Цены, которые медленнее реагируют, не обязательно вырастают на меньшую величину, им просто требуется для этого больше времени. Но это все равно приведет к перераспределению доходов в течение переходного периода, так что некоторые люди понесут потери, даже "догнав" инфляцию. Перераспределительные эффекты инфляции сильно зависят от того, какими темпами она развивается, поскольку это оказывает непосредственное влияние на способность людей предвидеть изменения и приспосабливаться к ним. Например, с 1967 по 1973 г. индекс цен потребительских товаров вырос на 41%, в то время как средняя почасовая зарплата производственных рабочих в частном секторе промышленности - на 46%). Таким образом, рост заработной платы более чем компенсировал инфляцию. Но когда с января 1973 г. по июль 1974 г. уровень цен подскочил на 16%), средняя заработная плата увеличилась только на 12%, т. е. реальная почасовая зарплата понизилась.
Люди находят способы защиты от медленной, постоянной инфляции.
Враждебное отношение людей к инфляции вряд ли можно полностью объяснить происходящим перераспределением богатства. Силу общественного давления, заставляющего правительство контролировать инфляцию (или хотя бы делать вид, что оно ее контролирует), можно правильно оценить, только поняв, почему те, кто выигрывает от инфляции, так часто негодуют вместе с ее жертвами. Основная причина в том, что они ошибочно также считают себя жертвами.
Нет более удачного примера, чем ситуация с квартплатой. В начале периода быстрой инфляции квартплата будет сильно отставать от темпа увеличения других цен, включая и "цену" труда, выраженную в ставках средней почасовой заработной платы. В результате инфляция перераспределяет богатство домовладельцев в пользу квартиросъемщиков. Но квартиросъемщики не осознают этого. Они замечают только рост квартплаты. Но не замечают, что квартплата растет в процентном отношении медленнее, чем цены на все остальное, включая их собственные доходы. В итоге они приходят к выводу, что страдают от инфляции, тогда как в действительности они от нее выигрывают.
Многие из нас к тому же склонны несколько преувеличивать собственные достоинства и величину своего вклада в мировое благосостояние. Поэтому, когда мы оглядываемся назад и замечаем, что наш годовой доход за последние 10 лет вырос на 120%, то рассматриваем это как 120-процентное увеличение оценки обществом наших достоинств. Если выясняется, что официальный индекс потребительских цен за тот же период вырос на 100%, мы не корректируем соответствующим образом эту щедрую оценку наших достижений. Мы продолжаем считать, что заработали 120-процентное увеличение дохода, но возмущаемся необходимостью платить теперь в 2 раза больше за вещи, которые покупаем.
Издержки защиты
Иллюзии, таким образом, играют важную роль среди причин, делающих инфляцию непопулярной и заставляющих правительство предпринимать те или иные меры. Но издержки инфляции для общества в целом отнюдь не иллюзорны. Представьте себе ситуацию, в которой правительства различных штатов контролировали бы стандарты мер и весов. Предположим, что переходить на метрическую систему можно было бы только "крадучись", постепенно удлиняя дюйм до 1/36 метра. Итак, периодически, но в непредсказуемые моменты времени на протяжении последующих 10 лет должностные лица различных штатов официально объявляли бы своим подопечным об увеличении дюйма - "всегда достаточно незаметном", как им нравилось бы говорить, но вполне достаточном для перехода от прежней длины дюйма в 0,0254 метра к требуемой длине 0,027 7/9 метра.
В чем проявились бы издержки такой процедуры? Они выразились бы: в затратах на то, чтобы угадать момент и скорость изменений и обезопасить себя от последствий ошибок; в затратах на перевод одних единиц измерения в другие, если блага производятся и используются в разных штатах; в затратах на приспособление прежних орудий труда к производству продукции по новым техническим требованиям; в затратах на исправление ошибок, обусловленных возросшей неопределенностью и сложностью координации.
Реальные издержки инфляции для общества аналогичны вышеописанным. Несколькими страницами ранее мы сравнили инфляцию с изменением длины линейки. Но это не значит, что она не ведет к реальным издержкам. Эластичная линейка может породить серьезные проблемы, если принимаемые решения необходимо координировать во времени и пространстве. Существенными реальными издержками инфляции являются те усилия и ресурсы, которые люди затрачивают на "борьбу" с ней. Чтобы убедиться в этом, пролистайте хотя бы некоторые из многочисленных брошюр, выпущенных в последние годы, где рассказывается, как нужно действовать, чтобы преуспеть или, по крайней мере, не потерпеть убытков в периоды инфляции.
Инфляция и социальные конфликты
Однако наиболее серьезным последствием инфляции для такого общества, как наше, возможно, является тот ущерб, который она наносит нашему взаимному доверию и доброй воле. Несколько раз мы уже пытались привлечь ваше внимание к факту, который был хорошо известен Адаму Смиту, но которым часто пренебрегают его современные последователи в области экономической науки. Сотрудничество, являющееся основой общества и цивилизации, требует немалого самоограничения со стороны граждан или готовности учитывать интересы других при достижении своих собственных целей. Если люди придут к выводу, что их обманывают, они легко отбросят сдерживающие этические нормы и будут поступать по отношению к другим так же, как, по их мнению, поступают с ними. Когда к мнимым потерям от инфляции добавляется реальное перераспределение богатства, всеобщее ощущение несправедливости может возрасти до критического уровня.
Если затем люди объединяются в группы для возмещения своих потерь насильственным путем, они дают пищу гневу и негодованию других. Забастовки школьных учителей, недовольных тем, что рост их жалованья не поспевает за инфляцией, усиливают недовольство граждан школьной системой и налогами, необходимыми для ее поддержания. Инфляция, убеждающая квартиросъемщиков в том, что они жертвы эксплуатации со стороны домовладельцев - хотя в действительности инфляция уменьшает относительный размер квартплаты - снижает процент пустующих квартир. Создается впечатление, будто высокие цены вызывают уменьшение числа сдающихся внаем квартир. Тем временем чистый доход домовладельцев падает, оказывая вполне предсказуемое воздействие на состояние домов и характер взаимоотношений домовладельцев с квартиросъемщиками. Политические требования становятся более резкими, когда люди чувствуют себя жертвами. А общий объем притязаний, с которыми, как им кажется по праву, начинают выступать различные группы, может тогда значительно превысить все 100% материальных возможностей, которыми располагает общество. Эти требования предъявляются главным образом правительству, поскольку ширится убежденность, что правительство обязано и имеет власть поправить положение. Выборные должностные лица чувствуют себя обязанными что-то сделать, даже если это "что-то" дает только краткосрочные поверхностные улучшения, а в конечном счете лишь усугубляет проблему. Каждый шаг, предпринимаемый правительством в ответ на растущее недовольство граждан, подталкивает к последующим действиям, которые необходимы или для удовлетворения притязаний очередной социальной группы, или для устранения непредвиденных осложнений, возникших в результате предыдущих мероприятий. Когда сумма ожиданий значительно превысит сумму того, чем можно их удовлетворить - и люди начнут прибегать к насилию, отстаивая свои интересы - что-то обязательно должно пострадать. Этой жертвой очень легко может стать взаимное согласие, на котором основано все наше общество.
Что происходит во время спада?
Существительное "спад" (" recession") происходит от глагола "падать". Поэтому "спад" буквально означает падение прежних темпов роста совокупного объема производства. По общему согласию, достигнутому за многие годы, привилегией официально решать, когда замедление темпов роста превращается в спад, обладает Национальное бюро экономических исследований - частная исследовательская организация некоммерческого характера. Но обязательно ли каждое существенное замедление темпов роста становится спадом? Является ли постоянный рост единственно возможной нормой?
