Среди авторов, отстаивавших преимущества смешанной экономики, выделяется А.Д. Билимович. Он предпринял сравнительный анализ двух способов хозяйствования, один из которых покоится исключительно на принципе хозяйственной свободы и рыночных отношений, другой – на принципе централизма и государственных воздействий на экономику. Отдавая должное первому, т. е. либеральному способу хозяйствования, выполнившему в эпоху становления капитализма свою историческую миссию, он был далек от его восторженного прославления, поскольку отчетливо видел и его темные стороны.
Конкурентная борьба между людьми приводит к неслыханной обнаженности личного интереса. Неустанная погоня за прибылью захватывает человека без остатка. Из нерегулируемой и неограниченной свободы частной собственности вырастает чрезмерное социальное неравенство, которое в конце концов препятствует дальнейшему росту продуктивности народного хозяйства. Чрезмерное неравенство имущества и доходов «оскорбляет чувство справедливости и порождает классовую ненависть, которая уже много раз губила государства и народные хозяйства»[34].
Концентрация капиталов, особенно в руках монополистов, приводит к использованию частной собственности во вред обществу, и прежде всего – его менее зажиточным слоям. Однако еще более скептически Билимович оценивал также централизованную систему хозяйствования. Эта система непродуктивна прежде всего потому, что цены различных видов труда, различных вещественных факторов производства и, наконец, потребительских благ устанавливает центр, а не рынок. Если даже отдельные хозяйственные единицы покупают товары и продают их друг другу, то это ненастоящая купля-продажа и ненастоящие цены. Они носят формальный расчетный характер, поскольку не являются результатом рыночной борьбы. Отсюда и деньги, обслуживающие эти акты купли-продажи, являются фиктивными деньгами, выполняющими счетную функцию, но не выражающими соотношения сил на рынке. В интегральном планово-централизованном хозяйстве государство является единственным и всесильным монополистом, но с потерей действия настоящих цен, принципа издержек производства теряется и механизм, который при всех своих недостатках все же помогает выбирать нужный состав и целесообразные способы производства.
Таким образом, по мнению Билимовича, ни система экономического либерализма в ее чистом виде (laissez faire), ни тем более система централизованного жестко-директивного планирования, не являются эффективными. Поэтому Билимович предлагает идти по пути формирования смешанного способа хозяйствования, вбирающего в себя как принцип свободы и свойственный ему механизм рыночных сил, так и принцип централизма, предполагающий корректирующее воздействие на экономику со стороны государства.
Пищу ученому для таких выводов дала сама жизнь, особенно Великая депрессия 1929–1933 гг., когда правительство вынуждено было наращивать регулирующие и координирующие мероприятия в области экономики. Билимович против как неограниченного огосударствления экономики, так и неограниченного либерализма. Он ставит вопрос о «дозе» свободы и «дозе» государства. Ученый уже тогда близко подошел к тому, что сегодня в западной литературе именуется теорией «осечки» (или «фиаско») рынка и «осечки» государства.
Концепция А.Д. Билимовича сегодня актуальна как никакая другая.
20.4. Советская и постсоветская экономическая школа. Российский институционализм
Самостоятельное развитие российской экономической мысли, в начале ХХ в. быстро интегрировавшееся в мировую науку, было прервано в 1917 г., хотя в 20-е годы оно еще отчасти продолжалось как бы по инерции. В конце 20-х годов сложилась советская школа экономистов-международников. С самого начала она ассоциировалась с именем Е. Варги. Среди достижений этой школы в 30—40-х годах можно назвать исследования по теории и истории экономических кризисов и изменениях в экономике мирового капитализма, вызванных Великой депрессией и Второй мировой войной.
В 60—70-х годах ХХ в. ознакомление советских ученых с западными течениями экономической теории (экономикса) происходило под вывеской изучения «экономико-математических методов». Одним из тех, кто стоял у истоков экономико-математического направления в науке, был выдающийся ученый-экономист В.В. Новожилов (1892–1970). Им исследованы такие актуальные для советского периода проблемы, как экономика дефицита, теория изменения затрат и результатов и др. Экономико-математическое направление явилось своеобразным «окном в Европу», т. е. средством приобщения отечественной экономической науки к мировой, и воспитала целый ряд блестящих ученых, увлеченных идеей синтеза двух наук в условиях нового постиндустриального общества.
Особое внимание заслуживает Леонид Канторович. Ему в 1975 за «Теорию оптимального использования ресурсов» была присуждена Нобелевская премия. Он является первым и пока единственным лауреатом Нобелевской премии по экономике, которые начали присуждать лишь с 1969 г. Им были введены «двойственные оценки» ресурсов, показывающие степень ценности этих ресурсов для общества.
На базе двойственной оценки Л.В. Канторович разработал теорию рентных оценок, которая позволяет измерять стоимость пользования такими природными ресурсами, как земля, вода, воздух и т. д. Эта идея намного опередила свое время предвосхитив весьма актуальные сегодня исследования по экономико-экологическим проблемам.
В развитии новых направлений, анализирующих трансформацию экономических институтов в постсоветской России, важную роль должен сыграть институционализм.
Интерес к институционализму в России объясняется двумя причинами. Во-первых, влиянием марксизма, который всегда рассматривал институционализм как своего союзника. Во-вторых, желанием преодолеть ограниченность экономикса, основанного на деятельности рационального индивида. Этот подход в России так и не сложился.
По мнению Р. Нуреева и Ю. Латова, в российской экономической литературе фигурируют семь направлений неоинституциональных исследований[35].
1. Теория прав собственности. Она важна в аспекте анализа приватизации, ее последствий и формирования рыночных институтов. После проведенных реформ большая часть государственной собственности в России перешла не к аутсайдерам (посторонним, «диким»), а к инсайдерам (менеджменту и персоналу предприятий). Поэтому в России не сформировался эффективный частный собственник. В деятельности фирм мотив личного обогащения новых владельцев доминирует над целями развития производства.
