яростью повернулся к Ван Флиту.
- Верните их!
- Боюсь… Я не могу, Сир, - ответил Колдун. Его лицо было бледным и покрыто капельками пота. Выглядел он совсем неважно. - Связь была прервана на другом конце, Некромантом, и без его содействия я не могу её восстановить.
- Но Рейвена там даже не было! - сказал Король Уильям.
- О, он… присутствовал, - сказал Ван Флит. - Просто он не захотел показываться. Рейвен - удивительно искусный колдун. Я не могу надеяться преодолеть его волю. Пока нет…
- Ты хочешь сказать, что этот Некромант могущественнее тебя? - сказал Король Вильгельм тихим и угрожающим голосом.
- Его источники магии сильно отличаются от моих, Сир, - сказал Ван Флит. Что, как могли заметить все присутствующие, на самом деле не было ответом. Колдун не хотел смотреть на Короля. - Его истинные возможности ещё предстоит выяснить, Ваше Величество. Дайте мне время подготовиться как следует, и тогда… мы увидим то, что увидим.
Король Вильгельм отвернулся от Колдуна и устремил взгляд на своего Премьер-Министра Грегори Пула. Чьё крупное лицо сложилось в жесткие и опасные черты.
- О чём говорил Воин в Маске, Сир? - спросил он. - Вы действительно..?
- Конечно, нет! - прорычал Король. - Они добрались до него! Так же, как и до моей дочери! Вы все видели, вы все слышали! Похожи ли они на самих себя? Оставьте меня, все вы. Я должен подумать.
- Я никуда не уйду, Сир, - сказал Грегори Пул. - Вы не можете объявить войну Лесной Стране в одностороннем порядке! Сначала это должен обсудить Парламент!
- Пусть Парламент обсуждает сколько угодно, - ответил Король, откинувшись на спинку трона. Он снова улыбался своей холодной, непримиримой улыбкой. - Я не оставлю свою дочь в руках этих варваров. Когда страна узнает о случившемся, народ поднимется и потребует, чтобы я вступил в войну, чтобы спасти её!
- И мы наконец-то покончим с пограничной проблемой, - пробормотал Принц Кристоф.
- Идите, - сказал Король Вильгельм. - Я сказал всё, что собирался. Я уверен, что вам всем есть что сказать друг другу. Уходите. Сейчас же.
И все они поклонились и ушли, потому что было ясно, что они не могут сказать Королю ничего, что могло бы изменить его мнение, и потому что им было что сказать друг другу, а говорить перед Королём им было бы дискомфортно.
Когда огромные двери наконец закрылись за четырьмя мужчинами, при Дворе с Королём остался только колдун Ван Флит.
- Открой мне дверь, Колдун, - сказал Король. - Дверь, которая доставит меня прямо к Стоячему камню в моих декоративных садах.
- Сир, - осторожно сказал Ван Флит, - я потратил много часов, перебирая все имеющиеся у меня старые книги, свитки и манускрипты, пытаясь разгадать какое-нибудь заклинание или волшебство, которое позволило бы мне узнать, что именно находится в Камне, однако…
- Это не имеет значения, - сказал Король. - Я не могу больше ждать. Открой дверь.
Ван Флит коротко поклонился, что-то пробормотал про себя, и дверь появилась прямо перед Королём, сидящим на своём троне. Обычная, будничная дверь из старого, окрашенного дерева, стоящая сама по себе без опоры.
Король поднялся со своего трона, некоторое время разминал ноющую спину, затем спустился вниз и встал перед дверью. Он оглянулся на Ван Флита.
- Это всегда одна и та же дверь? Она всегда выглядит как одна и та же дверь…
- Это вовсе не дверь, Сир, - ответил Колдун. - Это выглядит как дверь, потому что если бы это было не так, никто в здравом уме не согласился бы войти в неё.
Король пожал плечами и шагнул вперёд. Дверь бесшумно открылась перед ним, и он прошёл внутрь. То, что выглядело как дверь, закрылось за ним и тихо, удовлетворённо заурчало.
Под полной луной обширные декоративные сады стояли безмолвные и пустынные; сине-белый лунный свет тяжеловесно падал на широкие лужайки. Король Уильям медленно огляделся вокруг.
Ночью сады казались ещё менее знакомыми и, конечно, гораздо менее дружелюбными. Он находился прямо перед Стоячим камнем - древним монолитом с почти человеческими очертаниями, который мог быть, а мог и не быть остатками скульптуры. Он был старше самого Полуночного Замка. Основные пропорции Камня наводили на мысль о человеческой форме, но не в том масштабе, который мог бы соответствовать живому человеку. В холодной тишине ночи он казался ещё более запретным. Некоторые крестьяне попрежнему называли Камень: “Бог Внутри”, и Король Уильям надеялся, что они правы. Ничто другое сейчас не могло ему помочь. Огромная каменная фигура определённо казалась чем-то большим, чем просто человеком. Более могущественным, чем любой Король. Уильям чуть улыбнулся. Он был не из тех, кто подвержен страху.
- Тот, кто внутри, кто ты? - спросил он, и его голос показался очень незначительным в пустом ночном саду. - Кто ты?
В ответ ему раздался голос. Только шёпот, как дуновение воздуха… - Кто я такой? Старше, чем твой Замок, Король Уильям. Старше, чем ваша страна. Старше, чем ваш человеческий вид. Я - рок, на котором зиждется Redhart. Я - сердце Редхарта. И я так долго ждал, когда ты придёшь ко мне.
- Некоторые говорят, что ты - древний языческий бог, - сказал Король.
- Они мне льстят, - ответил голос. Теперь он казался яснее, ближе. - Я - источник Нереального, которое когда-то питало весь Полуночный Замок, как могучий движитель. Нереальное спало много лет, но я могу пробудить его для тебя.
- И какова цена? - твёрдо спросил Король. - Что ты хочешь получить взамен? Я не дурак, я знаю, что за подобные сделки всегда приходится платить. Я не боюсь. Я сделаю всё, что должен, ради Редхарта и Королевского рода.
- Я дам тебе силу, - сказал голос. - И всё, что я попрошу взамен, это чтобы ты использовал её. Тебя это устраивает?
- Это необходимо, - сказал Король Вильгельм. - Я согласен.
- Тогда всё, что тебе нужно сделать, это вызвать меня из Камня, - сказал голос. - Меня нужно только попросить… Вы все - потомки, мои дети… Я в вашей крови. И я хочу, чтобы вы все снова обрели силу.
- Я знаю настоящую цену, - сказал Король Уильям. - И мне всё равно. Я плачу её с радостью, чтобы моё Королевство снова стало сильным и сохранило
