видя, как ты с кем-то кувыркаешься.
— Вряд ли это мой случай… — Даниэль замолкает на пару секунд, уставив взгляд в даль. — Вряд ли…
— У Бланки были какие-то цели, раз она так упорно хотела привязать тебя к себе, наплевав на то, что ты ее не знаешь и тем более не любишь.
— Не знаю, какие были цели у этой обманщицы, но клянусь, если я еще раз увижу ее, то ей придется сильно пожалеть. Я заставлю Бланку заплатить за этот обман. Пока не знаю как, но я это так не оставлю.
— В любом случае еще не все потеряно, — уверенно говорит Питер. — Просто подумай о том, что МакКлайфы все-таки воссоединились со своими девушками даже после всех серьезных конфликтов и обвинений.
— Их проблема заключалась в недостаточной привязанности друг к другу. И нежеланием быть честными.
— А в твоем случае виновата амнезия. Ты изменил тогда, когда не понимал, что делал. Это можно понять и оправдать.
— Амнезия или нет, но я поступил отвратительно. Не только с Анной. Но и со всеми вами.
— Ну да, ты был безмозглым козлом. Но, с другой стороны, мы знали, что все вернется на свои места, когда ты вспомнишь.
— Мне крупно повезло, что я сумел оправдаться перед друзьями и заслужить их прощение.
— Когда-нибудь и Анна поймет.
— Даже если бы никто не узнал о моей измене, я бы все равно не стал молчать. Даже при огромном желании сохранить это в тайне и сделать вид, что все хорошо. Я всегда был честен с Анной и никогда не обманывал ее. И не хочу обманывать сейчас.
— Думаю, она может похвалить тебя за честность. Есть шанс избежать худшего, если добровольно во всем сознаешься и выразишь сожаление.
— Вот почему я не придушил тебя после твоего признания в том, что ты не помог Анне.
Внимание Даниэля и Питера привлекает громко лающий Сэмми, который по-прежнему бегает из одной стороны в другую и продолжает кусать палочку своими крепкими, острыми зубами.
— В любом случае не сиди сложа руки, — советует Питер. — Анна уж точно не оценит это. Может, сейчас эта девушка ни за что не признается в этом, но ей точно понравится то, что ты пытаешься доказать свое сожаление.
— Пока что я отодвину мои отношения с ней на второй план, — задумчиво отвечает Даниэль. — Буду думать над тем, как спасти ее от того козла. Даже если мы не будем вместе, я буду чувствовать себя спокойнее, зная, что ей ничто не угрожает, и ее никто не обидит.
— Ну пока что ты можешь лишь поговорить с ее родителями и объяснить всю ситуацию.
— И мне определенно понадобится твоя помощь. — Даниэль переводит взгляд на Питера. — Расскажешь им обо всем, если я попрошу?
— Какие вопросы, чувак! — пожимает плечами Питер. — Только дай знать — и я буду готов!
— Спасибо…
Питер ничего не говорит и лишь слегка улыбается, пока к нему и Даниэлю подходит уставший, тяжело дышащий Сэмми.
Глава 27
Еще пара дней пролетает незаметно. К пяти часам Эдвард, Даниэль, Питер, Бенджамин, Кевин и Кристофер собрались вместе за городом, чтобы провести время в мужской компании. Удобно устроившись на земле в уединенном местечке, парни греются под лучами солнца, с удовольствием играют с Сэмми, который не отказывается от возможности получить немного любви и внимания, и радостно встречают Терренса, который сделал им сюрприз после своей выписки из больницы.
— Э-э-э, слушайте, вам не кажется, что немного похолодало? — спрашивает Бенджамин, растирая руки.
— Есть такое… — задумчиво отвечает Кевин. — Но ведь скоро вечер… Время уже почти шесть часов…
— Ну а в таком случае… — задумчиво произносит Даниэль. — Я предлагаю нам всем поехать ко мне домой и продолжить тусоваться там. Пивка выпьем, фильмец посмотрим… Сыграем во что-нибудь…
— Идея классная, но мы не помешаем твоей сестре? — интересуется Терренс.
— Кэссиди еще несколько дней пробудет в больнице. Так что… Я вполне могу устраивать у себя посиделки с друзьями.
— Совсем один? — осторожно уточняет Бенджамин.
— Да… — Даниэль замолкает на пару секунд и о чем-то задумывается, стараясь не выдавать своих эмоций. — В принципе я могу объявить себя свободным человеком. С этим будет трудно смириться, но похоже, мне придется.
— То есть, ты уверен, что все кончено?
— Я просто стараюсь мыслить трезво и… Понимаю, что у меня мало шансов.
— Может, еще не все потеряно? — спрашивает Кристофер.
— Сомневаюсь, Крис.
— Но ты же не знаешь точно! — отмечает Кевин. — Анна же не говорила тебе в лицо, что между вами все кончено.
— Нет, Кев, как раз-таки говорила. — Даниэль начинает нервно смеяться. — Анна, грубо говоря, послала меня куда подальше и приказала больше не приближаться к ней.
— Погоди, а ты разве говорил с ней? — слегка хмурится Эдвард.
— Однажды мне удалось подловить ее и поговорить. Правда этот разговор не привел ни к чему хорошему и… Он закончился крепкой пощечиной…
— Пощечиной? — округляет глаза Кевин.
— Анна залупила мне пощечину.
Все уставляют свои шокирующие взгляды на Даниэля, который изо всех сил старается держать эмоции в себе.
— Да ладно? — удивляется Терренс.
— Анна ударила тебя? — не верит в услышанное Эдвард.
— Ударила, — с грустью во взгляде кивает Даниэль.
— Но за что? — удивляется Бенджамин. — Девчонки не раздают пощечины налево-направо просто так.
— За честное признание в измене и попытку поцеловать.
— Вау! — с широко распахнутыми глазами произносит Кевин. — Ну и страсти…
— Но Анна не могла такого сделать, — уверенно возражает Терренс. — Она не способна и мухи обидеть!
— Я тоже не верю, — соглашается Эдвард. — Анна ведь такая тихая, спокойная и воспитанная. Она никогда ни на кого не поднимала руку.
— Тем не менее это правда, — без эмоций отвечает Даниэль. — Ее удар был довольно-таки сильный… И… Он стал для меня потрясением. Я… Не ожидал от нее такого.
— Надо же… — задумчиво произносит Кристофер.
— Я сам был в шоке, когда узнал, — признается Питер.
— Ты знал об этом? — слегка хмурится Эдвард.
— Знал.
— Ты что сам это видел? — удивляется Терренс.
— Нет, Даниэль сам рассказал. Мы встретились пару дней назад, когда я выгуливал Сэмми. Поговорили немного и решили пойти к нему домой. Вот тогда он мне и рассказал об этом.
— Это произошло в тот день, когда мы видели ее в последний раз, — признается Даниэль. — То есть, когда Терренс пришел в себя. Какое-то время я был в палате у Кэссиди, своей сестры, а потом решил вернуться к остальным. Однако по пути я встретил Анну и остановил ее. Признался ей в том, что реально изменял ей, и пытался извиниться. Это еще больше
