— Он любит меня, — сказала Флора, и ее прозрачные глаза вспыхнули.
— Любит, — медленно повторил Кристоф, и в его голосе Вивиану послышался странный незнакомый акцент. — А твои наставницы знают, что ты живешь с человеком?
— Знают. И ничего не имеют против. Мне регулярно нужна свежая кровь.
— Значит, он для тебя всего лишь донор? Очень удобно. А сам Эд в курсе?
Флора опустила глаза, но тут же посмотрела прямо в зеркало, пытаясь найти взгляд Кристофа.
— Нет. Он ни о чем не догадывается.
— Ты очень хорошо умеешь замутнять сознание, — сказал кадаверциан, и акцент снова пропал. — А ты? Любишь его?
— Крис, — интонации Флоры стали певучими и мягкими, — ты ведь знаешь, невозможно любить человека, чью кровь пьешь. Тебе тоже нравится виски, но вряд ли это чувство ты назовешь любовью.
Кадаверциан промолчал, рассматривая проносящиеся мимо витрины ночных магазинов.
— Что? Ты осуждаешь меня? — Флора подалась вперед, и ее тонкая рука легла на спинку кресла, в котором сидел некромант. — Скажи, осуждаешь?
— Мне жаль этого мужчину, — ответил Кристоф. — Он любит, ревнует, страдает, дает тебе все, что только может дать, и даже более того. И не знает, какая ты… ведьма.
Флора расхохоталась, и у Вивиана побежали по спине мурашки от ее дразнящего смеха.
— Ты прав, мой колдун. Я ведьма. Я могу очаровать кого угодно. И тебя, и твоего птенца.
Кристоф резко повернулся к ней. Флора отпрянула, вздрогнув от неожиданности.
— Его зовут Вивиан, и он не мой «птенец». Он мой друг и помощник. Сделай одолжение, перестань считать его мебелью.
— Хорошо, — сказала Флора спокойно, — если ты хочешь.
Взгляд голубых глаз остановился на Вивиане, словно заметив его впервые, и неофит опять почувствовал, как сбивается дыхание. Лучше быть мебелью в ее присутствии, чем испытать на себе целенаправленную магию клана Леди.
Машина вырвалась на Садовое кольцо, и Кристоф очень вовремя переключил внимание ученика, показывая дорогу.
Дворец Даханавар стоял на тихой улице в окружении высоченных тополей.
Здание сверкало. Все — от фундамента до кровли. Матовым желтым огнем светились окна, паутинка огоньков обвивала конек крыши, мощные прожекторы подсвечивали статуи атлантов, держащих портик подъезда, белые стены отражали это искусственное сияние, а подъезжающие машины рассеивали остатки сумрака светом фар. И только деревья черными тенями крон парили над ослепительной суетой. Неподвижные, молчаливые, похожие на призраков.
Повинуясь указаниям учителя, Вивиан провел машину по дороге, усыпанной хрустящим гравием, к самому подъезду.
Распахнув заднюю дверцу, Кристоф помог выйти Флоре, а к водителю уже бежал молодой вампир и требовательно тянул руку. Вивиан в недоумении уставился на него. «Ключи давай, — прошипел тот. — Быстро». Неофит наконец сообразил, в чем дело, и протянул ключ от автомобиля. Парень оттолкнул его от дверцы, сел за руль и укатил куда-то. Проводив взглядом «Астон Мартин», Вив направился следом за спутниками.
Высокие стены холла были целиком из розового мрамора, в массивных зеркалах многократно отражались вазоны с живыми цветами и белые статуи. В центре зала бил фонтан, разбрызгивая сверкающие капли на кружевные ветви аспарагусов. Фиолетовые головки ирисов выглядывали из пучков острых зеленых листьев, растущих между камнями, в живописном беспорядке разбросанными по глубокой чаше бассейна. Среди этой веселой зелени стояла фигурка мраморного мальчика, прижимающего к груди тяжелую чашу. Видимо, мальчишка споткнулся, чаша наклонилась, и тонкая струйка воды теперь вечно переливалась через ее край и падала, разбиваясь.
Вивиан с удовольствием постоял бы возле этого фонтана подольше, но Кристоф с Флорой уже поднимались вверх по лестнице, и он поспешил за ними.
Край роскошного платья леди, мягко шелестя, летел по мраморному полу, тонкая ладонь лежала на согнутой руке Кристофа. Казалась, она уже забыла неприятный разговор в машине и теперь наслаждается удивленными взглядами, которыми провожают ее гости. Еще бы! Прийти на бал в обществе кадаверциана… двух кадаверциан. Сам Кристоф (тот самый! Кристоф!) почтительно сопровождает ее, а рядом плетется его… телохранитель. Сенсация. Новость сезона.
Возле одного из зеркал Флора остановилась, чтобы поправить прическу, улыбнулась спутнику, что-то шепнула, тот усмехнулся и отвесил шутливый поклон. Она рассмеялась, а Вивиан вдруг понял, что любуется ими. Колдун из клана Смерти и прекрасная Леди Даханавар. Великолепная пара.
Они были неуловимо похожи. Огнем, который загорался в их глазах, когда они смотрели друг на друга, спокойной учтивостью, с которой отвечали на приветствия, красотой. В своем темном простом костюме Вивиан вдруг почувствовал себя серым уличным воробьем, попавшим в клетку с райскими птицами. Слишком много золота, бриллиантов и разноцветного шелка, слишком много любопытных, оценивающих взглядов. Было видно — Кристофу безразлично, что его рассматривают, как музейную редкость, а ученик вдруг почувствовал, что скоро получит комплекс неполноценности в полном объеме. Конечно, собственного достоинства, он полагал, у него должно быть не меньше, чем у любого из клана Смерти, но ощущал, что еще не умеет им пользоваться.
Еще немного, и Вивиан пожалел бы, что напросился на бал, но вдруг из боковой галереи появился Дарэл, и (какое счастье!) одет он был почти так же неброско, как молодой кадаверциан. Он подошел, поцеловал руку Флоре, обменялся легким полупоклоном с Кристофом и едва заметно подмигнул неофиту.
— Прошу прощения, — произнес даханавар, — но Вива я забираю.
Флора осталась равнодушна к перспективе исчезновения «подмастерья» из поля ее чар, Кристоф кивнул с улыбкой.
— Пора тебе обзаводиться новыми связями, — говорил Дарэл, проводя протеже мимо разряженных, весело болтающих гостей. — Я познакомлю тебя с королевой.
— С кем? — озадаченно переспросил тот.
— С Фелицией. Слышал о такой?
Вивиан вспомнил недавний подслушанный в библиотеке разговор и понял, что совсем не хочет знакомиться с этой дамой — не сболтнуть бы мысленно чего-нибудь лишнего.
— Идем-идем, не трусь. Это традиция — представлять нашей Гранд-Леди всех новых гостей. Думаю, ей не особенно интересно беседовать с очередным «птенцом», так что можешь не волноваться, через пару минут тебя отпустят.
Глупо, но Вивиан вдруг осознал, насколько сильно робеет перед всеми этими высокородными дамами и джентльменами. Хотя и понимал — тем в общем-то глубоко безразлично, как он одет и что про них думает: они в упор не видят его с заоблачных высот своего опыта, возраста и силы. Поэтому можно спокойно глазеть по сторонам и делать невинные глупости. Но одновременно в душе его жило и абсолютно противоположное чувство. Вот уже несколько минут молодой кадаверциан чувствовал в себе присутствие невидимого второго «я», которое ворчало и дергалось из-за того, что… на него никто не обращает внимания. Вон та дамочка в изумрудной диадеме не смотрит взволнованно и нежно, а этот мужчина с аристократическим профилем не спешит пожать ему руку. В отличие от Вивиана, его внутреннему голосу было вполне комфортно в этом дворцё. Ему здесь нравилось. И ученик Мастера Смерти решил смириться: «У меня мания величия».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
