у него были слабые, реакция медленная, но желание учиться — искреннее.
— Достаточно на сегодня, — сказал я, когда он начал задыхаться от усталости. — Сначала нужно привести тело в форму, а потом уже учиться сложным техникам.
— А ты… ты давно этим занимаешься? — спросил он, вытирая пот.
— Очень давно, — уклончиво ответил я. — С тех времен, когда это было вопросом выживания.
— В Эдессе опасно?
— Везде опасно, если знаешь неправильных людей, — сказал я, убирая меч в ножны. — Или правильных в неправильное время.
Марк кивнул, хотя вряд ли понял намек.
— Будешь заниматься каждое утро? — спросил он.
— Если хочешь. Но помни — владение мечом, как и алхимия, требует постоянной практики. Месяц пропустишь — придется начинать сначала.
— Понял. А что насчет оружия? Этот меч… — он печально посмотрел на свою железяку.
— Найдем тебе что-то подходящее, — пообещал я. — Но сначала научись правильно держать то, что есть.
Мы направились к дому, где нас ждал завтрак. Марк был явно воодушевлен новым уроком — в его глазах горел тот же энтузиазм, что и при изучении алхимии.
Хорошо. Разносторонне развитый ученик — это всегда лучше, чем узкий специалист. Никогда не знаешь, какие навыки могут пригодиться в будущем.
Особенно если это будущее связано с поисками способа убить бессмертного.
После фехтования мы с Марком спустились в лаборатории. Вчерашний успех на встрече с патрициями показал, что для укрепления позиций нужно не только красиво говорить, но и предлагать конкретные выгоды.
— Сегодня займемся практической алхимией, — сказал я, раскладывая на столе различные травы и склянки. — Будем создавать целебные настойки.
— Это тоже часть работы над философским камнем? — спросил Марк.
— В некотором смысле — да. Изучение свойств растений и жидкостей поможет понять принципы превращений. А практически — это способ завоевать доверие и дружбу влиятельных людей.
Я достал бутыль со вчерашним самогоном.
— Основа любой настойки — хороший спирт. Он извлекает из растений полезные вещества и консервирует их.
Первой мы приготовили настойку для Корнелия — на основе женьшеня и гинкго, но с добавлением мяты и лимонной цедры для приятного вкуса.
— Корнелий уже привык к моему утреннему эликсиру, — объяснил я, измельчая травы. — Но вечерняя настойка на спирту будет еще эффективнее. И вкуснее.
— А что она даст?
— Бодрость, ясность мысли, хорошее настроение. А главное — убеждение в том, что мы умеем делать полезные вещи.
Для Луция Красса, который жаловался на боли в суставах, мы приготовили настойку на основе ивовой коры с добавлением можжевеловых ягод и меда.
— Ива содержит вещества, снимающие боль, — пояснил я. — А можжевельник улучшает кровообращение.
Для Гая Валерия, страдавшего от проблем с пищеварением, — настойку на горьких травах: полынь, тысячелистник, корень аира, подслащенную медом и ароматизированную анисом.
— Главное правило целебных настоек, — говорил я, пока мы работали, — они должны быть не только полезными, но и приятными на вкус. Невкусное лекарство люди пить не будут.
Марк старательно записывал пропорции и способы приготовления.
— А как узнать, что поможет конкретному человеку?
— Наблюдение и опыт. Плюс знание основ медицины. За несколько веков… — я осекся, — то есть, за годы изучения различных источников можно накопить немало знаний.
Мы приготовили еще несколько настоек — тонизирующую для молодых патрициев, успокаивающую для пожилых, афродизиак для тех, кто намекал на проблемы в личной жизни.
— А теперь самое важное, — сказал я, когда все настойки были готовы. — Нужно правильно их преподнести.
— То есть?
— В Риме есть прекрасная традиция — посещение терм. Там люди расслабляются, общаются, заводят полезные знакомства. Вот туда мы и отправимся.
— С настойками?
— Именно. Представь: ты сидишь в горячей ванне после массажа, расслабленный и довольный. И тут тебе предлагают попробовать удивительный напиток, который сделает тебя еще бодрее и здоровее.
Марк начал понимать логику.
— И они будут благодарны?
— Более того — они захотят иметь такие настойки постоянно. А это значит постоянные заказы, регулярный доход и крепкие связи.
Мы упаковали готовые настойки в красивые флаконы, снабдили каждый этикеткой с названием и кратким описанием свойств.
— Термы Каракаллы — самые популярные среди знати, — сказал я, проверяя нашу «аптечку». — Там мы найдем всех нужных людей.
— А что, если они не захотят пробовать?
— Захотят. Римляне любят новизну, особенно когда она связана с роскошью и здоровьем. А мы предлагаем и то, и другое.
— И это… честно?
Я посмотрел на него внимательно.
— Настойки действительно полезны. Ингредиенты качественные. Эффект будет. Разве это нечестно?
— Нет, наверное…
— Марк, запомни главное правило торговли — люди покупают не товар, а решение своих проблем. Мы даем им здоровье, бодрость, хорошее настроение. За это они готовы платить.
К полудню мы были готовы к походу в термы. Настойки упакованы, история для каждой придумана, аргументы отработаны.
— Сегодня увидишь, как работает настоящая алхимия общения, — сказал я Марку. — Превращение незнакомцев в друзей, скептиков в покупателей, противников в союзников.
— А если что-то пойдет не так?
— Тогда у нас всегда есть запас хорошего спирта для внутреннего применения, — усмехнулся я. — Это тоже лекарство. От чрезмерного волнения.
Термы Каракаллы встретили нас мраморным великолепием и облаками пара. Роскошь поражала даже меня, видевшего дворцы многих правителей — огромные залы со сводчатыми потолками, бассейны с водой разной температуры, мозаичные полы с изображениями морских божеств.
— Потрясающе, — прошептал Марк, оглядываясь по сторонам.
— Это ничто по сравнению с тем, что мы здесь устроим, — ответил я, ведя его к раздевальным.
В caldarium — самом горячем отделении — мы нашли именно тех, кого искали. Луций Красс нежился в горячей ванне рядом с двумя сенаторами, которых я не знал лично, но видел на вчерашнем приеме. Неподалеку Гай Валерий обсуждал с компаньонами цены на зерно.
— Помнишь план? — тихо спросил я Марка.
— Сначала завязываем непринужденную беседу, потом ненавязчиво упоминаем о настойках, — прошептал он в ответ.
— Именно. Главное — естественность.
Мы погрузились в соседнюю ванну. Вода была идеальной температуры — достаточно горячей, чтобы расслабить мышцы, но не настолько, чтобы обжечь кожу.
— Мастер Марк! — окликнул нас Красс. — Какая приятная встреча! А это кто с вами?
— Мой коллега и консультант, Виктор Теодорос,
