- Нельзя, - выдохнул гном в синем. - Такие вещи не делаются в металле. Это - очень редкая разновидность горного хрусталя. Таких кусочков всего пять попадалось за всю историю! Для гномов он - бесценен!
- Сразу видно, что как от сердца оторвали! Двое суток прикручивали веревочку и завязывали узелок! - сардонически заметил котишка, явно ожидая увидеть что-то другое.
- Он работает, но, увы, временно... При каждом магическом воздействии появляется трещина. И в какой-то момент камень треснет и осыплется... - промямлили гномы, заметно подергиваясь.
- Ладно, так и хочется сказать «берите ноги в руки», но я все забываю, что ноги у вас пока на месте. Встаем и идем за нами! Живо! - приказал котофей таким тоном, от которого солдаты сразу отдают долг Родине, а девушки - честь.
Мы вышли из дома, отошли на приличное расстояние. Гномы стали в рядок а ля «утро стрелецкой казни».
- Вы думаете, я на мышке буду испытывать? Вы ошибаетесь! У меня тут семь попыток есть, так что, вперед! Надевай, голубой! - усмехнулся кот, спрыгивая с моего плеча и принимая человеческий облик.
Фей ударил магией и ... и ничего. Гном стоял на месте. По камню пошла трещина. И так несколько раз подряд. Внутри камня появились трещинки, а после двадцати минут «тестирования» гномы побежали домой драться за последнюю мочалку. Когда мы проезжали мимо их дома, на заборе сушились разноцветные штаны.
***
Путь в Фаэлер был не таким уж и долгим, однако и он прошел не без приключений. Один раз меня чуть не ограбили, за что сразу огребли. Бандиты получили не совсем то, на что рассчитывали, но ушли не с пустыми руками. В каждой ладошке они сжимали выбитые зубы.
- Странные люди, я же им сразу объяснил, что пока они научатся держать язык за зубами, они уже выпадут, - возмущался котоФей мне на ухо. - Могли бы вежливо попросить, а не выдавать субъективную характеристику жертвы.
Пейзажи менялись. Становилось холоднее. Я купила подбитый плащ с меховым воротником, куда сверху сразу же улегся кот.
- Отличный мех! - нахваливала торговка, демонстрируя теплые плащи и накидки. - Котик! Настоящий котик!
- У меня вопрос, он мяукал или плавал? - прищурилась я, наглаживая своего котика, а потом плащ, дабы понять, а не родственника моего Фея пустили на воротник? Нет, не похоже...
Мы доехали до какой-то большой деревни, где все стояли и смотрели в сторону серого замка, пристально и долго. Мне было не понятно, что они силятся там разглядеть, поэтому, пожав плечами, я поехала дальше.
В тронном зале было полным-полно людей, все перешептывались и переговаривались, глядя на лежащую на троне корону. Рядом с троном в кресле сидела хрупкая девочка лет десяти - двенадцати, с ужасом глядя на происходящее. Подле нее стояло двое.
- Я буду ее опекуном! - орал какой-то пузатый мужик с бакенбардами, одетый в красное. - Я - двоюродный брат короля! Я - ближайший родственник!
- Да что ты говоришь! А не ты ли утверждал, что как только король умрет, следом отправишь его дочь? Тебе - то какое дело! Ты - вор, а тут казна пустая! Грабить больше нечего! - орал какой-то несуразный мужик с узким телом и большой головой в коричневом, размахивая руками..
- Ой! А сам-то не лучше! Ты ее вообще отравить собирался! - кипятился толстяк. - Ты - троюродный, так что молчи в тряпочку!
- Прекратите! - плакала девочка, пытаясь закрыть уши тоненькими руками. - Я не хочу, чтобы кто-то из вас был моим опекуном!
- Заткнись! Тебя никто не спрашивает! - рявкнул толстяк, бросая на девочку такой взгляд, словно она была не принцессой, а какой-то служанкой.
- Да! Учись вовремя закрывать свой рот, когда разговаривают взрослые! Твое мнение никого не интересует! - поддакнул жердь, с ненавистью глядя на оппонента.
- Чупа-чупс против пончика!- усмехнулся котофей, уютно расположившись поверх моего пушного воротника. Девочка плакала, глядя на лежащую на троне корону.
- Так что, я становлюсь регентом! - взвизгнул толстяк, протягивая руку к короне. - А тебя, я отравлю при первой же возможности!
- Прекратите! - надрывалась девочка. Она попыталась встать с кресла, но упала на пол. Народ, который внимательно следил за всем этим действом, захихикал. Кто-то из слуг бросился к ребенку, чтобы помочь ей встать, но толстяк остановил жестом.
- Не трогать! - усмехнулся он. - Пусть учится ходить!
Слуга сглотнул и сделал шаг назад, с жалостью глядя, как бедная девочка, пытается привстать на руках, тряся белокурыми локонами и с отчаянием глядя на всех присутствующих. Придворные не сводили с нее насмешливых взглядов, украдкой перешептываясь и хихикая.
Я не выдержала и бросилась к принцессе, поднимая ее и снова усаживая в кресло. Девочка посмотрела на меня таким взглядом, от которого у меня сжалось сердце.
- Это еще кто? Схватить! Казнить! - завизжал толстяк, тыкая в меня толстым пальцем, украшенным массивным перстнем. - Выполнять приказ брата короля! Живо!
- Не надо! - взвизгнула принцесса, глядя на стражу. - Я приказываю!
- Принцесса - несовершеннолетняя! Она не имеет право отдавать приказы! По законам Фаэлера! - заорал толстяк, размахивая руками.
