может немного. Новогодние каникулы, сама понимаешь. Все те, кто имеет доступ к списку сотрудников, на каникулах. До некоторых не дозвониться. Рестораны работают с сегодняшнего дня, но там дежурные менеджеры — и только. А ресторанов много. Только в нашем городе пять стационарных, в соседних минимум по одному в каждом. А еще фудтраки, в которых сотрудники тоже в фирменных майках… Короче, тьма. Парни с таким именем встречаются, полицейские записывают нам адреса. Полиции тоже не хватает, у многих выходные. Проверять адреса придется самим.
— Я вызвал ребят из охраны, — добавил Леон. — Они уже поехали по имеющимся адресам, будут присылать фотографии. Так что ждем в боевой готовности.
Ждать было тяжелее всего. Леон зарылся в книги, Софи была на телефоне, Влад ушел в тренажерный зал. Алиса хотела пойти с ним, но понимала, что ей сейчас не до беговой дорожки. Напротив, надо думать как можно лучше. А думала она об одном: она упустила видение. Какое‑то наверняка важное видение, в котором могла быть подсказка. Почему она так решила, Алиса не могла сказать, но не сомневалась в этом.
Вспомнилось, как на месте первого ритуала она поглядывала на припрятанный белый лист, надеясь, что сможет что‑то увидеть. Что Леон тогда сказал ей?
Тьма предлагает тебе усилить твой дар. Не делай этого, не поддавайся. Тебе может быть любопытно или казаться важным и полезным, но знай: если согласишься, пути назад не будет.
Именно это и было сейчас нужно Алисе. Ей нужно усилить дар, чтобы она могла поймать видение, когда хочет, а не когда то приходит само. И пусть тьма изменит ее, но она спасет чью‑то жизнь. Пять жизней. Разве это того не стоит?
Осталось понять, где и как раздобыть немного тьмы. Леон дать не согласится, в этом Алиса не сомневалась. Если попросить, еще и работой загрузит, чтобы у нее не осталось возможности искать другие варианты. Значит, Леону не нужно знать.
Алиса надела куртку, ботинки, вышла в сад. Оставался единственный вариант — пруд. Алиса пока не понимала, как именно он ей поможет, но воду из пруда Леон использует для многих своих ритуалов и экспериментов, а значит, она наделена мощной силой.
Оглядываясь, чтобы никто не заметил ее и не остановил, Алиса направилась к пруду. День выдался пасмурным, прохладным. Низкие снеговые тучи висели над самой землей, но вниз пока ничего не роняли. Ветер не колыхал верхушки деревьев, не задувал под одежду, поэтому Алисе было вполне комфортно. Только руки мерзли, но их можно было спрятать в карманах.
Несмотря на низкую температуру, вода в пруду не замерзла. Выглядела такой же грязной и зеленой, как и осенью. Пахла тиной и мертвой рыбой, хотя Алиса знала, что рыбы в пруду нет. Алиса осторожно подошла к самому краю, остановилась. Отлично, и что дальше? Посмотреть в воду? Умыться ею? Выпить?
Конечно, давно ж не тошнило.
Начать было проще с первого варианта. Алиса подошла максимально близко к воде, уже касаясь ее носками ботинок. Остановилась. Вгляделась в темную воду, но в той отражались лишь тучи и запутавшиеся в них верхушки деревьев.
Нет, это явно не работает. Алиса опустилась на колени, чтобы быть еще ближе к воде, протянула к ней руки, осторожно коснулась. Пальцы обожгло ледяным холодом, по телу пробежала дрожь. Но прежде чем Алиса что‑то увидела бы, сверху на нее накатила тень, и в отражении рядом с ней появилось чужое лицо. Алиса отпрянула от воды, обернулась. Позади стояла Стражница. Сейчас, при свете дня, Алиса могла рассмотреть ее лучше, но в то же время подумала, что лучше бы не рассматривала.
Стражница была не просто старой. Навскидку Алиса дала бы ей лет двести. Тонкая, как папиросная бумага, кожа плотно обтягивала кости черепа, при этом была покрыта плотной сеткой мелких морщин. Запавшие глаза походили на два уголька, сверкающие из глубины глазниц. Нос с раздутыми ноздрями, тонкие, почти невидимые губы. И сама она вся худая, высохшая, будто старая сосна, которая того и гляди упадет. Но при этом от Стражницы исходило столько силы, что Алиса не сомневалась: эта сосна не упадет никогда.
— Что ты здесь делаешь? — властно, но абсолютно безэмоционально спросила Стражница.
И Алиса поняла, что врать бессмысленно. Женщина — или кем бы она ни была — будто смотрела в самую душу, видела насквозь. Знала, зачем Алиса пришла к пруду, и лишь ждала, чтобы та соврала. Чем это может обернуться, Алиса не знала, но решила не врать.
— Мне нужно немного тьмы, — честно призналась она, вставая на ноги.
Стражница при этом не отступила назад, и, чтобы иметь хоть немного пространства, отступить пришлось Алисе. Ботинок погрузился в воду, та хлынула внутрь. Нога мгновенно онемела до самой щиколотки.
— Зачем? — все с тем же выражением спросила Стражница.
— Чтобы усилить свой дар. Я могу видеть будущее. И сейчас мне нужно увидеть его. Я пропустила важное видение, мне нужно знать, что в нем было.
— Ерунда, — спокойно ответила Стражница. — Тьма того не стоит.
— Не вам решать! — резко ответила Алиса, разозлившись. — Леон говорит, вы всего лишь стережете проход между мирами. Я никого оттуда призывать не собираюсь, мне нужен глоток тьмы. И что он со мной сделает, не ваше дело.
— Леон говорит много того, во что тебе лучше не верить, — спокойно отозвалась Стражница, не среагировав на вспышку Алисы. — Но, если тебе так нужна тьма, есть способ получить от нее выгоду, не впуская в себя.
— Какой?
— Погрузиться в нее самой.
Алиса растерянно моргнула.
— Это как?
Стражница выбросила вперед руку и сильно толкнула Алису в грудь. Алиса не удержалась, взмахнула руками и упала в ледяную воду. Оказалось, что здесь глубоко уже у самого берега. Алиса с головой ушла на дно, успев увидеть только, как перед глазами сомкнулась темная вода. Арктический холод выбил воздух из легких, парализовал сердце. Прошло не меньше нескольких секунд, прежде чем Алиса снова начала соображать и попыталась выплыть. Но ей это не удалось. Две крепкие руки держали ее за плечи, не позволяя всплыть, глотнуть воздуха. Алиса извивалась, брыкалась, царапалась, но ногти лишь ломались о твердый камень, не причиняя Стражнице никакого вреда. Алиса пыталась пнуть ее ногами, но никак не могла найти женщину под водой. Будто от Стражницы остались одни только руки, и руки эти хотели утопить Алису в грязной ледяной воде.
В то мгновение, когда Алиса уже не могла терпеть горящие огнем легкие и готовилась сделать смертельный вдох, вода перед ней вдруг превратилась в белый лист. И
