Майкл (поддразнивая в ответ). Можно подумать, что тебе не хотелось бы быть Избранницей Небес?
Кэти. У нас уже есть один Избранник, Джо Маккарти — так считает мой отец. Не может же быть двух Избранных. Джо послан спасти нас от Безбожных Коммунистов — или от Ужасного Кариеса? Я запамятовала.
Майкл тушит сигарету и снова начинает поглаживать Кэти и чувственно целует её в шею.
Майкл (с притворным смирением). Когда Господь увидел, что нам угрожают Безбожные Коммунисты, Он послал нам Сенатора Джо. Когда Он увидел, что нам угрожает Ужасный Кариес, он послал нам зубную пасту «Нью-Крест». С фторидом чего-то там. Или хлоридом?
Кэти (возбуждаясь, но пытаясь это скрыть). Знаешь, что ни говори, но, если бы ты был настоящим американцем из Теннесси, как я, у тебя было бы больше причин для беспокойства.
Майкл(тоже возбуждаясь). Больше, чем по поводу кариеса или Сенатора Джо?
Кэти (реагируя более явно). О, да, больше… и хуже того… любой добропорядочный баптист тебе скажет…
Камера показывает крупным планом губы Кэти.
Майкл (за кадром). Что же он мне скажет?
Кэти (дыша немного учащённо). Что создания, объявляющие себя ангелами, — это, возможно, дьяволы… демоны из ада — они пытаются в тебя войти и…
Камера неподвижно фокусируется на её губах, набухших от чувственного желания.
Майкл (за кадром). Войти в меня? И?
Кэти (утратив контроль). О, милый, милый…
Майкл (за кадром). Кэти… Кэти… Я люблю тебя…
ВСТАВНОЙ КАДР
Дантист — теперь это лысый карлик — надвигается на нас с инструментом зловещего вида.
Майкл (ещё раз повторяет за кадром — без интонации и страсти, чувствовавшихся при первом произнесении, просто вспоминая): Кэти… Кэти… Я люблю тебя…
СНОВА КОМНАТА ТРИ
Майкл и Три занимаются любовью стоя, облокотившись на письменный стол.
КОМНАТА В СТУДЕНЧЕСКОМ ОБЩЕЖИТИИ КАЛИФОРНИЙСКОГО ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ИНСТИТУТА
Кровать подпрыгивает верх-вниз, но не из-за страсти Майкла и Кэти. Всё в комнате прыгает вверх и вниз. Кэти и Майкл в ужасе. Ситуация в целом напоминает сцену из фильмов «Изгоняющий дьявола» или «Полтергейст».
БОЛЬНИЧНАЯ ПАЛАТА
Мы видим Кэти во время родов. Она дышит часто и тяжело, но ритмично.
ПЛЯЖ
Мы видим бегущих Майкла и Кэти в купальных костюмах. Рядом с ними лежит маленький ребёнок.
КОМНАТА В ОБЩЕЖИТИИ: СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО
Кэти сервирует Майклу завтрак в небольшом алькове.
Кэти (она по-прежнему не избавилась от лёгкого южного акцента). Ну и толчки были ночью. Кажется, было не меньше пяти баллов по Рихтеру.
Майкл (уткнувшись в учебник по физике). Гм. Что?
Кэти (усаживаясь). Я говорю, что ночью было довольно сильное землетрясение.
Майкл (откладывая книгу). Что? Ночью было землетрясение?
Кэти (немного смущённая). Конечно, было. Майкл, что с тобой? Ты ведь не спал. Мы же… ну, сам знаешь… занимались любовью.
Майкл (реагируя болезненнее, чем следовало бы). Да о чём ты говоришь, чёрт побери? Пока я не спал, не было никакого землетрясения.
Кэти (повышая голос). Но не приснилось же мне!
Майкл (закуривая сигарету, нервничая). Должно быть, это всё же был сон, Кэтрин Энн. Клянусь Богом, я не помню никакого землетрясения.
Кэти (с отчаянием и безрассудным упрямством). Но Майк, честно, мы же оба не спали. Мы… занимались любовью…
Они оба застывают с полуоткрытыми ртами, растерянные, опасающиеся чего-то такого, о чём даже не смеют подумать.
ПЛЯЖ: МАЙКЛ, КЭТИ И РЕБЁНОК
Раздаётся гром. Майкл испуган. Камера фокусируется на ребёнке. Это мальчик; кадр застывает под скорбный погребальный сигнал военного горна.
Затемнение.
ГОСТИНАЯ
Мы смотрим вниз на Майкла, лежащего на кушетке. Наконец-то он заснул и выглядит почти умиротворённым. Тихонько входит Кэти, бросает на него нежный взгляд и, успокоенная, выходит.
Жуткий звуковой эффект. Правая рука Майкла судорожно дёргается.
Майкл (с тоской). Чарли…
Молчание. Он снова проваливается в глубокий сон.
КУХНЯ ЭЛЛИСОВ В КЕМБРИДЖЕ
Утро — через окна льётся солнечный свет. Майкл и Кэти, снова среднего возраста, как и в начале, едят яичницу с беконом.
Кэти. Совсем нет боли, милый? Правда?
Майкл. Как огурчик. Едва могу поверить, что вчера я не пожалел двести долларов на операцию у дантиста.
Некоторое время они едят в молчании. Майкл выглядит смущенным.
Майкл. М-м… э-э… Ты помнишь то землетрясение в Калифорнийском технологическом? Нашу первую совместную ночь?
Кэти. Землетрясение? Какое землетрясение?
Майкл (слишком уж нетерпеливо). Разве той ночью не было землетрясения?
Кэти. Разумеется, нет. Как я могла бы такое забыть?
Майкл. Значит, это было лекарство. После операции, под этим лекарством, мне вспоминалась моя жизнь, но всё смешалось, перепуталось…
Кэти (твёрдо). Я всегда люблю спать с тобой, мой драгоценный Майкл, но ещё никогда под нами не двигалась Земля. Такое бывает только в романах Хемингуэя.
Майкл выглядит невероятно успокоенным, услышав это признание.
КРЫШИ ГАРВАРДА НА ФОНЕ НЕБА
Камера медленно опускается вниз, мимо деревьев в цвету, и показывает студентов, идущих на утренние занятия.
Майкл (за кадром). Дело не просто в том, что у меня было две серии воспоминаний… Каким-то образом всё обернулось ещё хуже… Каким-то шестым чувством я знал, что это только начало, лишь первый треснувший шов в материи…
Мы видим идущих в отдалении Майкла и Саймона.
Майкл (за кадром). И я боялся об этом кому-нибудь рассказывать… даже тебе…
МЫ ВМЕСТЕ С КАМЕРОЙ ПРОХОДИМ ПО ДВОРУ И ВИДИМ МАЙКЛА И САЙМОНА
Майкл и Саймон идут нам навстречу.
Саймон. Ты действительно чувствуешь. Что полностью вернулся к нормальному состоянию?
Майкл (имитируя прыжки и ужимки боксёра-профессионала). Я в пике формы. В самом пике, дружище. Готов сразиться с самим Рэмбо.
Саймон. Ты хотел сказать, с Роки. (Серьёзно). Меня беспокоила эта смесь лекарств. Не хочется затевать очередной спор, но человека с такими закоснелыми убеждениями. Как твои, мог травмировать опыт перехода в другую систему отсчёта. Я имею в виду, что ты мог испытывать опустошённость, возбуждение, шок и ностальгию…
Майкл (слишком категорично). Ну что ж, теперь можешь не беспокоиться. Со мной всё хорошо.
Они проходят ещё несколько шагов.
Майкл. Хм… а что ты имеешь в виду, говоря о «переходе в другую систему отсчёта»?
Саймон. То, что происходит, когда мозг отказывается от одной модели реальности и начинает строить новую модель. Пусковым механизмом может стать любой шок или частичное затемнение сознания. В особенности, лекарства.
Майкл (без сопротивления). Н-да. Думаю, вчера я действительно пережил переход в какую-то иную систему. Я не мог отличить, чьи воспоминания были настоящими. Я… как бы вдруг выпала из науки в научную фантастику. Путешествие во времени. Прошлое превратилось в настоящее. Но теперь с этим покончено, правда. Я снова в норме.
Они останавливаются, очевидно, собираясь разойтись в разные стороны.
Саймон. Ладно, не пропадай; если возникнут какие-нибудь побочные эффекты…
Майкл (сердечно). Я не собираюсь в сумасшедший дом. Не волнуйся, пожалуйста. Я в порядке.
Они расходятся. Камера следит за Майклом. Жуткая музыка.
Саймон (за кадром). Переход в другую систему отсчёта. Это происходит, когда мозг отказывается от одной модели реальности и принимается строить новую модель.
Кэти (за кадром). Я никогда не чувствовала, чтобы Земля двигалась.
Саймон (за кадром). Переход в другую систему отсчёта.
Кэти (за кадром). Ну и толчки были ночью. Кажется, было не меньше пяти баллов по Рихтеру.
