Они шли по бетонной полосе. Перед ними высился огромный силуэт двухместного перехватчика и самолета стратегической разведки «Локхид-5Я-72», максимальная скорость которого в три раза больше скорости звука, выделявшегося на фоне рассветного неба.
— Ты не поверишь! А может быть, это и есть то, о чем ты говорил.
— У меня какое-то странное ощущение.
— Возможно. Это действительно волшебство. Мы вышли из туннеля — или почти вышли. Побежали.
И они вприпрыжку понеслись на высоких каблуках, пока не добежали до самолета.
— Быстро внутрь, — скомандовал он. — Думаю, у вас определенный талант, фройлен доктор.
— А ты знаешь, как поднять этого монстра?
— О, да забирайся же!
5. Угости-ка их своим грузом!
— С тех пор, как все это началось, у меня очень мало личной жизни, — объяснил Джерри, когда они поднялись из аэропорта «Орли» и тут же стали объектом преследования «старфайтеров», рассыпавшихся на группы позади них. Он говорил по системе бортовой связи. — Ты прекрасна в этом шлеме.
Он направил самолет в сторону Ла-Манша.
— Спасибо, — она опустила свою руку на часть его бедра, оставшуюся свободной между чулками и поясом с подтяжками. Он снизил скорость.
— Не хочу лететь на максимальной скорости, — пояснил он, — потому что мне придется избавиться от восьми ракет AIM-174, а они не совсем подходят для работы, которую я задумал.
Она приняла его извинения с короткой вежливой улыбкой.
Девяностопятифутовый самолет вскоре достиг Ла-Манша, и тут себя показали зенитные орудия, которые попытались сбить их как пиратов. Джерри, надеясь на лучшее, направил самолет под острым углом прямо на них, и в быстрой серии выпустил все ракеты типа «воздух-воздух». Несколько взрывов — и они прошли корабли и уже летели за побережьем.
— Приготовься к катапультированию, — сказал он и, пустив самолет в крутое пике, дернул ручку катапульты.
Они медленно опускались к утесам. Он перегнулся и поцеловал ее. Ударившись о поверхность моря, самолет поднял фонтан брызг.
Они мягко приземлились и выбрались из аппарата.
— Вы не очень весело выглядите, герр Си, — заметила она.
— Если понятно или честно, я полагаю, мне все равно, доктор Крупп. — Он расправил свою юбку. — Ну, кажется, получилось не очень плохо? Уверен, что скорость не наскучила тебе?
— Ты-то ведь к такому привык?
— И ты, конечно, тоже, — он нежно сжал ее руку.
Результат
В ходе каждой войны в истории должен наблюдаться заметный наплыв генов того или иного вида. Выросли ли в большей степени гены победителей или побежденных — вопрос обсуждения.
Папациан, Современная генетика
1. Америка выбирает линию «никакой бессмыслицы»
Свернувшись клубочками в глубоких кожаных креслах у уютного камина в гостиной, принадлежавшей Джерри штаб-штаб-квартиры на Лэдброук-Гроув, Джерри и Карен фон Крупп слушали Гручо Маркса, исполнявшего «День отца», и расправлялись с газетами.
Судя по сообщениям, Израиль, аннексировав Турцию, Грецию и Болгарию, распространял слухи, что Румыния и Албания угрожают его безопасности. Президент Соединенных Штатов Тедди «Ангелочек» Паолоцци увеличил число военных советников, разосланных по Европе, до трех миллионов. Они находились под командованием генерала Улиссеса Вашингтона Кэмберленда, в чью миссию входило поддерживать порядок в Европе и выискивать «определенные элементы пятой колонны». Британский парламент, правительство, так же как и оппозиция, были арестованы, когда лайнер «Трайдент» был готов вылететь в сторону Гибралтара. Президент Паолоцци направил Израилю дипломатическую ноту, в которой говорилось: «Держись подальше от нашего торфа, а то…» Беспорядки в Праге получили всеобщее осуждение в европейской прессе. «Непрохладным» был вердикт, вынесенный «Дейли миррор». Бубонная чума оставалась не пойманной в Берлине и Любеке.
Джерри сделал паузу в чтении. Дельных новостей было явно немного.
— Что теперь? — спросила Карен фон Крупп, когда Джерри взял ее за руку и потянул вниз на ковер. Он сорвал с нее одежды, сбросил свое собственное трико и с яростной страстью набросился на нее. Вновь и вновь она поддавалась ему и, когда он упал на спину — со сбившимся набок париком, в разорванной юбке, в чулках со спущенными петлями, — она выдохнула:
— Ах! Наконец-то: мужчина как мужчина.
2. Его выбор: умереть сегодня или сгнить завтра!
Джерри посмотрел из зарешеченного окна дома на другую сторону улицы. Падал серый дождь. По дождю бежала группка девушек, некоторые из них ростом больше пяти футов, с узкими ссутуленными плечами, в дешевых прозрачных блузках и коротких тесных юбках, натянутых на бедра средних размеров. Он вздохнул.
«Энималз», «Ху», «Биг Ролл Бэнд», Зута Мани, группа Спенсера Дэвиса, «Муди Блюз», Джорджи Фейм и «Синее пламя», Джино Вашингтон и «Рем Джем Бэнд», Крис Фарлоу и Тандерберз, «Стим Пэкет», Манфред Манн, «Иисус Христос и Апостолы». Куда подевались вчерашние группы?
Позади него Карен фон Крупп хмуро слушала Симфонию номер один ре-минор Ива. Он подумал, не в этом ли ключ ко всему делу.
— Все еще здесь, — сказал он.
Она кивнула.
— И становится все больше.
— У тебя что-то на уме, — пробормотала она.
— Что-то трудно перевариваемое. Слишком долго я был в дикой местности, лапочка.
— Не говори так, Джерри.
— Мне приходится признать это.
— Ты с этим справишься.
— Твои родственники… Они сейчас все умерли?
— Иногда я думаю — должно быть, да.
— Что ты собираешься делать?
— Я скоро решу. Миром правят плохие поэты. Мне надо что-то с этим делать.
— В этом — твоя миссия?
— Более или менее, сладость моя. Более или менее.
— Ты спрашиваешь или отвечаешь?
3. Моя смертельная миссия
— Это вопрос полярностей, — сказал он ей, когда они двигались в постели. — Проблема равновесия.
— Я же говорила тебе: я не понимаю философии.
— И я говорил тебе: это физика.
— Что с тобою будет?
— Наверное, я умру. Я почти всегда умираю.
— Не умирай на мне, любименький.
— Многое зависит от следующего движения.
— Denn wovon lebt der Mensch?[9]
— Возможно, все это действительно Dreckhaufen[10].
— Однако не в таком ли виде все это тебе и нравится?
— Конечно.
