выглядел совершенно несчастным. Сказал, что представить себе не мог… что не хотел…
– Разумеется, – усмехнулся Вадим. – Он не хотел, вы не хотели… Зато теперь были с ним повязаны. Ваша история вызывает сочувствие. Вы пытались спасти сына, сын пытался спасти вас. Благородно, слов нет, но на вашей совести два трупа и одно покушение на убийство. Это я еще до грехов Ивлева не дошел. Я малость подустал от всего этого, поэтому буду краток. Либо вы сами отправляетесь в полицию, либо сделать это придется мне. В последнем случае велика вероятность, что вы и ваш сын лишитесь головы. Ивлеву на фиг не нужны свидетели, а времени у него будет достаточно, учитывая некоторую неповоротливость нашего правосудия. Мне, в общем-то, все равно. Как погиб Зиновьев, мы знаем, а значит, свои денежки я получу. У вас ровно десять минут на раздумья.
Ей потребовалось немного больше времени. И все же Софья решительно поднялась и сказала:
– Поехали.
– Мама! – Венька вскочил и бросился к ней.
– Ничего, сынок, – обнимая его, прошептала она. – Все будет хорошо.
Мы направлялись к машине, когда я сказала:
– Я с вами не поеду.
– Почему? – удивился Вадим.
– Не вижу смысла. Лучше пока займусь отчетом.
– Заняться им ты можешь и дома, – проворчал Вадим. – Поезжай с Димкой, а я останусь. Присмотрю за Ивлевым.
– Он уехал, – услышав его слова, сказала Софья. – Еще вчера. Сказал, у него какие-то дела…
– И все-таки лучше, если у Софьи будет надежная охрана, – заметила я. – Подготовлю отчет и позвоню Вике. Она наверняка захочет приехать.
Вадим кивнул. Они сели в машину, я подождала, когда джип отъедет, и отправилась в дом Зиновьева. Шла по залитым солнцем улицам и удивлялась тишине в поселке. Казалось, его сонного оцепенения ничто не нарушает. Просто люди еще не знают о том, что здесь произошло. Несчастный случай с Пырьевым, возможно, насторожил, но вряд ли напугал. Им еще предстоит открыть для себя правду… Правда, которую теперь знала я, оставляла тяжелый осадок.
Мне было жаль Софью и жаль ее сына. Собственно, это и явилось причиной, по которой я осталась здесь. Я боялась, что по дороге передумаю и скажу им: уезжайте. Наплевав на закон, справедливость и все прочее. Им придется жить в страхе всю свою жизнь, но они будут вместе. Однако без показаний Вениамина к Ивлеву не подобраться. Ему и сейчас мало что можно предъявить. А такого, как он, оставлять на свободе нельзя. Нелегкий выбор, который иногда приходится делать.
Войдя в дом, я отправилась в кухню. Приготовила кофе, успела сделать пару глотков, когда почувствовала в доме присутствие постороннего. Он двигался очень тихо, но я знала: он совсем рядом.
Я открыла ящик стола, достала нож и положила под полотенце. Ничего другого я все равно не успею. Мобильный в сумке, ее я оставила в холле. Домашний телефон в гостиной. Я сделала еще глоток и повернулась. Ивлев как раз входил в кухню.
– Добрый день, – сказал улыбаясь. – Входная дверь была открыта.
– Вообще-то я заперла ее.
– Серьезно? У такой молодой девушки и такая плохая память.
– Девичья, – усмехнулась я, продолжая стоять на месте. Страха, как ни странно, не было. Но я отлично понимала, чем рискую.
– Хотел узнать, куда это Софья отправилась с вашими друзьями?
– К следователю.
– А-а… – протянул Ивлев. – Хочет в грехах покаяться? Неужто совесть замучила?
– Вам бы тоже не мешало. Покаяться, я имею в виду.
– Мне? – вроде бы удивился он. – В чем? Она сказала вам, что я помог ей инсценировать отъезд Пырьева? Да, я ей помог. Чего не сделает влюбленный мужчина для своей женщины? Но это еще надо доказать. Пырьева едва не убил этот паршивец. Венька. Впрочем, чего ждать от этой семейки? Слышали пословицу: от осинки не родятся апельсинки? Софья убила своего мужа, а Пырьев это подозревал. Точнее, был в этом уверен. Ее разоблачение стало вопросом времени.
– А Зиновьева вы зачем убили? – спросила я.
– Убили? Насколько я помню, он мирно скончался в своем доме. Ни о каком убийстве я не слышал.
– Почему он начал вас подозревать?
– В чем? – притворно удивился Ивлев.
– В исчезновении своей дочери. Ее вы тоже в яме держали?
– Ах во-от как?… – протянул Ивлев. – Интересная фантазия. Любитель ям у нас Вениамин. Это он Пырьева туда определил.
– Вы не ответили на вопрос. Почему Зиновьев вас заподозрил? Через столько лет?
– Досадное стечение обстоятельств, – помолчав немного, насмешливо сказал он.
– Он видел машину, которую вы использовали для похищения девушек? Сколько их было? Девушек, я имею в виду?
– Сколько бы ни было, – вздохнул он, – а сегодня к ним прибавится еще одна. – Он сделал едва заметный шаг, глядя мне в глаза и продолжая говорить: – Насчет машины вы правы. Он ее видел. А потом увидел меня. Это явилось неожиданностью, и, наверное, я вел себя неправильно.
– Чем и возбудили его подозрения? Он вспомнил, что похожая машина была здесь в ночь, когда исчезла Нина? Странно, что вы не избавились от машины.
– Не так-то просто заполучить новую, с которой тебя ничего не связывает.
Он приготовился, я это чувствовала, и приготовилась сама. Рука моя лежала на столешнице, совсем рядом с полотенцем.
– Что это у вас там? – спросил Ивлев, кивнув на полотенце. – Надеетесь со мной справиться?
«Вот сейчас», – подумала я и тут вдруг услышала:
– Кажется, я опять помешал?
Ивлев вздрогнул и повернулся. Он не мог взять в толк, откуда здесь Бергман и кто он такой.
– Ты как раз вовремя, – сказала я, шагнула к Ивлеву и ударила его коленом в пах. Этого он точно не ожидал, а я ударила его второй раз, теперь в голову. Он повалился на пол, пробормотав сквозь зубы:
– Сука.
– Точно, – кивнула я. – Знаешь, я этим горжусь. – И ударила его в третий раз.
– Он того не стоит, – сказал Бергман, подходя ближе. Достал из кармана джинсов наручники и защелкнул их на руках Ивлева. – В полицию я уже позвонил.
Из здания полиции мы выходили вместе с Максимильяном. В тот момент Ивлев еще хранил молчание, но для меня белых пятен в этой истории почти не осталось. Была ли дочь Зиновьева его первой жертвой или нет, предстояло выяснить следствию. Но встреча с бывшим пожарным в тот вечер стала для нее роковой, как написали бы в романах. Он вышел на охоту, и женщина на пустынной дороге оказалась легкой добычей.
Пленниц Ивлев время от времени навещал, наблюдая за тем, как их медленно покидает жизнь. В одно из таких «посещений» Венька его и застукал. Представляю себе ужас Ивлева,
