— Поздно, — усмехнулся Первый девяточник. — Теперь Надмирье недоступно.
— Испугал ежаку, — фыркнула я. — Планета Земля не так уж и велика, найти на ней девятерых поганцев нетрудно.
Предрешатели поверили: Тимуровы методы проникать в запретные зоны произвели на них впечатление глубокое и неизгладимое.
— Нина Витальевна, — проговорил Рид, — вы уникальны в своей глупости. Понятно, когда царица сражается за свой венец. Но ушастые-то вам зачем? За всевладык можете не бояться. Им ничего не грозит. В конечном итоге они согласятся исполнить волю своих Учителей.
— И Виальниен будет уничтожен, — сказал я. — Тысячи людей. Вы опоздали родиться, мистер Рид. Вам бы инквизитором быть. Это их специализация — видеть во всём исключительно скверну и выжигать её носителей.
— Да бросьте вы! — досадливо сказал Рид. — Дело не в скверне, а в неповиновении. Да и вообще хелефайи — одно сплошное разочарование. При сотворении их наделили множеством даров, на ушастых возлагалось столько надежд… Но универсалов не получилось. Пришлось делать узкоспециализированных помощников. Вот они затраты оправдали. А хелефайи… Смазливая безделка, и не более того. Развлекать толком и то не умеют, воображения не хватает. Одно достоинство было — послушание и верность. А теперь истощается даже это. Но Виальниен всё исправит.
— Послушание и верность — это уже два достоинства, — сказала я. — При условии, что люди соображают, кто заслуживает такие дары, а кто — нет. И если хелефайи столь никчёмны, то почему вы так за них цепляетесь?
— Ради их же блага, Нина Витальевна. Они совершенно не способны жить самостоятельно.
— Однако они прожили самостоятельно семьсот семьдесят пять лет, — напомнила я.
— И за такую бездну времени так и остались всё тем же никчёмным дивнючьём, которым были всю свою жизнь!
Вскрикнул Дуанейвинг, зажал уши руками. Альдевен теребила прядь волос, едва слышно шептала «Нет… Нет… Нет…». Уши у неё обвисли и дрожали.
Нередко истина бывает убийственной.
Рид понял, что нашу беседу слышали все обладатели астральных зеркал.
— Сучара, — процедил он.
— Это оскорбление, — спокойно ответила я. — Дуэль. Или слава вечного подонка и труса на весь волшебный мир. С такой репутацией вашей Тройственной Триаде власть не удержать, мистер Рид.
Это он понимал. Как и его соправители.
Младший девяточник сделал шаг вперёд.
— Дуэль, Хорса.
В победе он был уверен.
— Дуэль немедленно, — ответила я. — В нигдении. Любым угодным вам оружием. Секундант — изначалие. Да будет так.
Идзума оборвал связь и «троеклинкой» в мелкие дребезги разбил зеркало.
— Нина, зачем? — спросил Джакомо.
— А по-другому всю эту погань из новой норы не выколупать.
— Но они же чаротворцы-обратники! — простонал он. — Ты нулевичка.
— Ты забыл главное. Я не умею дуэлировать. Я могу только убивать.
— Где тебя ждать, командир? — спросил Ильдан.
— На астральной площадке всевладык Хелефайриана, — ответила я, прикоснулась пустой ладонью к пустоте и вошла в нигдению.
«0»
Ну вот и всё, воспоминания кончились, наступило настоящее. Пора начинать поединок с Первым девяточником. Это оборотень, а лет ему семьсот девяносто восемь.
Всесовершеннейший смерил меня ещё одним презрительным взглядом и процедил:
— Нулевичка.
— Вот именно, — любезно улыбнулась я и выдала экспромт:
— Начальная точка — ноль:
Рожденье и смерть,
Радость и боль.
Жизнь — от нуля путь
И до бесконечности.
Ноль — середина вечности.
Рифма получилось не ахти, но девяточника зацепило — дернулся так, будто крапивой по голому заду хлестнули.
— Ты всегда позволяла себе слишком много, — сказал он.
— Я всегда позволяла, позволяю и буду позволять себе ровно столько, сколько нужно.
— Нет, — ответил девяточник. — Твоё время прошло.
— В нигдении вообще нет времени, — напомнила я. — Ноль.
Предрешатель опять гневно сверкнул глазами, я уловила эмоциональное и ментальное эхо, считала информацию.
Они никогда не были единой командой. Даже внутри троек. Каждый только и мечтал избавиться от соперника и взобраться на ступень выше.
Их обязательно должно быть девять — иначе не составить восьмилучёвую магическую звезду со срединной опорой, основу большинства волшебств высшего уровня сложности. Не удержать власть.
Предрешатели терпели соправителей, но нисколько не дорожили друг другом. Да и взаимной симпатии у них никогда не было. Одна только опостылевшая необходимость держаться вместе.
На мгновение мне стало их жаль: столетиями изо дня в день работать бок о бок с теми, кого не хочешь ни видеть, ни слышать. Пытка, растянутая в бесконечность.
Жалость стегнула Предрешателя не слабее стихов. Он начал трансформацию.
Девяточника подвела привычка к театральности: выбрал слишком сложную по структуре и трудную в исполнении ипостась — дракона, и делал нарочито медленно, чтобы я успела осознать всю неотвратимость своей гибели и испугаться. Но я предпочла считать ещё немного информации.
Лайрос был младшим письмоводителем в секретариате одного из мелких координаторов Лиги. И бездарным волшебником, перекиднем всего лишь с одной ипостасью и рангом ведьмака.
Прежний Первый Всесовершеннейший Мироправитель затеял убрать Второго, очень захотелось занять его место. Для Девятки дело обычное. Второй узнал о затее Первого. Тоже нередко бывает. И решил защититься от опасности самым простым и надёжным способом — убить Первого. Но прямое уничтожение невозможно, тогда остальные члены Девятки прикончили бы его самого. Оставался либо несчастный случай, либо дуэль. Подстраивать несчастный случай дело ненадёжное, провал замыслов Первого тому доказательство. Оставалась дуэль. Внутри Девятки поединки запрещены, да и глупо было бы рисковать собственной шкурой, ведь соперник может и убить. Но древний обычай позволяет любому жителю волшебного мира вызвать на бой младшего из его наиверховнейших правителей. Повод для поединка не нужен — правитель обязан доказывать подданным своё недосягаемое превосходство. Ну а если не сумеет, то его место займёт победитель. Насколько честной будет эта победа, не волнует никого. Победитель всегда прав.
Второй через хранителей зеркала, официальных шпионов Предрешателей, выбрал в поединщики Лайроса, молоденького и снедаемого честолюбием мелкого чиновника без надежд на славу, деньги и карьеру. Снабдил оружием, подсказал несколько тактических приёмов. Лайрос победил, забрал себе всю силу и мастерство побеждённого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
