мне в этом.
— Никогда. Я не могу, и не буду убивать беззащитных людей.
— Почему? Ведь это так весело, ты только попробуй, — Кхорн коснулся моего виска указательным пальцем, и моё сознание наполнилось злобой, ненавистью и жаждой убийства, — Ты только посмотри на эту толпу извращенцев. Они подстать своему богу. Разве не заслуживают они жатвы и кары твоей. Возьми меч, сруби их головы и брось к подножью трона в моём главном храме. Мы вместе — ты и я устроим здесь демоническое вторжение. Сначала Крит, потом весь сектор, ты станешь великим, Пол.
— Я должен любит и прощать, — похоже, мои слова разозлили Кхорна, и меня пронзила такая боль, что на ногах я не устоял. Как он это делает? Я стоял на коленях, а моё сердце превратилось в ледяной концентратор боли.
— Любовь? Ты лицемер, говоришь, что любишь их, а у самого течёт холодный пот от ужаса, когда видишь, что творят возлюбленные тобой люди. Нельзя любить того кого боишься.
— Я … обойдусь … без вас. У меня … свой путь, — мне становилось всё больнее, изо рта уже текла кровь, а точнее жидкость не отличимая от неё.
— Сдавайся, Пол. Ты пленник своих идеалов и морали. Думаешь тебе удастся построить здесь новую Магду? Край благополучия, равенства и свободы личности?
— Да.
— Нет. Ты идеалист. Всего лишь осколок прошлого, люди изменились, твои идеи больше никому не нужны, у тебя никогда не получится то, что ты сделал с пиратами. Мы всё о тебе знаем, Пол. Посмотри на лица этих людей. Мы дали им всё, что они хотят. Они сыты, обогреты и любимы. Им ничего не надо решать, мы за них уже всё решили. Они могут предаваться любым видам порока как животные. И мы создали для них заповедник, свободный от морали. Они не хотят назад, это их выбор.
— Я … не хочу, стать … таким же. Помочь … им, я здесь … чтобы помочь им. И я помогу.
— Как? Не имеет смысла, будешь ты воевать против меня или за меня, ты всё равно будешь воевать.
— От … пусти.
— Та-а-а-ак, — нетерпеливо выдохнул Кхорн, — не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.
Боль отпустила, но словно невидимая рука дёрнула меня вверх и подняла на ноги.
— А теперь, больной, смотри мне в глаза. И не моргать, — придерживая мои веки, Кхорн заставил смотреть в его чёрные бездонные глаза. В начале разговора глаза его были карими, но сейчас кроме тьмы в них ничего не было. И эта холодная тьма проникала прямо в мой разум. — Как я ранее сказал, выбора у тебя нет.
Я чувствовал, что мой разум перестраивается. На многие вещи я теперь смотрел по другому. Теперь мне казалось глупым сама мысль тянуть с мясорубкой в храме: «Мне же этого хочется, и я это сделаю. О вселенная, какой же я дурак так долго тянул. Я всё имею, под себя всё перестрою. Сегодня же мои роботы будут производить роботов. За несколько недель их будет миллиарды, а чтобы не скучать до этого, я вырежу всё подземелье. Ло будет против, но какой же я дурак, что передал ей власть. Эта мелкая девчонка будет страдать за то, что испытывала моё терпение и заставляла исполнять её капризы. Я заставлю её смотреть как умирает народ Мара, всё до последнего ребёнка или старика. А Гера — чёртов извращенец, я отрежу ему гениталии и заставлю его их съесть. А потом отрублю ему голову, искусственный череп ничем не хуже настоящего и также хорошо украсит трон моего господина. Он боится мертвецов, ну так что ж, это всё изменится, когда он станет одним из них. Следующей будет Клео, хи-хи, Клео, Клео, Клео, она мне за всё ответит. Просто страданий мало, я запихну её в обучающую машину на бессрочное время и раз в недельку буду её оттуда вытаскивать, послушать как ей плохо. Дита, хм-м-м, Диту можно и оставить. Но, пожалуй, её мозг. Она слишком любит секс, посмотрим, что она скажет, когда лишится тела, а для взаимодействия с внешним миром у неё останется только чёрно-белая камера. Да, я обрушу на Крит железный дождь».
«Нет, это не мои мысли. Я бы ни когда не поступил так с любимыми мне людьми. Я не хочу! Мне нужна помощь!!!» — промелькнуло в моём израненном разуме.
— Император, к тебе о помощи взываю я. Помоги верному слуге своему в час нужды, — я уже не понимал, что говорил и даже где находился. Слова сами прыгнули мне на язык. — Воздвигни вокруг разума моего неприступную стену, скроющую меня от крамольных мыслей. Согрей сияющими лучами славы своей, дай сил снова бороться во имя твоё…
— Что? Кому ты молишься? — раздался нечеловеческий голос сверху.
Закончив молиться, я снова осознал себя на полу, стоящим на четвереньках. Но прийти в себя до конца мне не дали. Гигантское пылающее существо взяло меня за горло и подняло на уровень своего лица. Сейчас я наблюдал истинный лик Кхорна. Больше всего ему подошло определение «пылающий демон». Как такого существа я не разглядел. Просто сгусток огня, заключённый в незакрытые доспехи. Из щелей постоянно лезли языки пламени, лицо было прикрыто забралом, из шлема на затылке торчали изогнутые рога. Было непонятно, это часть шлема или часть демона, скрытого пламенем. Ростом в нём было под три метра. Я это понял, когда оказался высоко над алтарём. Существо снова посмотрело мне в глаза своими глазками-угольками.
— Слуга Анафема?! — о чём-то догадалось существо, а потом рассмеялось своим не человеческим голосом — Ха-ха-ха. То-то я думаю, что с тобой так тяжело. Мы этого не учли, так глубоко не заглядывали. Кто бы мог подумать?!! Игра будет значительно интереснее, чем я ожидал. Нургл будет локти себе кусать от того, что так рано слился, когда узнает.
Демонический Кхорн отпустил меня, и я с такой высоты плюхнулся на пятую точку.
— Пол! — дыша огнём, обратился ко мне Кхорн, — Ты отверг мой дар, но это ничего не меняет. Получи же проклятье.
Кхорн размахнулся и пронзил мою грудь своим чёрным клинком некогда бывшим тростью.
— А-а-а-а, — кричал я от боли, пытаясь вытащить из себя клинок.
— Прощай, Пол, — сказал улыбающийся Кхорн, снова превратившийся в человека, — больше мы не встретимся.
Он щёлкнул пальцами и меч, торчащий у меня из груди, превратился в чёрную извивающуюся змею пытающуюся заползти внутрь моего тела.
— Нет! — держась за её хвост, я пытался вытащить упрямое существо из себя.
Но змея была гладкая и скользка. Сантиметр за сантиметром
