Затруднение может быть разрешено, если мы уясним, что издержки спада - это главным образом издержки неоправдавшихся ожиданий. Это основополагающий момент. Если мы потеряем из вида связь между спадом и неоправдавшимися надеждами, мы не сможем отличить безработицу от досуга, а изменения, делающие людей беднее, от тех, которые приумножают их богатство. Мы также можем не заметить принципиальную роль, какую неопределенность играет в возникновении спада, и в результате примем за лекарство от спада как раз те средства, которые скорее усугубят болезнь.
Если бы спады представляли собой простое замедление темпов экономического роста, их приветствовали бы сторонники теории нулевого роста и все те, кто считает необходимым ослабить наш акцент на производстве товаров. Но спады не приветствуются ни этими, ни какими-либо другими группами, потому что они предполагают непреднамеренное, и потому разрушительное замедлениетемпов экономического роста. Сама по себе статистика совокупного объема производства, как, например, статистика валового национального продукта, которую мы будем рассматривать в следующей главе, мало что может сказать нам о несбывшихся ожиданиях. Пользуясь такой статистикой, мы можем предполагать широко распространенное разочарование, но агрегированные данные только в том случае могли бы быть адекватной оценкой спада, если бы они каким-то образом измеряли разрыв между тем объемом производства, на который люди первоначально рассчитывали, и тем, который они в конце концов произвели.
Разумеется, каждый день у какой-то части производителей ожидания не оправдываются. Но одновременно другие производители с радостью узнают, что дела пошли лучше, чем они ожидали. Спад происходит в том случае, когда по какой-либо причине количество и глубина испытанных разочарований не компенсируются количеством и размером приятных сюрпризов. Почему так происходит и что здесь нужно делать - это главная тема последующих глав.
Мы только что описали феномен спада, используя понятие "объем производства". Однако издержки и причины спадов, пожалуй, лучше описывать через понятие "дохода". В конечном счете именно потеря дохода больше всего разочаровывает производителя, и именно снижение дохода заставляет его сдерживать расширение производства. Владельцы или менеджеры коммерческих фирм рассчитывают на продажу определенного количества своей продукции по определенной цене. Но когда продажи не оправдывают ожиданий, запасы непроданных благ накапливаются, а издержки растут быстрее доходов, тогда производство снижается или даже приостанавливается. Прибыль является тем критерием, которым руководствуются при принятии всех этих решений.
Сокращение производства фирмами ниже того уровня, который первоначально планировался, нередко приводит к увольнению рабочих и безработице. Рост уровня безработицы - вот проблема, которая приходит на ум, как только мы начинаем размышлять о спадах. Но в чем именно она состоит? И вновь мы должны попросить читателя запастись терпением, если этот вопрос кажется ему глупым из-за своей очевидности. Ответ очевиден лишь до тех пор, пока мы всерьез над ним не задумаемся.
Когда безработица становится проблемой?
Спады действительно вызывают рост безработицы. Но она не начинает расти с нуля и не падает до нулевого уровня после окончания спада. Даже в 1944 г. безработные составляли 1,2% самодеятельного населения, и это в то время, когда шестая часть рабочей силы была занята в армии, подростки оставляли учебу в школе, пенсионеры вновь выходили на работу, и все трудились по 6 или 7 дней в неделю. Никто из переживших тот период острой нехватки рабочих рук не поверил бы, что в 1944 г. 1,2% самодеятельного населения не могло найти работу.
Наличие какого-то числа безработных ни у кого не вызывает беспокойства, поскольку не является проблемой. Но какое это число? Какой уровень безработицы является допустимым? Как узнать, когда безработица становится проблемой, а когда еще нет? Это отличие очень важно, поскольку, когда безработица достигает "проблемного уровня", начинают множиться требования к политикам предпринять какие-то меры. То, что сделает федеральное правительство в ответ на эти требования, без сомнения, будет связано с издержками, а возможно, и нежелательными последствиями, особенно если в действительности безработица не превышает "проблемного уровня". Но где же находится этот уровень, и как нам его распознать?
Кое-кто по-прежнему старается отделаться от этого вопроса, говоря, например, что безработица становится проблемой только тогда, когда она поднимается выше "фрикционного" уровня (т. е. временной незанятости, связанной с переходом с одной работы на другую. - Прим. перев.). А размеры "фрикционной" безработицы не могут представлять никакой серьезной проблемы, поскольку она отражает обычную текучесть рабочей силы. Такой ответ звучал бы убедительно, если бы у нас были основания считать "обычную текучесть рабочей силы" какой-то определенной и неизменной во времени величиной. Однако мы, напротив, имеем все основания предполагать, что "обычная текучесть рабочей силы" является скорее переменной, чем постоянной величиной и зависит от многих факторов, которые и сами существенно изменились за последние годы.
Было бы очень желательно найти какой-нибудь способ четко различать безработныхи просто незанятых. Крайние случаи различить нетрудно. Некоторые люди готовы почти на все, чтобы найти подходящую им работу, в то время как других почти ничем не заставишь взяться за дело. Но заметили ли вы неувязку в предыдущем предложении? Те люди, которые говорят, что "отчаянно" нуждаются в работе, тем не менее, отклоняют некоторыеиз имеющихся возможностей в надежде найти что-то лучшее. И очень немногие из тех, кто говорит, будто "абсолютно" не хочет работать, отклонит любое полученное предложение. Люди, говорящие, что "не могут найти работу", имеют в виду, что они не могут найти место, где хотели бы работать. Те же, кто говорит, что они "не хотят работать", имеют в виду, что не хотят работать ни на одном из тех мест, которые могут найти. В некоторых случаях разница между этими двумя ситуациями для стороннего наблюдателя становится практически неразличимой.
Занятые, незанятые и безработные
Сторонними наблюдателями, от которых мы зависим при разграничении этих категорий, являются высококвалифицированные сотрудники соответствующего правительственного учреждения. Официальные данные по безработице в США публикует Бюро статистики труда (БСТ) при Министерстве труда. Источником для этих данных служит текущее обследование населения- выборочное обследование семей, которое для БСТ проводит Бюро переписей. Выборка охватывает около 60 тыс. семей, опрашиваемых ежемесячно и подобранных таким образом, чтобы представлять все население страны. (Вопреки распространенному мнению, данные по безработице неформируются на основе обращений за пособиями по безработице.)
Чтобы попасть в выборку БСТ, человек, прежде всего, должен принадлежать к неинституциональному населению. Это все те, кто достиг возраста 16 лет и старше и не находится при этом в государственных институтах, таких, как тюрьма или больница.
Неинституциональное население разбивается затем по категориям: занятые, безработные и несамодеятельное население. Определить, кто принадлежит к категории занятых, несложно. Но как отличить безработногоот того, кто не входит в самодеятельное население и, следовательно, является просто незанятым? БСТ разработало четкие критерии разграничения этих двух групп и достаточно точно определяет численность каждой из них. Измерение не представляет здесь проблемы. Проблема заключается в самом смысле найденного разграничения, особенно если учесть, что для конкретных людей статус "не входящего в самодеятельное население" или официально безработного связан с весьма различными и непостоянными издержками.
