– Я не стану участвовать в «львиной игре», если проигрыш означает смерть.
– Такой исход возможен, но едва ли неизбежен. Некоторые испытания предусматривают проверку на смелость, другие – на смекалку и силу, а есть и такие, в которых мужчины находят особое удовольствие. – Красивый и экзотичный Хасан, сдвинув брови и шурша шелками, прошелся вдоль искусно расписанных арок, выходящих на террасу. – Это будет «львиная игра», не похожая на другие. Мы установим свои правила.
Гэвин развел руками и прислонился к колонне, пытаясь сообразить, во что он вляпался.
– Я не знаю даже обычных правил. Вы говорили – надо бросать пять раз?
Султан кивнул.
– Вы бросаете вызов трону, а потому у вас есть только один выход – рискнуть. Тем не менее одно или два возможных испытания, пожалуй, несправедливо предлагать чужеземцу. Поэтому я позволяю вам один отказ на свой выбор.
Это показалось Гэвину разумным.
– А если выпадет задание, которое предусматривает соревнование с другим человеком, – кто будет моим противником?
Хасан улыбнулся, приоткрыв ровные зубы, которые казались ослепительно белыми по контрасту с черной бородой.
– Я, разумеется. Я не стану отказывать себе в удовольствии помериться силой с человеком, который мечтает уложить меня на лопатки. Подозреваю, что кое-кто из местных жителей тоже не отказался бы от такой возможности.
– Этот поединок обязательно закончится смертью одного из участников?
– Нет. Вы нужны мне живой. – Султан был уверен, что выиграет.
– Значит, победит тот, кто справится со всеми опасными испытаниями, набрав большее количество очков, нежели его противник?
– Точно. – Хасан нахмурился. – Нам необходим независимый судья на случай недоразумений. Я предлагаю господина Даксу, главу буддийского храма Мадуры, который славится своей мудростью и честностью.
Гэвин видел, что Хасана увлекла эта затея с игрой.
– Я согласен на господина Даксу.
– Если вы победите – женщина ваша, и вы можете делать с ней что захотите. Если проиграете – вы остаетесь на Мадуре на двадцать лет.
Мысль потерять контроль над собственной жизнью на столь долгое время заставила Гэвина содрогнуться.
– Нет, только на пять лет. Строить планы на столь долгое время – значит искушать судьбу.
Султан улыбнулся, обнажив зубы.
– Десять лет. На меньшее я не согласен.
Десять лет. Такой громадный отрезок жизни! Но выхода у него нет.
– Хорошо, пусть будет десять. Но в любом случае, выиграю я или проиграю, миссис Уоррен получит свободу и вы узнаете, кто держит в плену ее маленькую дочь.
Хасан пожал плечами.
– Прекрасно. Мне нет дела до того, почему вас так беспокоит ее судьба. Так мы договорились?
И только теперь Гэвин осознал, чем он рискует. Он ставит на карту свою жизнь ради незнакомого человека. Но, черт возьми, он не может отвернуться от женщины, оказавшейся в таком чудовищном положении! Отец учил его, что мужчина обязан защищать женщину, и это убеждение он пронес через всю жизнь. Хелена смеясь называла его «мой странствующий рыцарь».
– Я согласен. – Он протянул руку. – Я могу победить, вы знаете.
Жесткая рука Хасана сжала его ладонь.
– А можете и проиграть, Эллиот. – На его губах опять появилась опасная улыбка. – Но ради такой прелестной леди стоит рискнуть. Не так ли, капитан?
Глава 6
Она ходила и ходила взад и вперед, тупо меряя шагами тесное пространство клетки. Отсутствие Гэвина Эллиота затягивалось, и Алекс ломала голову, что это может означать для нее.
Когда он наконец вернулся, она кинулась к решетке, вцепилась в прутья, стараясь отгадать, с чем он пришел.
– Что случилось? – Он не ответил, и тогда она прошептала со страхом: – Султан не согласился продать меня вам?
– Не совсем так, – покачал головой Гэвин. – Он дал мне шанс выиграть вашу свободу в традиционной игре Мадуры. Игра в кости. Здесь ее называют «львиная игра». Специальный многогранник, имеющий двенадцать сторон, бросают пять раз, и игрок должен выполнить то задание, которое ему выпадет. К тому же я имею право на один отказ, так что шансы выиграть вашу свободу не так уж и малы.
Она молча смотрела на него, обдумывая полученную информацию.
– Это… странно. Да, странно, – наконец медленно проговорила она. – Но разве моя жизнь вообще не стала странной с тех пор, как я попала в плен? А что это за задания?
– Я толком не знаю, но Хасан упоминал рукопашную борьбу, плавание, ныряние, стрельбу по мишеням и шахматы. – Гэвин улыбнулся: – Одно из возможных заданий – битва с драконом. Я представления не имею, что это такое.
– Боюсь, это опасно для вас. Очень опасно.
– Но наш поединок не предусматривает смертельного исхода, так что сыграть в «львиную игру» даже интересно; и потом, это не более опасно, чем быть моряком.
Рабство научило ее способности читать чужие мысли, и она поняла, что у Гэвина просто не было выбора и ему пришлось согласиться.
– Это несправедливо – рисковать ради меня!
– Я ценю вашу заботу, но султан теперь не захочет менять свое решение. Ни у вас, ни у меня не будет другого шанса.
Неправда. Гэвин мог уплыть с острова в любое время. Вместо этого он предпочел остаться и ввязался в опасную игру, чтобы ее спасти.
– Когда начнется состязание? – взволнованно спросила Алекс.
– Завтра утром. Султан решил превратить эту игру в дворцовый праздник. Буддийский монах в качестве судьи, толпа придворных, музыка, угощение и много вина. – Гэвин улыбнулся: – Львы и христиане – чем не развлечение для толпы?
Она передернула плечами:
– Надеюсь, вам повезет.
– Вообще-то это больше похоже на труд Геркулеса, чем на арену Колизея, но ведь Геркулес справился с заданием вполне удачно, – Гэвин расстегнул воротник. – Вы не возражаете, если я сниму сюртук? Сегодня жаркий день.
– Пожалуйста, поступайте, как вам удобно. – Она взглянула на свой саронг. – Местная одежда более практична в этом климате.
– Какая досада, что приходится все время носить европейскую! – Он снял сюртук и вздохнул с облегчением. – А теперь хорошая новость: я попросил султана разыскать Кейти, и он обещал заняться этим немедленно.
– Слава Богу! Он единственный может сделать это. – У Алекс от волнения подкосились ноги, и она опустилась на подушки.
Гэвин подошел к окну, чтобы подставить лицо ветру, который проникал сюда через арки.
– Вам что-нибудь нужно?
– Нет, Сурио и рабы султана уже принесли мне все необходимое.
Уловив запах, наполнивший комнату, она обнаружила, что его влажная от пота рубашка прилипла к телу, подчеркивая бугры мускулов, обычно скрытых под одеждой. Она и мечтать не могла о таком благородном и красивом защитнике. Но для нее сейчас это не было главным. В данной ситуации гораздо большую ценность представляла его доброта и отвага.
