примерно пятью сотнями пленных женщин, среди которых, наверное, была и Альтха. К тому времени мое тело уже онемело от недостатка кровообращения.
Меня продолжали тащить все дальше и дальше. Мы пронеслись по широченному туннелю, по полу которого могли бы пройти в ряд шесть слонов, и полетели еще дальше в глубь скалы, на которой был выстроен город летающих людей. Стены, полы и потолки залов и коридоров, хотя и лишенные каких бы то ни было украшений, производили эффект безудержной роскоши. Видимо, все дело было в отличной полировке всех каменных поверхностей. В это мрачное великолепие хорошо вписывались его зловещие обитатели, скользящие без единого звука по сверкающим коридорам. Черный Город — нет, не зря так называли люди крепость яга. И свое зловещее название он получил не только за черноту скалы, в которой был вырублен, но и за жестокую душу его крылатых строителей.
Пока мы пролетали по подземным коридорам, я успел рассмотреть многих жителей Югги. Помимо крылатых мужчин, я впервые увидел женщин яга. Они были так же легко сложены, как мужчины, их кожа была такой же темной, а на лицах застыло такое же выражение холодной жестокости. Но у женщин не было крыльев. На них были надеты короткие шелковые юбки, поддерживаемые украшенными золотом и драгоценными камнями поясами, и легкие повязки, прикрывающие грудь. Если бы не свирепое выражение лиц, можно было бы сказать, что женщины яга красивы.
Видел я и уже знакомых мне женщин гура. А кроме того, там были и другие — невысокого роста желтокожие девушки и более темные; почти медного цвета женщины. Все они, несомненно, были рабынями этого крылатого народа. И все же я совершенно не ожидал увидеть этих желтолицых женщин. До того все странные формы жизни, встреченные мною на Альмарике, я мог так или иначе связать с персонажами легенд котхов. Собакоголовые, тролли, гигантский паук, крылатые люди с их черной крепостью — обо всем этом я хоть что-то слышал. Но мне не довелось ни слова услышать о меднокожих женщинах. Не были ли эти загадочные пленницы захвачены на какой-нибудь другой планете?
Обдумывая это, я продолжал наблюдать за обстановкой. Вот мы пронеслись через огромный бронзовый портал, у которого на страже стояло два десятка крылатых воинов, и оказались в громадном восьмиугольном зале, стены которого были увешаны коврами, а пол устлан какими-то мохнатыми шкурами. Воздух здесь был насыщен запахом каких-то духов и благовоний.
В глубине зала высокие ступени чеканного золота вели к помосту, укрытому меховыми покрывалами. На нем полулежала молодая чернокожая женщина, единственная крылатая женщина яга. Она была одета так же, как и остальные. Из украшений на ней был лишь вышитый золотом пояс, с которого свисали ножны с небольшим кинжалом. Красота этой женщины была холодна и таинственна, как красота бездушной статуи. Я почувствовал, что из всех бесчеловечных обитателей Югги в ней было меньше всего человеческого. Ее лицо было лицом безжалостной и бесстрашной богини.
Вокруг помоста выстроились в почтительных позах двадцать рабынь — обнаженных девушек с белой, синей и медно-красной кожей.
Вскоре вслед за мной в зал были внесены похитителями около сотни пленных женщин Тхугры. Предводитель похитителей приблизился к помосту и, низко поклонившись, разведя одновременно с поклоном руки, сказал:
— О Ясмина, Королева Ночи! Мы принесли тебе часть нашей добычи.
Приподнявшись на локте, королева осмотрела толпу пленниц, по которой пробежала волна испуганных вздохов и стонов. С раннего детства девочкам племен гура внушали, что худшей судьбой для них может быть похищение жестокими крылатыми людьми. Черный Город был для них воплощением зла. И вот его повелительница обратила свой кровожадный взгляд на них. Неудивительно, что многие из пленниц потеряли сознание в этот момент.
Пробежав глазами по рядам девушек, королева остановила взгляд на мне, висящем в сети, удерживаемой двумя воинами. Я увидел некоторый интерес в черных немигающих глазах.
— Кто этот варвар, чья кожа бела и почти так же безволоса, как наша, и который, будучи одет как гура, не похож на них?
— Мы обнаружили его в темнице у тхугров, Повелительница Ночи, — ответил предводитель стаи. — Ваше Величество может сама допросить его. А сейчас не изволит ли Великая Королева отобрать себе нужных ей пленниц, с тем чтобы остальные были распределены между воинами, участвовавшими в набеге.
Ясмина, все еще не сводя с меня глаз, кивнула, а затем быстро выбрала дюжину самых красивых девушек, среди которых я увидел и Альтху. Их оставили в углу зала, а остальных увели куда-то.
Ясмина вновь молча оглядела меня, а затем обратилась к одному из придворных:
— Готрах, этот человек изможден перелетом и истерзан веревками. На его ноге — незажившая рана. В таком виде мне неприятно видеть его. Увеста его, вымыть, накормить^ напоить и перевязать рану. Когда очухается — привести его ко мне.
Тяжело вздохнув, мои похитители и носильщики вновь потащили меня по бесконечным коридорам и лестницам. Наконец мы оказались в комнате с фонтаном! На моих запястьях и лодыжках защелкнулись Замки золоченых цепей, и лишь после этого с меня сняли веревки. Мучимый болью восстанавливающегося кровообращения, я едва помню, как меня опустили в фонтан, смыли пот, грязь и запекшуюся кровь, а затем нарядили в какую-то шелковую хламиду алого цвета. Рану на ноге перевязали, а потом в комнату вошла меднокожая рабыня с золотым подносом, на котором стояли тарелки и кувшины. Что касается еды, к мясу я не притронулся, испытывая самые мрачные подозрения, зато с жадностью накинулся на фрукты и орехи. Поданное в кувшине зеленоватое вино было вкусно и прекрасно освежало горло.
После еды я почувствовал себя таким усталым, что, не дожидаясь решения своей судьбы, повалился на лежащую на полу бархатную перину и заснул мертвым сном. Проснулся я от того, что кто-то потряс меня за плечо. Открыв глаза, я увидел Готраха, наклонившегося надо мной с коротким ножом в руке. Инстинкт самосохранения сработал во мне — и я изо всех сил замахнулся рукой, чтобы одним ударом выбить дух из этой твари. Готраха спасло то, что мою руку остановила прочная цепь. Отпрянув, придворный выругался и сказал:
— Я пришел не для того, чтобы перерезать тебе глотку, варвар, как бы мне того ни хотелось. Девчонка из Котха рассказала Ясмине, что ты обычно соскребаешь волосы с лица. Королева желает видеть тебя таким. Вот, держи нож и займись этим делом. Учти, он тупой на конце — так чти нет смысла метать его. А я постараюсь не приближаться к тебе
