им возят всё необходимое. Изучают местные реликты и артефакты. Даже среди мутантов и изгоев оказалось есть учёные археологи.
— Ты ещё долго пробудешь во дворце?
— Пару дней точно. А потом надо будет возвращаться. Кстати, — Дита подняла одну из своих ножек и пальцами босой стопы погладила меня по щеке и взъерошила волосы, — мы сегодня с Герой планировали немного пошалить, присоединишься?
Я взял ножку за стопу, поцеловал в щиколотку и положил её обратно на колени.
— Нет. На сегодня мне впечатлений хватило. Мне ещё с Клео надо сегодня как-нибудь объясниться и при этом иметь достаточно несчастный вид, а не счастливую улыбку идиота.
— Мужчины, — Дита презрительно фыркнула, — Какие вы бываете иногда скучные и занудные.
С Клео поговорить так и не получилось, на связь она не выходила, а отбыть с планеты мне не позволяли дела. Прежде всего, нужно было разобраться, что там у нас с армией и подготовиться к войне аристократов. За советом я направился, естественно, к моей любимой семейке. Дом, где тебя с порогу могут изнасиловать. Видите ли Гера к Лантилесов давно не навещал. Да, мы теперь аристократы, можем и послать. И чего их так на нас переклинило, особенно на Гере. Хотя, если подумать, мы в целом и Гера в частности — довольно-таки статусные штучки. Наш дом, недавно ворвавшийся в аристократические круги Крита, вызвал нездоровое оживление. По словам Перика, в высших кругах уже ставки делают, кто меня «нагнёт», как в прямом, так и в переносном смысле. Из обычных родов мы выделялись своими внутренними порядками. В Фивах были распространены матриархальные, аристократические дома, намного реже — патриархальные, но эти были всё больше представлены эмигрантами из других полисов. А у нас мужчины и женщины занимали равное положение. Как другие дома узнали о нашем внутреннем уставе? Да всё просто — слуги, подданные и работники, в порядке традиций Крита, перенимали внутренний устав. Тут с этим просто, но иногда доходило до смешного, если господин-хозяин любил смачно выматериться на публике и харкнуть в лицо своему врагу, то и его подданные в этом не отставали. А когда хозяин менялся, то менялся и внутренний устав. И никто не о чём не жаловался. Ещё Гера, который после ухода из порно бизнеса, стал играть в нормальных фильмах и прославился как актёр, которого несколько миллиардов людей и пара полисов в лицо знает, стал очень статусным персонажем. Иметь в любовниках Геру — стало престижно.
— Да, Пол, это ты попал. — рассуждал Перикл, когда мы у него в приёмной разместились, попивая вино из кубков, — Предлагала тебе Каллисто вассалитет, а ты всё упрямился, щас бы не было таких проблем.
— Если бы я тогда согласился, то Каллисто сейчас приковывала бы меня к кровати на законных основаниях, а не в качестве ролевых игр. — Перикл шутку оценил, мы посмеялись, — Ты лучше расскажи, что делать-то теперь?
— А что делать? Воевать, естественно, что ещё делать? Ты, кстати, какие посмертные ритуалы предпочитаешь? Тебя сжечь, а прах развеять по ветру, скормить диким птицам, или просто закопать?
— Сделай из меня чучело и поставь в прихожей.
— Если сделать из тебя чучело, то моя кузина заставит тебя работать даже после смерти.
Позже Перикл поведал мне, что хоть и дела мои кислые, но всё не так тухло. Аристократические войны бывают объявленные и необъявленные. Последние — это то, что против нас применяют сейчас, а объявленные то, что будет через пару недель, если я не подумаю над своим поведением и происходить будет по правилам. Поскольку местная аристократия уже убедилась в моих боевых навыках на дуэльном поприще и в полной неэффективности этого пути, то они решили сменить тактику и увеличили размах. Кстати, мои боевые навыки стали защитой всего моего дома потому, что я как патриах рода мог взять на себя дуэль, брошенную любому моему приближённому. Так уже я успел подраться за Клео и чуть не подрался за Диту. Геру на дуэли не вызывали в принципе потому, что обижать человека у которого фанклуб в несколько сотен миллионов человек — очень рисковый поступок. Критчане люди лихие и слегка долбанутые, для них и взорвать себя во имя кумира не проблема.
Объявленная война будет происходить по правилам. На специальную территорию выйдет ограниченное число бойцов, в зависимости от размера арены, их может быть от тридцати до тысячи. Одновременно на поле может присутствовать только обусловленное число воинов равных с каждой стороны. Но после получения потерь в размере трети от первоначальной армии можно будет привести себе подкрепление. Подкрепление в сумме с оставшимися войсками не может быть больше первоначального числа. На каждую сотню воинов разрешено взять один экземпляр боевой техники. Подкрепление боевой техники приводить нельзя, авиацию также использовать нельзя. Опять же, понятие боевой техники у Критчан весьма растяжимые. Например, модификант Спартанец считается за пехотинца хоть и встречаются порой экземпляры в три метра ростом, а вот кибер-кентавры из Трои, на которых лихо разъезжала Агата, уже за пехоту не считаются.
— Основа любой армии — это, естественно, гоплиты, — продолжал просвещать меня Перикл, — Но единым стандартам армии подчиняются только действующие части касты воинов. А личные граврдии аристократов часто вообще ни на что не похожи. Вот например, матриархи фивских родов любят содержать у себя в отрядах амазонок — модифицированных воительниц в лёгкой броне, вооружённых оружием ближнего боя. Но часто дома изобретают свои технологии и внедряют их в личные войска.
По раскладу сил были примерно следующие дела. Аристократические дома имели право содержать до тысячи воинов. Но не правило, что они будут поступать именно так. Любую армию кормить надо, большинство аристократов ограничиваются двумя, тремя сотнями. Аристократ, добившийся вассалитета от пятерых аристократов, имеет право на часть их официального дохода и личную гвардию в размре трёх тысяч воинов. Аристократ, который добился васалитета от пяти баронов уже имеет право на десятитысячную армию и именуется графом. У герцога же в подчинении может быть до сорока тысяч личной армии, но традиционно меньше, чем совокупное войско вассалов. Так что если сеньор основательно достанет своих вассалов, то последние всё же растрясут свою машну и устроят ему локальный путч. Всё это, опять же, задокументировано в правилах аристократических войн, так что они даже за рамки закона не выйдут и бунтом, восстанием против легитимной власти это считаться не будет. Войска барона Кастора Бри не имеют юридического права со мной воевать, так как он перешагнул ступеньку обычного аристократа и сейчас со стороны воевать со мной для него будет — как солдату
