– А, хвост Ящера, – пробормотала ведьма сквозь зубы. Дороги через внутренние покои Карина не знала. Хвост Змея Горыныча чуть дернулся, но ведьма этого не заметила.
– Пойдем, я покажу тебе путь, – сказал старый эльф.
Всю дорогу ведьма шагала с такой скоростью, что Лакгаэр основательно запыхался. У дверей библиотеки Карина на миг остановилась. В воздухе дрожала чья-то Чи. В книгохранилище кто-то вошел незадолго до них, возможно, учитель из пансионата или слуга. Но черный, грязный след ауры вошедшего почему-то не хотелось пересекать. Карина тряхнула головой и взялась за ручку двери.
– И кстати, Лакгаэр, – сказала ведьма. – У тебя нет большого, крепкого гамака?
– Наверно, есть, – сказал старый эльф. Тут он понял, что задумала ведьма. – Но, ресса… То есть, Карина…
– Клянусь тебе, Змей Горыныч будет лететь, как плыть, – сказала Карина, улыбаясь. – Твой Верховный маг проспит до самого Фейре.
Лакгаэр только развел руками. Ведьма вошла в библиотеку. Старый эльф хотел пойти распорядиться насчет гамака, но тут он заметил след, около которого споткнулась сама Хозяйка Четырех Стихий. Лакгаэр рванул дверь на себя.
В библиотеке было пусто. Старый эльф затравленно оглянулся.
Из-за шкафа вышла Карина. Глаза у нее были безумные. В руках ведьма держала тесак Лакгаэра. Старый эльф попятился, поднимая руки. Карина усмехнулась.
– Я так и знала, что вы все врете, – процедила ведьма сквозь зубы.
– О чем ты?
– На диване никого нет!
Лакгаэр хотел что-то сказать, но Карина его уже не слушала. Она взмахнула тесаком, и в следующий миг, наверное, зарубила бы старого эльфа. Но тут раздался голос Шенвэля.
– Нет, Дренадан, – устало сказал эльф. – Ты сам знаешь, что это запрещено.
Карина обернулась. Голос шел из кабинета.
Ведьма бросилась туда, и на этот раз Лакгаэр отстал от нее лишь самую малость.
Дренадан поднял глаза на открывающуюся дверь кабинета. Шенвэль, сидевший на стуле напротив волхва, оборачиваться не стал. Эльф наклонил голову и улыбнулся. В следующий миг руки Карины обвились вокруг его шеи. Распущенные волосы ведьмы упали на спину Шенвэля. Эльф немного повернул голову вбок, и они с Кариной расцеловались.
Лакгаэр посмотрел на гостя крайне неприятным взглядом. Дренадан стоял на почтительном расстоянии от Верховного мага, у самой стены. За его спиной на новом, прочном крюке висел меч Мстителя.
– Карина, я думаю, тебе это уже не надо, – сказал старый эльф и потянул тесак из руки ведьмы.
– Да-да, – сказала Карина, на миг отрываясь от Шенвэля. – Извините меня.
– Я думаю, господа, вы позволите нам оставить вас на минутку, – сказал Шенвэль.
Дренадан кивнул.
– О чем ты говоришь, конечно, – сказал Лакгаэр за спиной эльфа.
Пара вышла из кабинета. Старый эльф плотно закрыл дверь.
– Я говорил тебе никогда не приходить на наш берег? – сказал Лакгаэр тихо.
Дренадан усмехнулся.
– А что, знатоки фонетического письма тебе уже не нужны? – спросил волхв.
– Ты не хуже меня знаешь, что этим утром храм Проглоченного Солнца исчез вместе с островом, – ответил старый эльф. Лакгаэр пристально посмотрел взгляд на серую тень, лежавшую у ног волхва и напрягся, призывая всю свою Чи. Лоб старого эльфа пошел морщинами. Сгусток тьмы нехотя отделился от пола. На плечо Дренадана уселась маленькая летучая мышь с красными, как две капли крови, глазками.
Лакгаэр перекинул тесак из одной руки в другую. Волхв поморщился.
– Не сходи с ума, Лакгаэр, – сказал он.
Старый эльф ничего не ответил и пошел на Дренадана. Лакгаэр коротко замахнулся. С быстротой, недоступной человеку, Дренадан вскинул руку. Меч на стене со свистом вышел из ножен. Рукоятка легла в подставленную ладонь волхва. Тесак налетел на меч. Лакгаэр этого совсем не ожидал. Дренадан использовал всю силу, которую старый эльф вложил в удар, против него самого же. Тесак вырвался из рук Лакгаэра, пролетел в двух пядях над рукой волхва и с коротким неприятным звоном воткнулся в подоконник. Летучую мышь на плече Дренадана даже не качнуло. Волхв, усмехаясь, смотрел на задыхающегося от ярости старого эльфа. Затем Дренадан отпустил меч. Оружие проплыло по воздуху и вернулось в ножны на стене.
– Одного я не понимаю, – сказал Лакгаэр изломанным от гнева голосом. – Как ты сюда вошел? Неужели Шенвэль пригласил тебя?
Дренадан чуть помедлил с ответом.
– Нет, – сказал он, глядя на старого эльфа из-под черных, слишком черных для такого старика бровей. – Это сделал твой сын. Еще двенадцать лет назад.
Лакгаэр опустился на стул – у него вдруг подкосились ноги.
– Зачем? – спросил старый эльф почти шепотом. – Илуватар и Ульмо, зачем Аннвиль позвал в мой дом вампира?
– Твой сын переживал за своих друзей, – сказал волхв. – Они ушли в замок, а его с собой не взяли. Но и не вернулись. Аннвиль узнал, что можно поговорить с Ящером через его волхва. Он хотел спросить, его друзья уже в Подземном мире, или все-таки нет.
Лакгаэр сглотнул.
– И он… спросил?
Дренадан отрицательно покачал головой.
– Аннвиль не смог произнести формулу призыва бога до того, как я сделал три глотка, – сказал волхв. – А потом я уже не могу остановиться.
– Так это ты… облил его вином и поджег мой дом? – спросил старый эльф. – Ты? Но зачем?
– Призыв бога должен оставаться тайной, – сказал Дренадан сухо. – Мне правда очень жаль.
Помолчав, Лакгаэр сказал:
– Я не могу предложить тебе того, что больше всего любишь. Но, может, ты выпьешь со мной вина?
– Не откажусь, – сказал Дренадан.
Лакгаэр подошел к шкафу с книгами отодвинул в сторону непрозрачную черную створку.
Эпилог
– Нет, тебе придется лететь одной, – сказал Шенвэль.
Карина надулась и отодвинулась от него настолько, насколько позволяла длина кожаного дивана. Эльф расхохотался при виде этой детской мести. Шенвэль схватил ведьму и посадил к себе на колени. Распахнув халатик, он зарылся лицом в ложбинку между грудей.
– Не подлизывайся, – сказала Карина сердито, пока Шенвэль целовал ее грудь, потихоньку подбираясь к соску. – Но почему?
Эльф поднял голову и посмотрел на ведьму. Карина улыбнулась. Таким веселым она не видела Шенвэля очень давно. «Никогда», вдруг поняла ведьма.
– Музыкант Смерти как бы прижимает спиной свою Дверь в Подземный мир, – сказал Шенвэль. – Но жезл истощил меня. Фигурально выражаясь, сейчас моя Дверь не открывается нараспашку только потому, что я лежу поперек порога. Дренадан, как и все жрецы Ящера, обязан следить за количеством Цин в этом мире. Он не отпустит меня, пока я опасен. Дренадан потребовал денег за сломанного идола и забор, а ликвидных активов у меня хватает только на забор, если честно. На самом деле волхв хочет, чтобы я жил под его присмотром в капище Всех Богов в Куле. А заодно пока и капище починю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
