— Не мой случай. Мне кроме Северуса никто не нужен, а в таком союзе никто в подоле не принесет.
Сириус явно сомневался насчет долговечности подобных отношений, но предпочел промолчать.
— К тому же, насколько я помню магические законы относительно главы рода, то он может просто забрать ребенка в род, если он зачат от «недостойной» матери, и та теряет кровную связь с ним.
— Люциус рассказал?
— Скорее, он подтвердил.
— Понятно. Но, такого не случалось уже несколько десятилетий. А для тебя это было бы выходом. Ты ведь последний из рода Поттеров.
— Знаю. Только пока это не самая насущная проблема. И еще лет десять таковой не будет, а может и больше. Кстати, ты вообще-то тоже последний из рода.
— Я... работаю над этим, — пробормотал Блэк, и почему-то покраснел.
— О, ты нашел себе кого-то?
— Хм... — крестный еще больше смутился.
— Расскажи кто. Неужели Тесса?
— Нет! — фыркнул Сириус. — Она мне мать напоминает!
— Кого тогда? Из стаи?
— Да, любопытное ты создание!
— Это случайно не Элла Хансон?
— Так Грейбек тебе все рассказал? — едва не взрычал крестный.
— Он тонко намекнул, что в последнее время ты поразительно часто ходишь в деревню, и я уж сделал выводы. На самом деле может получиться хороший союз.
— С чего такое решение?
— Насколько я помню историю, в твой род давно не вливалась кровь магических существ, а Элла оборотень. Так что есть все шансы, что у вас будет здоровое потомство, а также снимутся все проклятья, которые есть. Только ты должен ввести ее в род по всем правилам.
— Так далеко я и не заглядывал! Иногда мне кажется, что ты даже слишком предусмотрительный.
— Как же иначе? Это ведь благополучие семьи.
— Но, насколько я понял, Элла магглорожденная.
— Неважно. Главное — она вервольф, что уравнивает ваше положение. Но учти, тебе придется спрашивать разрешения у вожака стаи на ваш союз.
— Все так серьезно? — нахмурился Сириус.
— Конечно. Элла, конечно, не новичок, но определенные меры для безопасного сосуществования вам принять придется. Да и вообще-то все самки в стае принадлежат вожаку.
— В каком смысле?
— Могут во всех, но зависит от вожака. На самом деле отец просто отвечает за них, следит, чтобы не создавалось пар не по согласию и все такое. Элла ведь не альфа. Но это наши внутренние дела. Тебе достаточно просто попросить разрешения у Грейбека.
— Учту. Спасибо за предупреждение.
— Всегда пожалуйста. Ты же мой крестный!
— Вот именно. Предполагается, что это я буду тебе помогать.
— Так лучше же, когда взаимообразно.
— Ты слишком быстро взрослеешь! — рассмеялся Сириус, взъерошив волосы крестнику. Тот лишь расхохотался в ответ.
Остаток прогулки они просто дурачились. Все-таки Гарри больше воспринимал Блэка как друга, а не как взрослого. К счастью, даже Азкабан не вытравил этой бесшабашной юности из его души. Конечно, потребовалось время, чтобы Сириус воспрянул духом, но теперь Поттер надеялся, что с крестным все хорошо.
К вечеру нетерпение волка усилилось. Очень уж ему хотелось выбраться, отдаться на волю луны. Но пока родные стены и близость вожака помогали сдерживаться. Видя состояние сына, Грейбек, как раз зашедший к нему перед сном, посоветовал:
— Если тяга перекинуться будет нестерпимой — не сопротивляйся. Побудешь волком чуть дольше — не страшно.
— Но как же сам... хм... процесс?
— Дойдет до этого — и ты, скорее всего, трансформируешься обратно. Или полностью, или в облик человека-волка. Все равно в эту ночь партнера выбирать будет зверь. Прошу, доверься его выбору.
— Я постараюсь.
Сегоня Гарри все-таки удалось уснуть, хоть сны были... специфическими. Потом был завтрак, и парень понял, что дома остались только оборотни. На всякий случай. Что ж, понятная предосторожность. Волк уже скребся изнутри, прося его выпустить. Но с ним еще можно было договориться.
И все-таки после полудня Поттер сдался, и вот по дому уже разгуливал черный волк, следуя за Грейбеком, словно хвостик. Тот лишь понимающе поглаживал его то и дело, иногда говоря:
— Подожди немного. Скоро пойдем.
К месту сбора стаи направились с первыми сумерками. Коул рысил вперед, прислушиваясь и принюхиваясь одновременно. Никогда еще ночь не казалась ему такой яркой и богатой на волнующие запахи. Причем волнующей весьма определенным образом. Он даже сейчас слышал место сбора стаи. Оно гудело для Гарри, словно гигантский колокол, завлекало древней силой. Юный оборотень даже остановился и спросил у отца:
— В стае что-то изменилось?
— Нет, это ты попал под влияние брачного периода, — улыбнулся Грейбек. — К тому же, раньше в это время ты полнолуние проводил вне стаи.
— А ты испытываешь такое же влияние?
— Гораздо слабее. Кровь, конечно, волнуется, но и только. Я ведь давно уже не мальчик. Опять же, я вожак стаи. Изначально мой контроль выше, так как связи метафизического характера дают защиту от подобных влияний. И не стоит забывать, что у тебя просто первый раз, еще и поэтому все так ярко.
За разговором они как-то незаметно дошли до места сбора стаи. В центре большой поляны, где рос огромный вяз, уже собралась большая часть вервольфов. Многие, как и Гарри, приняли звериную форму.
Появление Поттера и Фенрира восприняли с воодушевлением. Все подошли к ним, чтобы поприветствовать вожака, а те, кто не состоял в паре, здоровались еще и с Коулом. Начались эдакие смотрины. Волчицы буквально из шкуры вылезали, пытаясь обратить на себя его внимание, но парня совсем не привлекал этот вариант. Даже на уровне запаха зверь давал понять, что нет, это не его. Вот волки — другое дело.
Даже смотрины проходили исключительно по иерархии. Добровольно или нет, но омеги к Гарри даже не подходили. Только альфы обоих полов. Никто ни на чем не настаивал, скорее, демонстрировали себя, завлекали. И волк Поттера подошел к рассмотрению возможных кандидатур очень ответственно.
Сначала внимание зверя привлек Гидеон, но только до тех пор, пока Коул не увидел Брайана. Раньше парень как-то особо не обращал внимания на этого оборотня, но теперь он как-то враз стал особенным. Все еще в человеческой форме, высокий, поджарый брюнет с теплыми ореховыми глазами. Лицо не сказать, что красивое, но черты четко вылеплены, словно вырублены из камня или, учитывая цвет кожи, из дерева. Похоже, в предках Брайана затесались индейцы или кто-то вроде.
Волк Гарри сделал стойку, жадно принюхиваясь к оборотню, а потом пошел знакомиться, так как почуял что-то знакомое, даже родное и крайне привлекательное. И человек сдался напору зверя, его страсти. Силы удерживать его как-то разом кончились.
Черный волк подошел Брайану, который замер, жадно раздувая ноздри, и мазнул боком по его ногам раз, другой, словно зовя за собой. И мужчина поддался. Опустился на четвереньки и стал стремительно обрастать шерстью. Как ни странно, но она оказалась не черной, а темно-бурой с подпалинами.
