Читаем без скачивания Экскурсант - Константин Хвостополосатов

— Кто бы ты ни был, спасибо, что помог, — подумал я. — Ты не знаешь, кто мы, но мы постараемся быть благодарными.

Ответа не последовало, но я надеялся, что меня услышали и, возможно, поняли. Я опять окунулся в свои мысли, стараясь оставаться неподвижным. Может, это и не было важно для процесса, но я предпочитал потерпеть, пока имелась такая возможность. Разъединение со Стекляшкой случилось как-то сразу. Я всего лишь моргнул и тут же увидел висящее передо мной веретено, постепенно принимающее очень знакомые формы.

— Все? — спросил я.

— Стекляшка говорит, что сделано все возможное, — отозвалась Светлана. — Теперь дело только за тобой. Вам нужно найти общий язык.

— Она что, разумная? — спросил я.

— Уверенности нет, — ответила Светлана, — точнее я просто не знаю. Можешь попытаться сам найти ответ на этот вопрос. Может, что-то прояснится, пока мы будем изучать второй комплект брони.

— Слушай, Светик, я вижу, что вы с Санычем открыли еще кое-какие ниши, и там тоже нашли какое-то снаряжение, что-то удалось хотя бы поверхностно понять? — спросил я.

— Пока нет, — ответила Светлана. — Воздерживаемся минимальными исследованиями, знаешь, как-то не очень хочется опять встречаться с разумом базы, особенно если он заинтересуется мной всерьез. Могу лишь сказать, что твоя броня, судя по тому, что мы еще нашли, скорее всего, относится к классу легкой, возможно, имеет набор приспособлений для выполнения каких-то специфических функций.

— Не боись, подруга, он нас не обидит, — подбодрил я Светлану. — Я чувствую, что ему интересно, я не удивлюсь, если он нам в чем-то даже поможет или подтолкнет в нужную сторону.

Что ж, броню я получил, и даже возможно она на меня настроилась. Только вот я до сих пор не знаю, для чего она сделана, да и броня ли на мне вообще. На все мои вопросы она хранила гордое молчание. Я не обижался, да и причин такого поведения могло быть великое множество. Может, я не так спрашивал, а может, просто броня отличалась девичьей скромностью. Решив взять дальнейшие эксперименты с новым костюмчиком в свои руки, я попросил Светлану слегка разрядить атмосферу в отсеке, где я находился. Подождав некоторое время, я не заметил каких-либо неудобств. Не появилось их и после полной откачки воздуха из отсека. Я продолжал исправно дышать, хотя мне не совсем было понятно чем. Ощупав голову, я не различил каких-либо рельефных отклонений, подчеркивающих черты лица, но я не видел и какого-либо колпака, прикрывающего мою голову, как это случалось в скафандрах КСС. Ради эксперимента, я прекратил дышать, и снова никаких неудобств не случилось. По всему выходило, что я мог дышать или не дышать, и моему телу это было совершенно безразлично. Стало предельно ясно, что броня вполне может укрыть меня от космоса, а уж за защиту от излучения я даже не сомневался. Еще до эксперимента с адаптацией Светлана рассказала мне, что уже пыталась облучать вторую броню, и ей оказались безразличны практически все излучения, имеющиеся в инструментарии киборгов. Броня лишь меняла цвет и немного внешний вид, примерно отражая все попадающие на нее излучения. Оставался вопрос, как долго будут работать «батарейки» этого чудесного устройства, и что будет, когда они разрядятся. Раздумывая над этим, я начал рассматривать комплекты снабжения, которые шли вместе с броней. Всего в броне использовалось два вида «батареек». Я не силен в геометрии, так что опишу своими словами. Один вид «батареек» представлял собой привычный брусок с квадратным сечением, торец которого слабо засветился при прикосновении к нему зеленым цветом. Когда же я взял его в руку, а на моем правом предплечьи открылась ниша, внутренность которой замерцала таким же зеленым цветом, как и торец «батареек». Рядом же с ней бледно проступили очертания зеленого квадратика. На предплечье другой руки открылись две ниши, но зеленого квадратика возле них не показалось. Я пересчитал лежавшие в коробках «батарейки» такого типа, их оказалось именно три штуки.

— Как раз комплект, — подумал я, запихивая их в открывшиеся пазы.

Получив «зеленый» брусок, ниши тут же закрывались, и несколько секунд на их месте продержались зеленые квадратики.

— Ага, сначала я вставил одну, — вспомнил я, подозрительно осмотрев места закрытых ниш. — Значит, всего получается четыре штуки в комплекте. Интересно, на долго их хватит?

При длине «бруска» сантиметров десять и ширине грани сантиметра в два каждая зеленая «батарейка» и весила с килограмм, но дополнительного веса я не почувствовал. «Батарейки» второго типа представляли собой штуковины сантиметров пяти в длину, в основании которых лежал шестиугольник с шириной грани приблизительно в половину сантиметра. В комплекте их оказалось штук с двадцать. Попав ко мне в руки «батарейка» подсветила один торец фиолетовым цветом, а на обеих моих ногах от колена и выше открылось множество пазов, и засветился один фиолетовый шестиугольник. Я даже не сомневался, что их столько же, сколько и «батареек» на полу передо мной. Распихав все «батарейки» по местам, я подвел итог — двадцать одна, плюс одна, вставленная раньше. Расположение показалось мне странным. По шесть пазов имелось на каждом бедре, по три — на каждой голени и еще по два — на каждом плече.

— В принципе, удобно, — подумал я. — Практически в любом положении тела оказалось бы легко достать до какой-нибудь ниши и сменить «батарейку».

После комплектации брони «батарейками» от комплекта осталось еще два ящика поменьше. В одном из них оказался довольно большой брусок. Я взял его в руки, но никаких изменений в броне не произошло. Повертев предмет в руках, я так и не понял, что от него ждали хозяева. Брусок тоже оказался тяжелым, но на его поверхности кроме цепочки значков не было ничего. Я вернул находку на место. Немого подумав, решил проверить и второй из оставшихся ящиков. С его содержимым все оказалось проще. Вынутый из последнего ящика брусок ожил, подкрасив торец красным цветом. На поясе с правой стороны я почувствовал щекотку. Потрогав рукой место, понял, что там открылся паз. Очередная то ли «батарейка», то ли снаряга тихо заняла свое место.

— Светик, вы уже разобрались с местной писаниной? — спросил я, — у меня тут осталась непонятная штуковина.

— Пока только в общих чертах, — ответила Светлана. — Что тебя интересует?

— Вот, — опять взял я в руки безучастный к судьбе брони брусок.

— Подожди, — сказала Светлана.

Я снова повертел брусок в руках, понятнее его назначение от этого не стало.

— Я не уверена, но это может быть или еда или какое-то медицинское снабжение, — сказала Светлана через пару минут. — Точно перевести пока не смогу.

— А и ладно, — ответил я, кладя брусок на место, — у меня есть на этот случай БМКП.

Мы еще поэкспериментировали со Светланой над броней. Оказалось, что он легко держит повышенную до пяти Джи гравитацию. Больше увеличивать мы не решились, потому что ходилось мне при пятерке уже не очень комфортно. Решив, что лучше знать, чем нет, я дал задание киборгу несколько раз пальнуть в меня лазерным резаком. Результат показал, что резак броне не опасен. Светланиными глазами я осмотрел себя вокруг. С правой стороны вдоль спины угадывалось какое-то вздутие, а над плечом с той стороны выступала небольшая округлая конструкция, которую я смог увидеть, повернув голову к плечу. Скорее всего, эта штука представляла собой какое-то оружие. Только вот чем оно стреляло, я понять не смог, броня же не спешила рассказать мне о нем. С левой стороны спины тоже имелась какая-то выпуклость, так же лежащая вдоль позвоночника, и на ней имелся ряд пупырышек. Остальных видимых устройств, похожих на оружие я не обнаружил. Вполне могло статься, что и штуковины, расположившиеся на моей спине, никакого отношения к оружию не имели. На мой взгляд, было бы совершенно неправильно находиться в такой броне и не иметь вооружения. Попрыгав, побегав по отсеку и покрутившись перед «зеркалом», которым служили сенсоры Светланы, я пришел к выводу, что первое знакомство можно считать удачным.

Новую одёжку я пока решил не снимать, ибо практическое применение обновки и было бы самым лучшим изучением ее возможностей. Без оружия я чувствовал себя голо, так что оно и было первой моей думкой. Добравшись до своей каюты, я вынул из ниши «дракончик». Повертев его в руках, приложив тут и там, я так и не нашел варианта прицепить его к броне. Плюнув на внешний вид, я положил «дракончик» в штатную кобуру и прицепил с помощью пластиковых ремней к ноге в районе правого бедра. Снова осмотрев себя глазами Светланы, остался доволен.

— Надо бы перекусить, — пришла мысль.

— Да, надо бы, — согласился я. — Интересно, как это можно сделать в броне.

Я стоял в каюте и обдумывал способы проведения этого мероприятия. Скорее всего, как и в броне-скафандрах Содружества в этом костюмчике тоже должны иметься варианты перекуса с помощью каких-нибудь стандартных контейнеров с пищей, только контейнеров таких мне видеть не приходилось, да и вряд ли они могли бы мне подойти, судя по тому, что изначально броня была рассчитана явно не на человека. Но я был уверен и в том, что и как броня Содружества, этот скафандр тоже должен иметь возможность частично оголить владельца, для случаев, когда он находится в дружественной атмосфере. Попытки найти какие-нибудь варианты демонтажа головной части, естественно, ни к чему не привели. Безуспешно ощупав и подергав всё, что возможно, я отложил этот путь поиска, как малоэффективный. По большому счету вариантов-то оставалось не так уж и много. Пожалуй, в этом случае подошла бы по всем параметрам надпись на двери лаборатории измерительной аппаратуры нашего института, гласившая: «Учите матчасть, бездари». Матчасть, к моему сожалению, не имела инструкции по применению, которую я и пытался последние несколько минут всякими путями добыть. Я не смог заметить момент, когда по голове и затылку начали бегать мурашки. Передернув плечами, я продолжал размышлять, перебирая какие-то разделы непонятных закорючек во всплывшем по моему пожеланию голографическому меню. А когда задал вопрос Светлане по данной теме, получил странный ответ: