете?
Она помахала телефоном в здоровой руке.
— Дополнительные глаза.
Так у нее был союзник, кроме нас, в участке, который следил за Созэ и присылал ей сообщения? Боже, это было в стиле Сидни Бристоу.
Мне это нравилось.
— Мы ничего не могли делать, пока ты был без сознания, — сказала Линна, роясь в предметах первой помощи, которые она носила в сумке. Она всегда была готова. — Я не могла бросить вас двоих тут.
— Да, но теперь я проснулся, и нам нужно что-то делать. Ты придумала план, пока у тебя было три часа бодрствования?
Линна сцепила ладони, пальцы давили на костяшки.
— Зантэ — основа. Если убрать ее, Созэ будет свободен от ее контроля и отменит Damnatio Memoriae.
Блит кивнула.
— Убийство гильдии не понравится тем, кто выше. Даже не считая этику и совесть, Созэ не будет рисковать карьерой.
Я встал на ноги.
— Тогда нужно одолеть Зантэ, и быстро.
Линна тоже поднялась.
— Ты можешь включить капитана Блит в искажение невидимости?
Делать себя невидимым было просто с подросткового возраста, но включения других в искажение я достиг недавно. Мне нужно было глубокое понимание личности, чтобы сделать ее невидимой. Кроме атмосферы холодного босса, какую я ощущал каждый день, я почти ничего не знал о ней.
— Это мне не по силам, — я взглянул на Блит. — Вам стоит остаться тут и…
— Я иду, — перебила она, садясь. — Я в порядке.
— Да, выглядите отлично… если не замечать зияющую рану и полумертвый вид, — я махнул на пол, указывая на главный этаж участка. — Идти в общий зал слишком опасно. Мы не знаем, кто попал под чары Созэ-медузы, или сколько жертв может быть у Зантэ одновременно.
— Нужно идти осторожно, — сказала Линна.
Я покачал головой.
— «Ворона и Молот» могут уже гореть. Нет времени на осторожность.
Капитан Блит встала на колени и, держась за картотеку, поднялась на ноги. Она вдохнула и посмотрела на меня.
— Что сохранит нам время, по-вашему, агент Моррис?
— Хаос, — просто сказал я. — Ничто не портит идеальный план лучше хаоса.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
— Эй-хо! — крикнул я. — Слушайте!
Среди кабинок было вдвое больше обычной ночной смены, и от моего громкого приказа все агенты посмотрели на меня, включая Созэ и Зантэ, которая — неудобно для нашей миссии — стояла в конце комнаты, как можно дальше от множества входов.
Созэ смотрел на меня миг без эмоций, потом на готовую к бою Линну слева от меня и Блит в крови справа.
Зантэ с интересом склонила голову рядом с Созэ, улыбка была на ее губах.
Я указал на нее как можно драматичнее.
— Тот член «Ключей Соломона» — менталист! Она управляет…
— Арестуйте их! — рявкнул Созэ, его голос перебил мой. — Это предатели МП!
Мне нравилось думать о коллегах, как о тех, кто поняли, какой я. И что они верили, что я был на стороне справедливости. Что они немного верили в меня.
И было больно, когда больше половины агентов тут же напали.
Я не знал, нападали ли они из страха перед Созэ. Может, он сказал, что мы освободили демонического мага. Может, ими управляла Зантэ, или они просто ненавидели меня. Но не было важно, почему они слушались приказа Созэ. Важно было, сколько магических атак летело в наше трио.
Деревянный кубик Линны уже был в ее ладони, и мерцающий голубой купол тут же появился. Атаки врезались в него, он содрогался. Он не выдержит еще один такой залп. И с каждой секундой, пока Линна и Блит были открыты, Зантэ могла подчинить их злой магией психика.
Потому мне нужно было убрать Зантэ.
Блит вытянула руку, обрушила стены трех кабинок на трех агентов. Я огибал комнату по периметру, невидимый и незаметный. Я смотрел на Зантэ. Блит и Линне нужно было отвлечь всех на пару секунд.
Я спешил к менталисту, сжимая наручники МП. Как только они окажутся на ней, ее магия будет нейтрализована.
Я прыгнул вперед, вытянул руку, чтобы схватить ее и сбить.
Ладонь сжала мое запястье.
Я повернул голову с потрясением. Глаза мертвой рыбы, глаза Созэ, глядели в мои, и мой мозг замкнуло. Он меня видел? Но как он…
Его кулак врезался в мой живот.
Я рухнул на спину, легкие опустели, и мою диафрагму сдавило от удара. Он наступил на мою грудь, вызвал агонию в ушибленной грудной клетке, и остатки воздуха покинули мои легкие. Давя ногой, он радостно улыбался, и Зантэ рядом с ним выглядела почти так же.
Блин. Я потерял хватку на искажениях.
— Моррис тут! — крикнул Созэ. — Нужно сковать его, пока…
Бросив галлюцибомбу на все разумы в комнате, я заставил
