id="id1938">– Ты дрожишь.
Диана посмотрела на него, пытаясь унять дрожь, но получалось плохо. Он с такой нежностью согревал ее пальцы, держал их в своих ладонях, что слезы сами потекли из ее глаз. При виде их он тут же ее обнял. Объятия тоже согревали, но хотелось большего, хотелось согреться изнутри.
– Наш малыш… он не шевелится.
Она прижалась к нему сильнее, пытаясь почувствовать поддержку. Ей нужно было знать, что он волнуется за их малыша.
– Что бы ни случилось, у нас еще будут дети.
После этих слов Диана отстранилась от него, заглядывая в глаза, не веря в то, что он произнес эти слова. Но это лишь слова, а внутри его сердце даже горячее, чем ее собственное. Думая об этом, она не удержалась и снова разрыдалась, опять уткнувшись в его грудь.
Доктор с Мартой покинули покои, оставляя хозяев одних, а те еще долго сидели обнявшись. Стефано гладил Диану по спине, сжимая в объятиях, и казалось, что они оплакивают умершего сына. Так было бы лучше для всех. Первенец рода Висконти в этот раз умер еще в утробе матери. Идеально, что пророчество выбрало такой легкий путь.
Но внезапно Диана вскрикнула и отстранилась, схватившись за живот. Стефано от неожиданности опешил, готов был бежать за доктором, но она схватила его ладонь и прижала к животу:
– Он жив! Он пошевелился!
Под своей ладонью герцог отчетливо ощутил движения ребенка. Теперь они были очень ощутимы. Раньше ребенок трепыхался, а теперь пинается, значит, места ему стало меньше. И он стал больше. И живот Дианы заметнее округлился.
Стефано быстро убрал руку, как будто обжегся:
– Я позову доктора.
Он встал с кровати, понимая, что совсем не рад этой новости. Он проклинал себя за это, но ничего не мог поделать. Стефано не мог любить ребенка, который отнимет у него жену.
Плохо получалось скрывать свои эмоции, можно было улыбнуться, обнять Диану, даже поцеловать живот, поговорить с ребенком. Это его будущий наследник. Но зачем привыкать к тому, кто должен умереть? С этой мыслью Стефано позвал доктора, а сам спустился вниз, где встретил леди Агнессу.
– Ваша Светлость, – она присела, склонив голову, – как себя чувствует герцогиня? Ей уже лучше?
– Гораздо лучше, – монотонно ответил он и пошел дальше, но остановился и обернулся: – Леди Агнесса, вы не получали письма от вашей подруги – леди Изабеллы после того, как вернулись в Милан?
– Никак нет, Ваша Светлость, – ответила та и уже готова была подниматься по лестнице, чтобы идти к герцогине, но герцог ее опять остановил: – Я хочу поговорить с вашим отцом по поводу вашего брака.
Она обернулась, шокированная этой новостью, ожидая продолжения и прекрасно зная, что перечить герцогу нельзя, иначе можно оказаться повешенной. Ее губы дрогнули, она попыталась мотнуть головой – хотя бы молча дать понять, что не хочет выходить замуж.
– Я подыскал вам отличную партию, леди Агнесса, – улыбнулся Стефано, – самого лучшего кондотьера нашего времени – Франческо Сфорца.
Глава 52
Всю ночь Диана вертелась и спала плохо. Она легла отдельно от мужа, в своих покоях, мотивируя это тем, что, возможно, ночью ее снова начнет тошнить. И, чтобы не будить его светлость, вечером она ушла к себе.
Он тоже спал плохо. Стефано слышал, как Диана ворочается, трижды за ночь вставал к ней, гладил по волосам, сидел рядом и думал о своем.
Ему не спалось, потому что в голове жужжал целый рой мыслей: от отравления Дианы до встречи с Изабеллой. Надо было выбрать верную стратегию для этого свидания. Ведь, зная свой характер, герцог Висконти отрубит ей голову, как только она намекнет, что причастна к похищению герцогини Милана. Вспоминались слова старухи о том, что не стоит марать руки о дочь Фоскари, достаточно будет слов и разрыва всяких отношений с ней. Но сможет ли он себя сдержать? Хотя что об этом думать! Он еще не знает правды, возможно, Изабелла не причастна к похищению, и надо искать виновного в другом месте.
Зато он был счастлив, что Диана спит не просыпаясь, иногда даже улыбается во сне, что-то шепчет. Стефано не мог разобрать слов, ему был просто приятен ее шепот.
Диана распахнула глаза, как только солнце заглянуло в покои. Она опустила ноги на холодный пол и прошла к Стефано – муж собирался на охоту, и надо было пожелать ему удачи, но его уже не было.
Позвав Марту, Диана взглянула в сторону детской комнаты и вспомнила про дверь. К утру она совсем о ней забыла. А ведь засыпала с единственной мыслью…
– Ваша светлость, герцог не стал вас будить и уехал на охоту, – четко произнесла Марта, неся теплую воду в графине.
Пока камеристка выливала воду в бадью, Диана ругала себя за то, что проспала отъезд мужа. Почему он не разбудил ее? Хотя это было ожидаемо, скорее желал, чтобы она выспалась.
Диана ощутила шевеление малыша и улыбнулась. Он тоже проснулся и стал очень активным. Она погладила живот, подмечая для себя, что ее больше не тошнит. Но и аппетита не было, хотя Марта принесла в покои завтрак.
Служанка поставила поднос на столик и убирала салфетки, которые покрывали еду.
– Герцог приказал пробовать вашу пищу до того, как вы притронетесь к ней. – Марта отломила кусок хлеба, намазала пастой из помидоров, посыпала мелко нарезанным базиликом и уже готова была это откусить, как Диана выхватила у нее хлеб и засунула его в рот.
– Меня не травят, можешь не переживать на этот счет, – произнесла она, как только прожевала пищу, – обычное несварение. К тому же беременных иногда тошнит. Ребенок стал таким большим, что много пищи в мой живот не помещается.
Марта была отчасти согласна, но все равно устроила основательную проверку в кухне. Утром она внезапно нагрянула туда, заставила всех убрать волосы под чепец, три раза вымыть руки, прежде чем притронуться к еде. И обещала приходить с проверкой трижды в день ежедневно.
Пока Диана пыталась засунуть в себя второй кусок хлеба, запивая водой, Марта принялась заправлять постель.
– С кем уехал Его Светлость на охоту?
– С ним поехал Маурицио и пара рыцарей из свиты герцога.
– Он не взял Франческо Сфорцу?
– Нет, кажется, я видела его во дворе.
Диана задумалась, вспомнив вчерашний день, когда леди Агнесса вошла в ее покои вся в слезах. Герцог решил выдать ее замуж за этого кондотьера, а она не хотела, поэтому плакала. Ее
