«Дарю! Пользуйтесь на здоровье, господа пациенты»…
Форгос не стал проявляться и быстро отступил. Они сами разберутся. Сейчас надо что-то придумывать насчет Нэфри Иссет и кометы, которая вот-вот врежется в пояс астероидов, а значит, окажется еще ближе к Тийро, большинство жителей которого пока даже не догадываются о ее приближении. Самое лучшее астрономическое оснащение было в Тайном Кийаре, и ничего удивительного, что именно кийарские астрономы первыми увидели хвостатую смерть. Но скоро ее увидят повсюду, во всех странах, причем без телескопа. И чужие правительства не станут держать в тайне тот факт, что она должна врезаться в Агиз. А если вспомнить еще и о том, что на территории Тайного Кийара существует завод, где в промышленных масштабах работали с радиоактивными веществами… Святой Доэтерий помилуй! Впрочем, учитывая размеры ядра Аспарити, это уже не будет иметь ровным счетом никакого значения — произойдет утечка, не произойдет утечки…
Доехав оставшиеся полтора квартала, мэр поднялся в свой кабинет, с успехом сохраняя маску довольства и спокойствия. Взглянув на постную физиономию своего секретаря, сидящего под портретом с такой же постной рожей линиала Картакоса, Гатаро поймал себя на кощунственной мыслишке, что гнев небес, направивший комету именно сюда, вполне справедлив. Но, Святой Доэтерий, всех остальных-то за что? Жить хотелось безумно. От одной мысли, что здесь случится через два дня, чуть ли не отнимались руки и не подкашивались ноги. Надо с головой погрузиться в работу и действовать по обстоятель…
— Вам доклад Читеса, господин мэр! — привстав, секретарь протянул ему папку, и Форгос прихватил ее машинально, по пути в свой кабинет.
— Благодарю. В течение часа меня не будет ни для кого. Кроме, разумеется, линиала.
Он сел в свое кресло и с брезгливостью отшвырнул подальше от себя кляузы сивого алкаша. Отныне он не нуждался в услугах придурка. Скорее всего, узнав о грядущей катастрофе, Читес окончательно свихнется, станет буен и опасен. С ним надо что-то делать, держать его в узде не получится, и эта бешеная гиена кинется на первого, кто перейдет ей дорогу.
— Впрочем, — сказал Форгос, нажимая кнопку селектора, — а пригласите-ка сюда господина Читеса. У меня будет для него маленькое поручение…
* * *
— Да, господин линиал. Будет сделано, господин линиал!
Пинерус сложил мобильник, убрал его в карман и уставился на своего ассистента, осматривавшего Нэфри.
— Через двадцать четыре часа, если ничего не изменится, пациентку надо будет отсоединить от аппарата.
Молодой нейрофизиолог удивленно захлопал длинными телячьими ресницами. Остальная часть его лица была невидима под маской:
— А… м-м-м…
— Что?
— Нет, ничего, мэтр.
Ассистент не осмелился спросить Пинеруса, имеется ли на это согласие родных девушки. Это все формальности, которыми шеф пренебрежет, поскольку заручился санкциями Самого.
— Проследите за этим.
— Да, мэтр.
Оба врача торопливо покинули палату, как будто здесь уже совершилось преступление.
6. Гнев небесный
— Добрый день… — в тоне госпожи Иссет не то вопрос, не то изумление, да и взгляд несколько опешивший. — Мэтр Дэсвери?
— Здравствуйте, госпожа профессор, это именно я.
Морщины от улыбки окружили его пронзительные глаза, и он прошел мимо посторонившейся хозяйки в дом, а затем без предисловий добавил:
— Видите ли, я открыл приют для тех, кто имеет проблемы с властями, и в последнее время он пользуется особой популярностью у населения различных стран и даже континентов.
Ее брови дернулись. Женщина не понимала, как ей реагировать на слова телеведущего, а он продолжал сиять белозубой улыбкой:
— Где мы можем поговорить так, чтобы нас не услышали, если в доме установлена прослушка?
Женщина неопределенно дернула плечами и указала на дверь в комнату:
— Не установлена… Проходите туда.
Войдя в зал, Дэсвери увидел сидящих в зале за круглым столом двоих мужчин. Пожилого он узнал без промедления: им был математик Ноиро Гиадо. А вот молодого, даже, можно сказать, совсем еще юного, встретил впервые.
— Присаживайтесь, мэтр, — надтреснутым голосом равнодушно пригласила Агатти Иссет, махнув рукой на свободный стул. — Что-нибудь выпьете?
— Нет, благодарю.
— Да, познакомьтесь — это друг моей дочери, Ту-Эл. Мэтра Гиадо вы знаете — мой кузен…
Все три гостя кивнули друг другу.
— Отлично! Значит, все в сборе, и мне повезло. Дело такое, друзья мои. Сейчас в моем загородном доме организовалось что-то вроде штаб-квартиры недобропорядочных граждан Кийара. Понимаю ваше горе, госпожа Иссет, но, быть может, вы краем глаза видели или краем уха слышали мою вчерашнюю передачу? Или мэтр Гиадо вам о ней рассказывал, как участник? Да, забыл упомянуть статью журналиста Сотиса в вечернем выпуске газеты… э-э-э… Вот она, кстати, — Дэсвери положил номер на стол, и все взгляды невольно скрестились на передовице, где огромными буквами краснел заголовок статьи: «Невозможные убийцы из Тайного Кийара. Журналистское расследование завершено». — Короче говоря, все затейники сейчас в сборе у меня в загородном доме. И один из них настоятельно просил доставить туда же вас, госпожа Иссет, и вас… я так понимаю — господин Эгмон?
Юнец тоже слегка удивился:
— А в чем дело?
— Дело в том, что нужно спрятать всех родных и близких Нэфри, и это проверенная информация.
Госпожа Иссет глухо вскрикнула и стала заваливаться набок. Дэсвери и Гиадо, сидевшие к ней ближе, чем Ту-Эл, успели ее подхватить и перевести в кресло у окна.
— Они ее убили… — прошептала женщина, мелко дрожа всем телом и мотая головой с растрепавшимися волосами. — Они убили мою Нэфри…
— Нет, нет, госпожа Иссет. Ну что вы? — кинулся к ней Эгмон. — Дядя сказал бы мне, если бы там что-то такое готовилось. У них там сейчас и в самом деле неспокойно, особенно после этой статьи, но никто не собирается убивать Нэфри, она ведь им нужна как…
— Ту-Эл! — расплакалась профессор, уткнувшись головой ему в плечо. — Поразмысли сам: они хотят заполучить тех, кто контактировал с девочкой — родных, друзей, коллег, быть может. Всех, кому она могла доверить то, что скрывала от «тайных». А это значит, что она сама им больше не нужна, они видят в ней балласт и намерены избавиться. Понимаешь?
— Не может быть… — упрямо бормотал молодой человек. — Я знал бы… Не может быть…
Тут, взглянув на часы, вмешался Сэн Дэсвери:
— Друзья мои, времени у нас в обрез. Думаю, мэтр Гиадо, как родственник, тоже должен скрыться… Н-да… В доме моем отныне будет оживленно.
