всё это снаружи через окно. Он заметил изменения в Боузе. Тот пришёл в нормальное состояние и простёрся перед Бхагаваном. Впервые он улыбнулся и произнёс: "Спасибо, Бхагаван." ТПР сказал: "Это сострадание Бхагавана. Мы не можем понять, что произошло между ним и Боузом. Боуз задал вопрос, 'Бог есть?', и Бхагаван ответил, 'Ваш вопрос сам содержит ответ'. Ответ был интеллектуальным, но сострадание было невероятно исцеляющим и абсолютно целостным." Боуз остался большим преданным Бхагавана. Он построил
Боуз Компаунд, где преданные могли жить в дюжине домиков. Даже ТПР жил там в старости, пока я не привёл его обратно в ашрам.
Бхагаван поднимался в полчетвёртого утра. В пять или полшестого он шёл на гору. Около шести он принимал ванну. В полседьмого завтракал. К восьми он был в холле. В одиннадцать шёл на обед. У него был распорядок дня, и я говорил ТПР: "Наш Бхагаван очень предсказуем, тогда как другие великие мастера, как Шешадри Свами или Рамакришна Парамахамса, не были такими." ТПР cказал: "Не говори так. Никогда нельзя предсказать джняни." Он добавил: "Я собираюсь рассказать тебе несколько случаев и хочу, чтобы ты проанализировал, понял ты их или нет. Был однажды один свами из северной Индии. Он был старым и прожил в ашраме несколько недель. Должно быть, он был очень зрелой душой, поскольку люди видели ауру вокруг него. В день своего отъезда он предстал перед Бхагаваном. Я тоже был там. Он сказал: 'Бхагаван, я очень рад, что получил всё, чего желал, придя сюда на Аруначалу и в ваш ашрам. Но я хочу, чтобы исполнились ещё две вещи, и это можете сделать только вы.'
Все мы в холле думали, что свами будет в шоке от ответа Бхагавана. Мы ждали, затаив дыхание. Бхагаван движением головы дал знак свами продолжать. Свами сказал со сложенными руками: 'Моя первая просьба это положить свою голову на ваши святые стопы и раствориться. Я хочу омыть ваши стопы своими слезами.' Бхагаван ждал, не произнося ни слова. 'Второе, Бхагаван,' продолжал свами, 'вы должны возложить свои святые руки на меня и провозгласить, что даруете мне атма сакшаткар — освобождение.' Мы все смеялись внутри над этими просьбами свами. Но произошло чудо. Бхагаван поднялся со своей кушетки и встал перед ним, указывая на свои стопы. Свами упал к его ногам. Мы видели, как слёзы орошают стопы Бхагавана. Спустя какое-то время Бхагаван поднял его, положил руки ему на плечи и объявил: 'Дарую тебе атма сакшаткар.' Хотя глаза его продолжали источать слёзы, лицо светилось исполненностью, когда он покидал Бхагавана!"
Шри Бхагаван идёт в коровник, ТПР справа от него
ТПР продолжал: "В ашрам приехал американец. Мы не знали его имени. Высокий, красивый американец вошёл в холл, не представившись. Как только он вошёл, взгляд Бхагавана был прикован к нему. Он сидел перед Бхагаваном три часа. В течении этого времени между ними происходило какое-то общение. Была такая глубокая тишина, ни слова не было произнесено. Потом американец встал и вышел. Он больше не вернулся. Я спросил Бхагавана: 'Как так, этот человек пробыл здесь только три часа?' Бхагаван ответил: 'Он получил то, за чем пришёл. Его миссия окончена. К чему оставаться дольше? Всё заканчивается в сейчас.'"
"Ещё была одна аристократка из Америки, которая прислала телеграмму, где заявляла, что приезжает в Индию только за тем, чтобы побыть с Бхагаваном. Она сообщила, что приплывёт в Бомбей на пароходе, а потом сядет на поезд до Мадраса. Она также писала, что специальным поездом прибудет в ашрам в определённый день. Она прислала телеграмму из Бомбея, подтверждая свою программу. Ещё одна телеграмма пришла из Мадраса. Приехав на станцию, она была обескуражена, что её никто не встречает. В Раманашраме её тоже никто не встретил. Она пришла в холл сама. Бхагаван держал перед собой газету и читал — она даже не видела его лица. Майора Чедвика и Мунгала Венкатарамию попросили позаботиться о ней, так как она приехала издалека и с определённой целью. Она кипела от злости из-за оказанной ей встречи. Она говорила: 'Я леди. Что я сделала не так? Я проделала все шаги верно и приехала сюда. Никто не выказывает мне здесь уважения, а этот Рамана Махарши даже не посмотрел на меня.' Она была ужасно рассержена. Она сказала Чедвику и Мунгала Венкатарамии: 'Приходите к моему вагону в четыре. Я хочу с вами поговорить.' И тотчас покинула ашрам. Когда они пришли к ней на встречу, она стала их пытать: 'Почему Рамана Махарши не оказал мне элементарной вежливости? Что я сделала не так? Я сделала всё отлично, но он не знает, как уважать или даже принимать женщину.' Они ответили: 'Не говорите плохо о нашем мастере. Мы пойдём и доложим ему обо всём.' Она сказала: 'Именно по этой причине я вам это говорю. Идите и расскажите ему. Пусть он научится чему-нибудь.' Эти двое в страхе доложили об инциденте Бхагавану. Бхагаван выслушал их с большим интересом и уговорил их дать более подробный отчёт. Наконец, он принял обычную позу и сказал: 'Она всё это сказала? Тогда всё сработает само.' В ту ночь женщине приснился сон. Во сне Бхагаван сказал: 'Возвращайся.' На следующий день она пришла в Раманашрам, но на этот раз, не объявляя себя. С восьми часов глаза Бхагавана уставились на вход в холл. Она пришла в десять, и Бхагаван окатил её своей улыбкой. Она стала преданной Бхагавана. Позже она говорила: 'Мы никогда не можем судить мастера или как он будет действовать. Из его действий нельзя делать никаких выводов.'"
ТПР рассказал мне не только об этих случаях, но и о своих прозрениях в учения Бхагавана. Однажды он сказал Бхагавану: "Бхагаван, я пришёл к вам не потому, что обожал вашу персональную форму. Ваше учение 'Кто я?' так логично, что оно привлекло меня к вам. Хотя я практикую его, я всё ещё ни к чему не пришёл. Я не способен испытать это." Бхагаван пристально посмотрел на него и сказал: "Человек, который хочет поймать рыбу, насаживает очень соблазнительного червя на крючок. Разве он хочет накормить рыбу? Он лишь хочет поймать её." Одиннадцатистраничная жемчужина из всех книг Кто я? имеет целью лишь поймать нас всех и отправить в пасть тигра раз и навсегда!
Я спросил ТПР: "Бхагаван когда-нибудь давал вам разъяснения своих текстов?" ТПР сказал, что однажды спросил Бхагавана о значении тамильского выражения ' аар оли'
