– Как вам план? – спросила его Фанни.
Мерфи просто улыбнулся и, останавливаясь у питьевого фонтанчика, язвительно бросил: «Ему конец».
Мартин Дэвин, находившийся на некотором расстоянии позади них, услышал слова Мерфи, но постарался не брать их в голову. Он не хотел слышать подобные разговоры или предаваться подобным мыслям в такое время. Победители видят перед собой только финишную черту, а не препятствия на пути. И он будет смотреть только вперед.
Конечно, сейчас было бы очень кстати получить отчет Вилли о ходе работы по делу Шэннон Дюплиес. Но все-таки он будет смотреть только вперед. Дэвин вошел в свой кабинет, довольный результатами совещания.
Там в ожидании Дэвина сидел какой-то мужчина.
– Э-э-э... да, чем я могу быть полезен? Мужчина поднялся на ноги, приятно улыбаясь.
– Приветствую вас. Меня впустила секретарша – сказала, что вы с минуты на минуту вернетесь с совещания. – Он сунул руку в карман пиджака и достал оттуда значок. – Детектив Боб Хендерсон, отдел убийств.
28
Конечно, ни в какой другой ситуации Дэвин не мог ощутить более остро опасность и ненадежность своего положения, чем сейчас, когда он старался сохранить невинный вид перед полицейским – особенно перед полицейским из отдела убийств. Он почувствовал мгновенную и сильную реакцию всего своего существа: болезненный спазм желудка, резко участившийся пульс, дрожь в конечностях. Он попытался взять себя в руки, призвав на помощь все свое актерское дарование.
«Следи за голосом, Мартин. Сохраняй ровный, спокойный тон».
– Да, детектив, чем могу быть полезен вам? Хендерсон несколько мгновений стоял, внимательно наблюдая за Дэвином, Казалось, он видел его насквозь.
– Вы себя нормально чувствуете?
Дэвин сел за стол. Лучше сесть, чтобы спрятать от взгляда полицейского свое тело, насколько возможно, и взять контроль над ситуацией.
– Честно говоря, нет. Похоже, я слегка приболел гриппом, так что...
– О, я не займу у вас много времени. Я просто собираю информацию по одному, делу и решил, что вы сможете мне помочь.
– Постараюсь.
Хенденсон достал блокнот и перелистал страницы в поисках нужной.
– Конечно же, вы знакомы с Шеннон Дюплиес, молодой девушкой, первой стипендиаткой фонда Хиллари Слэйтер? «Спокойнее, Мартин, спокойнее!»
– Да, конечно. Сейчас она учится в университете Мидуэстерн, и, насколько мне известно, вполне успешно.
– Вы общались с ней в последнее время?
– Нет, в последнее время нет. – Затем Дэвину удалось даже изобразить некоторое беспокойство. – М-м-м... С ней все в порядке?
Хендерсон улыбнулся.
– О, конечно. Она немного испугана, но в целом все в порядке. – Хендерсон выждал буквально мгновение, а потом оглушил Дэвина новостью: – В прошлую субботу на нее напал один бандит, и мы расследуем это дело. Это была ужасная новость. Дэвину не пришлось изображать потрясение, но он постарался показаться потрясенным по правильной причине.
– Я... я потрясен.
Хендерсон просто стоял, внимательно за ним наблюдая.
– Что ж, я вас понимаю. По всей видимости, вы довольно тесно общались с Шэннон, когда организовывали презентацию стипендиального фонда, помогали ей поступать в университет, улаживали все формальности.
Этот парень хорошо подготовился к разговору.
– Ну... да... Мы... Я... Мне было очень приятно, очень радостно принимать участие в таком деле. И губернатору тоже было приятно, что такая способная девушка, как Шэннон Дюплиес, получает возможность преуспеть в жизни вместо дочери, которую он потерял. Все это очень помогло нам.
Хендерсон заглянул в свои записи.
– Вы звонили Шэннон во вторник вечером первого октября?
Мысли запрыгали в уме Дэвина. «Что это было? Когда это было? Почему? Я звонил? Или не звонил? Имеет ли смысл отрицать это – или мне следует это признать? Выгодно или не выгодно?»
– М-м-м... не помню точного числа, но я действительно звонил ей на прошлой неделе, и звонил поздно вечером, да. Хендерсон кивнул и проверил что-то в своих записях.
– Вы можете сказать, о чем у вас шел разговор? Дэвин нашел спасительное прикрытие.
– Нет, не вполне, не могу рассказать без разрешения Шэннон. Мы обсуждали финансовые вопросы, учебные дела и тому подобное. Согласно существующей между нами договоренности, разговоры на подобные темы сохраняются в тайне.
– Конечно. Это замечательно. Но скажите, вы угрожали ей?
Дэвин неподдельно возмутился.
– Простите?
– Вы оказывали на Шэннон давление или угрожали ей в связи с какими-нибудь обстоятельствами?
– С какими такими обстоятельствами, позвольте поинтересоваться? И что вы имеете в виду под словом «угрожал»? Хендерсон улыбнулся.
– Послушайте, не горячитесь. Это рутинные вопросы. Никто ни в чем вас не обвиняет.
– Смею надеяться! У нас с Шэннон сложились хорошие отношения. Семьи губернатора и Шэннон дружат много лет. Я...я действительно нахожу подобные вопросы оскорбительными.
– Безусловно. Мне просто надо установить исходные факты, вот и все. Хендерсон нацарапал что-то в блокноте. – Позвольте, я введу вас в курс дела возможно, это поможет. Видите ли, в субботу вечером полиция в Мидуэстерне схватила одного головореза по имени Тэд Кенан; судя по тому, что удалось узнать к настоящему времени, он несколько дней следил за Шэннон, выжидая удобного случая напасть на нее. К счастью, полицейские первыми схватили его. Но тут встает один вопрос: Тэд Кенан – местный хулиган, житель нашего города, и Шэннон Дюплиес тоже родом из нашего города. И мы не можем придумать ни одной причины, почему Тэду Кенану понадобилось тащиться через полстраны, чтобы выбрать в качестве жертвы девушку, которая жила в одном городе с ним, девушку, с которой, уверен, он никогда раньше не встречался. Вы понимаете проблему?
В уме Дэвина всплыл вопрос: «Что там сказал Мерфи Болен в холле? Ему конец? Кого он имел в виду?»
Хендерсон ждал ответа, поэтому Дэвин, не найдя ничего лучшего, ответил следующим образом:
– Да... э-э-э... думаю, понимаю. Все это так неожиданно, так странно.
– Вот именно. А потому позвольте спросить вас – знаете, просто для протокола, чтобы я мог сказать, что задал вам этот вопрос: у вас есть какие-нибудь предположения относительно того, зачем кому-то преследовать Шэннон?
– Ну, я не... нет, я просто не знаю, зачем кому-то убивать Шэннон. – Тут его осенила новая мысль. – Разве что... возможно, в действительности он преследовал иную цель. Возможно, он хотел... э-э-э... получить моральное превосходство над Шэннон. Возможно, он видел ее здесь... видел по телевизору, когда ей вручали стипендию, и решил последовать за ней. Может, парню просто приятно унижать известных людей – людей, получивших признание за свои успехи... вроде Шэннон...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
