Другими словами, Парацельс пресытился жизнью и наукой магии. Достиг потолка, а двигаться дальше не мог, как ни пытался. Снисходительные улыбки, которыми он обычно награждал орущих на него Тёмных богов, демонов, ангелов и даже самых опасных и злобных существ – императорских придворных – стали какими‑то натянутыми. В нем зрела безграничная скука, которую он заливал алкоголем. Изобретение разнообразных веселящих напитков осталось единственным, что хоть как‑то грело его душу и сохраняло к себе интерес.
– Ты разочаровала меня... – сказал он принцессе Армки. – Я уж было подумал, что есть способ немного возвыситься над всей этой скукой. Но похоже я в очередной раз ошибся.
– Давай сдавайся! – воскликнула принцесса, уперев руки в бока. – Если встанешь на колени и признаешь меня своей королевой, я так и быть, сохраню тебе жизнь.
– Скажи ка мне, дорогая принцесса, – сказал волшебник. – Если вдруг встретятся два человека... Один будет обычным человеком, но с мечом, другой будет мастером меча, но безоружным. Кто из них победит?
– Что ты вообще несёшь! – воскликнула Армки. – К чему это всё? Что ты пытаешься мне доказать? Я совершенное существо, я идеальна! Я Мери Сью! Я достойна править этой вселенной! Встань на колени, поклянись мне в верности! Немедленно!
– Обычный человек, разумеется скорей всего победит. А если мастер меча тоже возьмёт в руки меч? – прищурился волшебник. – Будут ли хоть какие‑то шансы на победу у его оппонента?
Волшебник прочитал заклинание, и в его руке возник полупрозрачный сосуд со странной жидкостью. Она растеклась по стенкам, оставив в центе пустое пространство. Словно на неё не действовала сила тяжести... Визайя, увидев сосуд, выпучил глаза так, что обычный глаз почти сравнялся по размерам с вращающимся.
– Это же второй резервный сосуд! – гомункул схватился за голову. – Как он у него оказался?
– Па‑а‑а‑а‑арц, не‑е‑е‑е‑ет... – прохрипел Геренд из‑под рояля. Он решил наплевать на маскировку, лишь бы пребупредить товарища об опасности. Не дать ему сделать роковой шаг. – Не надо... не пей это!
Вампир, раскрыв маскировку встал во весь рост. Визайя и Шаррум‑итер озадаченно уставились на него, словно пытались понять, как это их высокотехнологичные сканеры проморгали эту форму жизни. Парацельс же выглядел полным решимости. Он лишь бросил на Геренда слегка удивлённый взгляд, словно никак не ожидал его здесь увидеть.
– Уверен, я бы всё равно одолел тебя, если бы бой затянулся... – произнес архимаг. – Но по времени я ограничен... Надо спешить... Беатрису я опасаюсь больше, чем даже десяток Мери Сью... а значит у меня не остаётся выбора...
Он шагнул к Армки, демонстративно показывая ей сосуд с жидкостью.
– Я выпью это! И сам стану Мери Сью! – произнёс он и выдернул пробку.
– Парц, не делай этого! – в ужасе произнёс Геренд. Он вспомнил слова Визайи, что куча испытуемых погибла из‑за несовместимости с данным веществом. – Ты можешь погибнуть!Это же чистое зло! Дороги назад не будет!
– Знаю, Геренд... но не могу иначе! Я пожертвую собой... ради нашего плана!
Парацельс залпом влил в себя содержимое сосуда и, словно ставил точку в этом деле, занюхал рукавом.
– Как? Не может такого быть! – гомункул в ужасе глядел на экран, выдвинувшийся из его высокотехнологичного протеза. – Что происходит? Почему архимаг не умер? Он что, тоже идеально подходит для усвоение мем‑энергии?
– Я, кажется, понял, что такое этот ваш "Мери Сью", – сказал Парацельс. Лицо его передёрнулось, словно "коктейль" усваивался с трудом. – Я по молодости много художественной литературы читал и знаю, о чём речь. Так вот... Персонажей такого типа очень много в литературе. Но среди них есть как хорошие версии, так и плохие, – он внимательно посмотрел на Армки.
– О чём ты говоришь!!! – взвизгнула принцесса. – Сложно! Непонятно! Ничего не понимаю...
–За плохим Мери Сью не интересно наблюдать, он лишь всех раздражает своей идеальностью и той лёгкостью, с которой достигает цели, – сказал Парацельс. – "Хорошему" Мери Сью тоже частенько сильно везёт, но у него есть важное отличие. За ним интересно наблюдать, следить за его приключениями. Читатель понимает, что герой обязательно победит, но хочет знать, КАК ИМЕННО тот добьётся своего! Теперь понимаешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Нет!
– Ну и ну...
Волшебник снова вздохнул.
Армки снова взмахнула своей палкой, готовая призвать все самые страшные беды на голову оппонента. Однако в этот раз ничего не произошло. Магическая мощь Армки себя никак не проявила.
– Что? Что произошло? – воскликнула Армки, с недоумением глядя на свою палку. – Почему не работает? Всегда же работало... Визайя, твоя палка сломалась!
Гомункул лихорадочно тыкал пальцами в свой дисплей. Его лицо выглядело растерянным. Кажется, что‑то пошло не по плану.
Электронное устройство издало протяжный писк и заговорило человеческим голосом, слегка искажённым помехами:
"Ошибка! Ошибка! В непосредственной близости обнаружены два объекта "Мери Сью"! Это взаимоисключающее событие – одновременно в ограниченном пространстве может существовать лишь один подобный объект".
– Нет, не совсем так, – сказал Парацельс, внимательно выслушав диагноз. – Просто сила Мери Сью нестабильна. Она иногда работает, а иногда чудесным образом в угоду сюжету действовать прекращает... Даже если вначале повествования Мари Сью показывает невероятные возможности, к середине сюжета она может про них просто... забыть.
– Не‑е‑е‑е‑е‑ет... – Армки рухнула на колени, разрыдалась, размазывая тушь по лицу. Она, кажется, так ничего не поняла из объяснений архимага и гомункула, но неким внутренним чутьём ощутила, что праздник подошёл к концу. – Я только‑только вошла во вкус...
– Ты достойна самого сурового наказания, девочка, – строго произнёс Парацельс.
– Какого... – Армки шмыгнула носом. Палка упала рядом с ней и сама обратно сложилась в небольшой штырь.
– Непрерывной учёбы, – сказал волшебник. – Математика, физика, химия, история, литература... ну, у вас на луне, я думаю, список предметов для юных дарований такой же как у нас на земле...
– Не‑е‑е‑ет... – отчаяние в голосе принцессы стало запредельным.
Шаррум‑итер сорвался с места, попытавшись напасть на Парацельса. Атака являлась безнадёжной по сути, но натура ваниар требовала идти до конца в любом случае. Архимаг без проблем уклонился от выпада и щелбаном послал Тёмного ваниар в нокаут. Тот с лязгом рухнул на землю, по его доспехам пробежали электрические разряды. Он несколько раз конвульсивно дёрнулся и затих.
Тёмные ваниар, присутствовавшие при сражении, с криками разбежались в стороны. Их мораль после битвы с Парацельсом и без того находилась на низком уровне. А сейчас она и вовсе рухнула ниже некуда.
Визайя развернулся в сторону здания лаборатории. Он явно хотел было скрыться в запутанном лабиринте ходов и переходов, но Геренд был начеку. Вампир, окончательно оставив свою боевую позицию под роялем, метнулся следом за гомункулом и вырубил его мощным ударом в область шеи. Глаза Визайи закатились, и он плавно, с лёгким шуршанием чешуи сложился около ног Геренда.
– В этот раз мне повезло, истинный облик продержался довольно долго, – сказал тот, глядя на поверженного противника с явным удовлетворением.
– Как жаль, что я так и не нашёл этого Шаума‑твиттера, – печально сказал Парацельс. – Интересной битвы не получилось.
– Это кто такой будет, Парц? – вампир покосился на волшебника. – Ещё один маньяк вроде этих двоих?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Наверное, – волшебник пожал плечами. – Говорят, он самый сильный тут.
– Если бы он находился на луне, – резонно заметил вампир. – Уже бы показался. А так никого, ни слуху, ни духу.
Шаррум‑итер, неподвижно лежавший на земле, молча выдвинул небольшой пульт управления из доспехов предплечья, и быстро набрал некую комбинацию. Парацельс тут же выстрелил в него молнией, расплавив доспехи до состояния лужи.
