велик!
Таурхиль поклонился.
— Не вставайте у нас на пути, — сказал неожиданно серьёзно весельчак. — Прощайте.
Окутанная сиянием дева в платье-тумане вдруг замерла, остановила взгляд на Барахире, и юноша словно услышал голос матери, вспомнил то, что младенец не в состоянии запомнить:
«Кто тебя выдумал, звёздная страна?
Снится мне издавна, снится мне она.
Выйду я из дому, выйду я из дому,
Прямо за пристанью бьётся волна.
Ветреным вечером смолкнут крики птиц,
Звёздный замечу я свет из-под ресниц.
Тихо навстречу мне, тихо навстречу мне
Выйдет доверчивый маленький принц.
Самое главное — сказку не спугнуть,
Миру бескрайнему окна распахнуть.
Мчится мой парусник, мчится мой парусник,
Мчится мой парусник в сказочный путь.
Где же вы, где же вы, счастья острова?
Где побережие света и добра?
Там, где с надеждами, там, где с надеждами
Самые нежные бродят слова».
— Береги, что тебе дорого, — произнесла вслух дева. — Береги то, что не сберегли другие. Что не сберёг никто.
«Опять эти эльфийские загадки!» — невольно мысленно выругался юноша.
— Я — не эльфийка, — улыбнулась сияющая незнакомка. — Прощай.
Эмельдир сидела, сжавшись в комок, словно напуганная пташка. Трое людей принца, отдалённо похожих по описанию на орков, потеряв из вида прекрасную спутницу Энтов, стали пялиться на девочку, но Морион их одёрнул.
— Я хотел бы ещё раз услышать про обходной маршрут, — сказал сын Карантира. — И понять, кто именно за какой участок отвечает.
— Тогда садись удобнее и слушай внимательно, — приободрился Бреголас, доставая карту. — К югу от пересечения этих двух дорог есть таверна…
Обняв невесту, Барахир посмотрел сквозь чащу, насколько позволяли близко растущие стволы. Вдалеке что-то двигалось, и юный адан догадывался — это Энты идут на восток. Что их гонит туда? Вернутся ли они? Когда? Вопросы тревожили и отвлекали от главного сейчас дела. И только мысль о том, что странный чужак одобрил нечестные действия по отношению к обидчикам Валар, вселяла уверенность — всё получится, как бы абсурдно ни выглядело.
Примечание к части Песни:
"Ты не уйдёшь" из мюзикла "Ундина"
"Лесной царь", гр. Woodscream
"Маленький принц", Валерия
Пусть растёт!
— Это невероятно! — Райвен вышла на плетёный балкон своего нового дома-дерева, лишь слегка прикрыв наготу зелёным конопляным полотном, и восхищённо посмотрела на идущих сквозь лес Энтов. — Они такие огромные, но не вредят растениям и не вытаптывают мох! Даже наши лошади, потомки валинорских скакунов, не могут оставить траву нетронутой, если летят по ней!
Арастур, тоже не одетый, встал рядом с любимой, обнял за талию, прихватил губами чёрные кудри.
— Мы наблюдаем нечто грандиозное, — сказал охотник, — Пастыри Деревьев, может быть, не все, но огромное их количество, покидают Белерианд. Они никогда не жили в Семиречье, мы не общались с ними, но сейчас, смотря на них уходящих, я думаю, что, возможно, мир снова меняется. Ты видела восход светил?
Эльфийка отрицательно покачала головой.
— Но, наверное, слышала о нём сотни тысяч раз.
— Расскажи и ты, — улыбнулась Райвен, отвечая на ласки.
— Я был на охоте с братом, — заговорил Арастур, — мы тогда обучали подросших волчат служить нам, тренировали их на утках и разной другой птице. Было непросто, но весело, особенно из-за одного волчонка, который вечно кружился на месте, ловя собственный хвост. Тогда было всегда одинаково темно, лишь облака могли сгустить мрак над лесом, скрыв все или часть звёзд, но и это никого не пугало. Мы веселились, жарили дичь, и вдруг наши волчата навострили уши, разом обернулись на запад. Воздух словно запел! Но это было чистое волшебство, не обычный звук. Всё вдруг изменило оттенки, а потом над кронами расцвёл серебристый цветок, и волчата принялись подпевать Музыке Творения! Сначала Исиль был более пушистым и утончённым, но потом на него надвинулся мрак, был взрыв, поваливший деревья на берегу Аскара, и цветок изменился, облетел. Хотя он и сейчас прекрасен.
— Но между первым восходом Исиль и нападением на него было ещё и появление Анар, — напомнила Райвен. — Ты тоже не обрадовался хранимому Ариэн светочу?
Эльф замер, отвернулся.
— Энты уходят, — тихо произнёс он. — А тогда оставались. Похоже, где-то нужна помощь больше, чем здесь. И, знаешь, я предпочитаю думать именно так, а не вспоминать слова друга о грызунах, сбегающих со старого корабля, у которого прохудилось дно.
Погладив своего мужчину по руке, эльфийка подумала, что подозрительно давно не приходило писем из дома с требованием вернуться. Неужели нашлись дела поважнее, или теперь даже родня согласна, что побег был верным решением?
***
Изящные пальцы ловко перебирали крупные костяные бусины, и только это выдавало беспокойство леди Каленуиль. На брусничной поляне собралась любопытная детвора, и Энты вместе с провожатыми всё-таки остановились, вопреки изначальному плану.
— Дол — гол, стар — мир, солнышко сияет! — пел весёлый бородатый Майя, взяв у кого-то рожок и подыгрывая себе. — Гол — ствол, пар — сыр, лучиком играет.
Золотинка, мелодично смеясь, заманивала всех подряд в хоровод, а Энты, покачиваясь и урча, играли с оссириандскими зверьками, которые рядом с хранителями леса не боялись даже охотников — знали, сейчас здесь безопасно.
— Старый бор, чащи взгляд, древний и могучий,
Ветра спор, веток ряд заслоняет тучи.
Гомон лета — веселей, птиц тепло разбудит,
До рассвета соловей песню петь нам будет.
Эй, дубрава, поспевай — расступайся споро!
Путь-дорогу уступай. Ночь наступит скоро.
Ветерок, не спеши ночью веселиться.
В этот срок в камыши ты лети резвиться.
Вместе с другими вождями Арфередир изображал радушного хозяина. На поляну принесли дичь и вино, а костры разожгли углём, не поленьями.
Каленуиль улыбалась, но на сердце становилось всё тяжелее — несмотря ни на какие уговоры, Оэруиль не пришла, а это значит, что доверия нет и не будет. И Морион всё больше превращается в изгоя, хоть и делает вид, будто дружен со всеми.
На поляну притащили странное чучело, которое, видимо, изображало Моргота, однако лицом из гипса подозрительно походило не
