мной из столицы – тем более. Во всяком случае, никто не смог поведать мне больше, чем лейтенант Лауринь.
Порой меня так и подмывало пробраться под покровом ночи в ненавязчиво окруженный стальвийцами замок и пошарить в нем. Останавливало меня лишь одно – меня могут обнаружить, сунься я туда наобум, а этого мне вовсе не хотелось.
К счастью или к несчастью, но наш полковник счел необходимым разместить тарнайских солдат вблизи своей ставки. В замке остался лишь достаточный для его обороны минимум… впрочем, он был бы достаточен, не имейся в распоряжении стальвийцев Бораса. Словом, соваться, уповая на «авось», туда было бы верхом глупости, оставалось только выжидать.
Я искренне надеялась, что зачарованный мною чернохвост сумеет добраться до столицы, а также на то, что у деда найдется хоть какая-то информация о замке Такейн и любые предположения по поводу того, чтó может храниться в этой развалине. Определенно, упоминание о семье Такейн я встречала в связи с какой-то темной историей, беда только, что подробностей ее я вспомнить была не в состоянии. Очевидно, на тот момент эта история меня мало интересовала, поэтому информация скользнула по краю сознания, только и осталось, что смутное воспоминание. А жаль, очень жаль… Сумей я вспомнить хоть что-то, я, возможно, выиграла бы время…
Таким бесполезным мыслям я предавалась и этим вечером. Минуло уже трое суток из отпущенных нам Борасом шести. Разумеется, почтовые голуби до столицы еще не добрались, если вообще не стали объектом охоты стальвийцев, одна надежда была на моего крылатого посланника. Может быть, я сваляла дурака с этим чернохвостом? Могла бы выбрать птицу помельче, но побыстрее… Но времени не было, увы. К тому же на чернохвоста мало кто отважится напасть по пути, а мелкую птицу запросто сцапает тот же ястреб.
Сидя на подоконнике, я разглядывала нависшую над кромкой леса по-осеннему огромную, рыжую луну, когда в дверь осторожно постучали. Вернее даже, поскреблись едва слышно.
– Кто там? – лениво спросила я.
– Это я, – полушепотом откликнулись из-за двери. – Позвольте войти?
– Входите, – вздохнула я.
Дверь бесшумно отворилась, пропуская в комнату Лауриня, и так же тихо закрылась. Я в который раз подивилась про себя: ведь умеет же лейтенант, если захочет, ходить тихо, а не грохотать сапогами! Сейчас, к примеру, под его шагами не скрипнула ни одна половица, а они здесь певучие, я уже успела в этом убедиться. Правда, как выяснилось, лейтенант явился босиком, но даже и босиком по этому рассохшемуся полу не так-то просто пройти бесшумно.
– Что у вас стряслось? – спросила я, лениво покусывая мундштук трубки.
– Ничего… – дернул плечом Лауринь. – Я просто хотел узнать… ваша птица не вернулась еще?
– Она и не вернется, – вздохнула я. – Не успеет просто, Лауринь, вы же сами это прекрасно понимаете.
– Зачем же тогда вы вообще ее отправили? – нахмурился лейтенант.
– До столицы, я надеюсь, она доберется, – ответила я. – Это самое главное. Если все пойдет так, как я задумала, то у нас, возможно, появится шанс… Ну, во всяком случае, Его величество будет предупрежден, это точно.
– Много с того проку, – буркнул Лауринь. – Где он – и где мы…
– Что-то вы не горите желанием положить жизнь за короля, – изогнула я бровь. – Что за пораженческие настроения?
– Никакого пораженчества, Фло, исключительно здравый смысл, – так же угрюмо ответил Лауринь.
– Это у вас-то – здравый смысл? – приятно удивилась я. – Откуда бы ему взяться?
Лейтенант на мои слова никак не отреагировал.
– Что вас гложет, Лауринь, выкладывайте, – велела я. – И не стойте же вы надо мной, сколько раз вам нужно повторять? Садитесь.
Я подвинулась, освобождая Лауриню место на подоконнике, он с видимой неохотой сел, ссутулившись и зажав руки между колен.
– Выпрямитесь, – велела я, несильно хлопнув лейтенанта по спине. – Видеть не могу, как офицер королевской гвардии кукожится, будто старая бабка! Выкладывайте, что случилось?
– Да ничего, в общем, не случилось. – Спину Лауринь выпрямил, но взгляда от пола не поднимал. – Просто… все знают, что у нас три дня осталось, а потом снова… Многие уже видели, каков этот Борас в деле, ну и…
– Трусят? – вскинула я брови. – Впрочем, я их понимаю. Лично мне снова встречаться с Борасом не хочется категорически… Еще что?
– Еще… – Лауринь наконец-то одарил меня косым взглядом, весьма угрюмым, надо сказать. – Еще поговаривают, что нет никакого смысла идти на верную смерть из-за какой-то несчастной пустоши и старого замка. Тем более, это даже не Арастен!
– Лауринь… – Я взяла его за плечо и заставила повернуться ко мне. – Это вы мне в свободной форме закладываете своих боевых товарищей, правильно я понимаю?
– Вполне…
– И почему вы явились с этим ко мне, а не к полковнику? Это его первейшая забота – следить за поддержанием боевого духа в войсках, если я не ошибаюсь.
– У господина полковника на все один ответ: «Вы давали присягу, извольте ее соблюдать», – фыркнул Лауринь. – К тому же он и сам боится, видно же…
– От меня-то вы чего хотите? – поинтересовалась я. – Чтобы я произнесла перед солдатами прочувствованную речь и убедила их ровными рядами пойти на стальвийцев, с песнями и барабанным боем? Вы явились не по адресу, Лауринь, уверяю вас.
– Я понимаю, Фло… – Лауринь теперь созерцал луну за окном. – Просто… я предупредить хотел…
– Прекрасно обстоят дела в армии, – хмыкнула я. – Арнелий будет в восторге! Кстати, утром покажете мне, кто именно там воду мутит, не может же быть, чтобы все разом струсили. Я видела, тут есть старые служаки, которые огонь и воду прошли, их даже Борас с ходу не напугает… Я права, судя по выражению вашей физиономии? Кто-то распускает небылицы, пугая новобранцев?
– Как вы догадались? – спросил наконец Лауринь.
– Я не первый год на свете живу, – ответила я. – Все это мне более чем знакомо. Впрочем, хорошо, что вы обратили на это внимание. Только не поднимайте шума, очень вас прошу, этих шептунов нужно будет взять тихо и допросить… с пристрастием. Ставлю золотой против тухлого яйца – это они не сами придумали…
– Думаете, их стальвийцы подкупили? – удивился Лауринь. – Но зачем?
– А вы что, результата не видите? – хмыкнула я. – Затем и делается – для подрыва боевого духа… Я вам как-нибудь расскажу, Лауринь, какие байки я сочиняла, чтобы отговорить князя Миргана идти войной на князя Эрстана… Это на севере было, – пояснила я, видя заинтересованный взгляд Лауриня. – Довольно давно. Эрстан чем-то Миргана задел и думать об этом забыл, а Мирган копил обиду, копил и решил наконец, что надо бы Эрстану отплатить. Воевать с Эрстаном было для него
