меня подозрительный и заинтересованный взгляд.
— Мы знакомы?
— Глеб? — Я ткнул в его сторону указательным пальцем.
— Глеб Васильевич. — Поправил меня президент.
— А я Жорж, но вы меня, скорее всего, не помните. Меня вообще никто не помнит, с кем я общался в свой первый раз.
— Да, я вас не помню. Вы знаете, что здесь происходит?
Я огляделся по сторонам, всюду натыкаясь на взгляды требующие объяснить происходящую чертовщину.
— Нет, но собираюсь выяснить. Бармен из наших? — Спросил я у президента.
— Что? А, вы имеете ввиду… — Он очертил рукой окружность вокруг лица, намекая на схожесть собравшихся.
— Да.
— Нет. Он из других.
Я развернулся и направился в сторону барной стойки. Бармен натирал бокалы, стоя ко мне спиной. Даю голову на отсечение, но и эта спина была мне хорошо знакома. Я сел на свободный стул, игнорируя свои копии, не сводящие с меня глаз.
— Извиняюсь, вы не в курсе, что за шоу двойников здесь происходит?
Бокал выпал из рук бармена на пол и разлетелся на мелкие осколки. Работник общепита повернулся ко мне лицом. Это был Вольдемар, собственной персоной.
— Жора-обжора, ты?
— Вольдемарище?
— Жорж, скотина, неужели, ты?
Глаза старого знакомца увлажнились.
— Я, собственной персоной. А ты как, удалось отвертеться от той истории со сбитым сатиром?
— Да. — Вольдемар махнул рукой. — Та история ерунда, по сравнению с тем, что я пережил из-за тебя?
— В смысле?
— Выпьешь чего-нибудь? — Вольдемар достал новый бокал.
— Пожалуй. В последнее время одни стрессы.
Он ловко намешал мне коктейль из нескольких бутылок и протянул запотевший бокал.
— За счет заведения.
— Спасибо. Ты всех тут поишь за бесплатно?
— Разумеется.
— Извини, перебил. Что за история, которая случилась из-за меня и о которой я не знаю.
Вольдемар вздохнул.
— Не могу поверить, нашелся. — Он плеснул в свой стакан чистой водки и выпил ее всю одним залпом. — Сколько сил.
— Не томи, Вольдемар, зачем тебе было искать меня? Это твои проделки, что я оказался здесь.
— Слушай по порядку, не перебивай. Помнишь тот день, когда я привел тебя в Транзабар?
— Конечно. Этот момент у меня всегда стоит перед глазами. Ты бросил меня, чтобы я отправился в самостоятельное путешествие по мирам. Верно?
— Не совсем так. Короче, я, как человек легкомысленный и не склонный к рассуждениям, решил, что достаточно будет довести тебя в Транзабар, чтобы мне это засчиталось. Я использовал чит с тем кентавром, помнишь его?
— Да.
— А должен был долго и упорно тянуть тебя в город, чтобы по приходу в него ты был бы уже полноценным иномирцем первого уровня, кандидатом на ПМЖ в Транзабаре. Я поступил, как всегда, легкомысленно, считая, что никто не станет разбираться какого ты уровня. Мне было лень и неинтересно возиться с тобой, тратить свои силы и время на обучение, хотелось скорее отправиться на второй круг, на котором я стал бы прошаренным иномирцем, для которого какие-то сатиры были не более, чем помехой на пути к исполнению своих желаний.
— Бордель в аномалии?
— Что? А, так ты в курсе о них? — Глаза бармена засветились удивлением. — Хотя, о чем я, иначе тебя не выловили бы.
— То есть? — Какая-то часть произошедших событий со мной стала проясняться.
— По порядку, не торопи. После того, как тебя и таких же несчастных как ты отправили на самостоятельный круг обучения, меня взяло за жабры правосудие Транзабара. Выяснилось, к моему собственному удивлению, что я провалил испытание первого круга обучения, за которое следовало наказание в виде стирания памяти и возвращение меня в прежний мир полоумным беспамятным придурком, либо исправление ошибки.
— И что ты выбрал? — Спросил я и наткнулся на хмурый взгляд Вольдемара. — Ой, прости. Как же ты решил исправить ошибку?
— Понятно, как, я решил найти тебя. Я превратился в детектива, шел за вами по следу. Я был в каждом мире, в котором был ты и твои друзья. Только вы быстро учились и задерживались в каждом мире все меньше, а мне требовалось много времени, чтобы найти ваши следы. Когда я понял, что отстаю от вас все сильнее, то решил поступить другим образом. Я нашел человека из второго уровня, который умел контачить с существами находящихся выше нас по развитию, такими энергетическими формами жизни.
— Я в курсе о них. Мы называем их бесплотными сутями и знаем, что они используют нас в качестве домашнего скота.
— Серьезно, ты и это знаешь? — Вольдемар посмотрел на меня другими глазами. — Не хочешь ли ты сказать, что перешел на второй уровень?
— Прости, я не в курсе стадий развития иномирцев, но по аномалиям пошатался изрядно. Мы ведь сейчас тоже в одной из них?
— Жорж, я в шоке, я потрясен до глубины своей мелкой души.
— Что было дальше?
— А дальше, я продался в рабство к одной такой сущности в обмен на то, чтобы она встроила твой образ и твоих друзей падшим иномирцам, устраивающим ловушки между мирами. Шансов было немного на то, что вы попадетесь, а если и попадетесь, то шанс, что выживите был еще ниже, но других идей вернуть тебя у меня не было.
— Получается, что ты хотел предъявить правосудию мой труп?
— Только в крайнем случае.
— Да уж, а мы-то думали, что ловушки это испытание для нашего воображения, а тут вон как все просто. Сдается мне, Вольдемар, что ты и в этот раз отнесся к делу слишком халатно. Эти несчастные… — Я кивнул в сторону соседа, прислушивающегося к нашему разговору, — побочный эффект.
— В отчаянии, что ничего не выходит, я применил последнюю уловку и сгреб всех твоих двойников, в надежде, что среди них окажешься и ты.
— Они же не иномирцы?
— Нет, но во сне мы все немного иномирцы.
— Ну, ты Фреди Крюгер. А ты знаешь, как их вернуть назад?
— Надеюсь.
— Понятно, ты опять этим не интересовался.
— Слушай, Жорж, я и так глубоко увяз, обещай мне, что замолвишь перед правосудием словечко обо мне.
— Не знаю, что и сказать. С одной стороны, я рад, что оказался не на скотобойне, но с другой, ты как был оболтусом которого я знал, в чехле от автомобильного сиденья, так ты им и остался.
— Признаю и даже не обижаюсь на твои слова. Замолвишь?
— Только после того, как ты расскажешь мне, где теперь мои друзья и как ты собираешься возвращать домой участников этого увлекательного шоу.
— Я обещал ему… — Вольдемар понизил голос, — что мы устроим «большой взрыв».
— То есть?
— Прежде, чем отправить их домой, я покажу шоу, чтобы немного вытрясти их них эмоций. С них не убудет, а
