С нами торгуют, потому что мы сильные. Даже я, слабый по меркам сородичей, могу устроить Гибкому народу бойню, о чем они прекрасно осведомлены. Среди них хватает пророков, а я специально надел самые убойные артефакты из доступных. Поэтому мы дружим, поэтому меня не пытаются пленить и пытками вынудить принести нужные клятвы. Всё как у людей, если вдуматься.
— Я, Майрон Черной Воды, второй из носящих это имя, от лица Священного Дома Черной Воды прошу восстановить действие договора с Гнездом Двенадцати Путей. Следи и карай нарушивших договор. Именем Закона, по воле той, что царит в глубине!
— Слышу вас, — словно сама земля заговорила. — Просьба дозволена. Просьба приемлема. Просьба исполнена. Встреча завершена.
Вот в чем духов сложно упрекнуть, так это в отсутствии конкретики. Право что-то просить у посетителей есть? Замечательно. Их просьба не противоречит вложенным создателями установкам? Совсем хорошо. Ступайте, гости дорогие, сессия завершена. Теперь Чей-Гребень-Жесток будет присматривать за тем, чтобы стороны не нарушили снова действующий договор и покарает при попытке обмана. Быстро, четко, без красивых фраз и сантиментов.
Чужое присутствие исчезло так же быстро, как и появилось. Мы вернулись на верхний слой плавно, без ощущения движения, будто тучи рассеялись и на небе появилась полная луна. То же место, почти то же время, только мы чуть изменились — потому что прикосновение к чуждому неизбежно меняет живущих, пусть и самую малость.
Вдохнуть. Выдохнуть. Повернуться к партнеру.
— Обмен?
— Обмен! — в беззвучном голосе ощущалось предвкушение.
Сначала разобрались с едой. Больше всего Гибкий народ любил яйца, просто обожал их, поэтому провожал извлеченные из ящика корзины алчными взглядами. Чуть меньшей благосклонности удостоились кроличьи тушки, все двенадцать дюжин, и дюжина свиных туш. На бочку со сливочным маслом смотрели, как на наркоту какую. Здоровенная бочка сельди вызвала ажиотаж не меньший, чем четыре мешка соли крупного помола.
В обмен мне накидали огромные вязанки разных растений, чьё качество и вес я практически не проверял. Стандартные расценки прописаны в договоре, в этой части обмана не будет. Следить надо за товаром, по поводу которого нам с Золотым-Пятном предстоит торговаться.
Первым из списка редкостей, выложенных на площадку для обмена, стал мешочек с молочно-белым песком. Обычным, кварцевым. Гибкий народ не признаётся, откуда его добывает, тщательно сохраняя тайну. Поганцы знают, что мы купим любое количество, предложенное ими — потому что с добавлением крупинок этого песочка стеклодувы отольют посуду, обладающую редким свойством очищать любую жидкость от вредных примесей. Ядов, зелий, грязи и пыли… Причем магии при изготовлении используется самый минимум, отчего посуда не считается артефактной и не подпадает под социальные или законодательные ограничения.
В качестве ответа я выставил горшок с синей краской. Современную химию они не жалуют, зато масляная, выполненная по старым рецептам, идёт на ура. Женщины любят косметику и неважно, к какой расе они принадлежат. Золотое-Пятно тщательно осмотрела предложенное, капнула краску себе на чешуйку, довольно зашипела и пододвинула мешочек ко мне. Сделка свершилась.
Так и повелось. Краска в обмен на чешуйки бронегорба, десяток цветков алого жалейника за бухту стального троса, килограмм посеребренных гвоздей за усыпленного детеныша алконоста. Универсальным средством служили минералы с высоким содержанием серебра, в идеале — самородки, их предводительница забирала без торга. Всё, предложенное мной на обмен, было либо создано без применения магии, либо не содержало в себе заклинаний. Гибкому народу не нужны артефакты, изготовленные людьми — в условиях Изнанки творения смертных быстро изнашиваются или работают не так, как задумывалось создателями. Да и в общем существам одной расы не желательно использовать артефакты, созданные мастерами другой.
Жаль только, что обманывать нельзя. Ну, не совсем жаль, это ведь и на меня работает. Я должен искренне считать, что цена справедлива, иначе партнер почувствует мои колебания и может что-нибудь выкинуть. Вдобавок существует фактор наблюдателя — Чей-Гребень–Жесток ментальной маской не обманешь, я же не владыка. Да и зачем? За того же мелкого алконоста заплатят столько, что весь наш Дом сможет жить год, ни в чем себе не отказывая. Тысяч за сто фунтов стерлингов продам, на эти деньги реально эсминец построить. Адекватно, спрашивается, за килограмм гвоздей? Безусловно — да, потому что у местных охотников после кое-каких процедур гвозди становятся запредельно эффективным оружием. Железки не одну жизнь спасут и многократно окупятся, прежде чем их ржа поест.
Очередной предмет, выложенный на обмен, заставил призадуматься. Небольшая подвеска не просто фонила знакомой силой, она ещё и символ Священного Дома Испепеленного Рассвета гордо демонстрировала на обеих половинках. Как она попала к Гибким, стоит ли связываться?
Золотое-Пятно дернула хвостом, недовольная долгой задержкой.
— Я не знаю, сколько это стоит, — признался, не видя смысла скрывать. — Возможно, очень дорого. Возможно, ничего. Откуда это у вас?
— Охотники нашли. Принесли мне.
А, ну да. В местах проколов сородичи часто теряют артефакты, временами весьма ценные. Я сам так пару блокаторов посеял. Неизвестными путями вещь, принадлежащая Испепеленным, попала в лес Влажных Костей, где её нашли и на всякий случай притащили вождихе. Теперь Золотое-Пятно предлагает фитюльку мне, надеясь срубить нечто полезное.
Брать или не брать? Отношения с Испепеленными у нас никакие. Мы — в Англии, они живут где-то в районе Онежского озера, последний раз наши интересы пересекались лет пятьсот назад. С другой стороны, что я теряю? Выкуплю подвеску, напишу нынешнему главе Испепеленных, дескать, так и так, нашел вашу вещь, приезжайте. Если повезет, взамен получу в качестве подарка нечто ценное.
— Что желаешь получить взамен?
— Главный металл, — без сомнения ответила старшая.
Сунув руку в кошель, я достал большой кусок прустита.
— Этого хватит?
— Согласна, — Золотое-Пятно быстро забрала руду, будто боялась, что я передумаю.
Больше ничего необычного на обмен она не предложила. Вернее, по меркам смертных весь её товар необычен, но мы торгуем пару тысячелетий и за это время привыкли к более-менее одинаковому ассортименту. В просмотренных записях из года в год одно и то же с небольшими вариациями.
Когда больше ничего не осталось, я поднялся на ноги, показывая, что торг закончен. Глава Гибкого народа тоже развернулась из огромного кольца и издала довольную трель, совершенно непохожую на шипение.
— Хорошо, — сообщила она, наклонив голову, чтобы находиться со мной на одном уровне. — Приходи ещё. Будь осторожен и не дай себя съесть.
— Хорошо, — согласился я. — Отправлю вестника перед тем, как прийти. Съешь своих врагов.
Попрощавшись таким образом, делегация удалилась. Они не любопытны и никогда не расспрашивают, откуда мы приходим и где живем. Гибкому народу хватило объяснения, что наш дом находится в месте «холода и бессилия», где они жить не смогут, чем они и удовлетворились.
Выменянные товары поочередно погрузились в ящик. Он у нас зачарованный, внутри раз в восемь больше, чем снаружи, вдобавок к нему прикручено облегчение веса и управляющий блок для маневренности. Стволы змеиного дерева внутрь засовывать не стал, закрепил снаружи. Также отдельно, в специальный мешочек, упаковал медальон — мало ли, какой функционал в него заложен? Пусть лучше побудет в хранилище для опасных предметов, тогда защитные системы Белого зала не посчитают его сходу угрозой и не попытаются уничтожить. Меня, соответственно, не парализуют для прохождения полной проверки.
Закончив, огляделся в последний раз. Вроде бы, ничего не забыл и опасностей нет. Мы в центре владений Гнезда, здесь, по идее, всё вычищено от мельчайших угроз, но это же Изнанка. На ней всё возможно. Минуту спустя я магией подхватил пожитки и двинулся к порталу.
