районы гетто и промышленные районы, является одним из привлекательных для туристов мест; работает она по продвижению молодых талантов, хотя там записываются и ветераны, и, конечно, в центре ее внимания – творения самого Рида.
Поскольку несколько лет назад Рид стал последователем Принца Эммануила Эдвардса, многие из тех, кто тусуется возле прилавка с едой, носят отличительные головные уборы, по которым можно определить их принадлежность к секте Бобо Дред. По вечерам это оживленное место, где ведутся долгие дискуссии и царит товарищество.
Внутри небольшой студии Рид озвучивает свой трек Propaganda — так он высказывает свое мнение по поводу «официального» захоронения предполагаемых останков Хайле Селассие I в 2000-м году[85]; этот ритм, которому более десяти лет, Рид уже использовал в своей версии Dirty Diana Майкла Джексона.
Молодой Бобо, ведущий запись на сессии, выглядит не старше пятнадцати лет; поскольку микшерный пульт хронически неисправен, он должен нажимать на него чем-то тяжелым, чтобы заставить работать. Несмотря на большое количество стеллажей с мастер-лентой, которые вклиниваются между гигантским микшерным пультом, студия переполнена дредами: они занимают каждый клочок пространства, чтобы наблюдать за происходящим. Напряженный и вдохновленный Рид размахивает руками, подпрыгивая в такт музыке. Он не уверен в некоторых своих спонтанных выражениях и идет к пульту для того, чтобы спросить мнение наблюдателей. Биг Ют, близкий его товарищ, занимает почетное место.
В конце концов, когда Рид более-менее удовлетворен своей работой, он находит время, чтобы взять небольшой перерыв и рассказать о том, как в 1982-м они стали делать записи для лондонского корневого лейбла. «Роберт и Майкл Палмер – они были Negus Roots. Парни жили в Уотерхаусе, но уехали в Англию, а когда вернулись на Ямайку, захотели работать со мной. Они выпустили два сингла: If I и Sister Dawn. Им хотелось сделать альбом, и я тоже был в движении со своими друзьями [Сэмми Трейси и Терри Макдермоттом]. Сэмми и Терри любили петь, поэтому мы просто сказали: “Почему бы и нет? Назовем себя группой Voice Of Progress”. Мы сделали альбом Minibus Driver. Затем, когда мы готовились записать следующий альбом, ничего не вышло, и я опять ушел в соло».
Вскоре Джемми выпустил несколько дэнсхолльных хитов певца, самые заметные – Boom Shack A Lack и Higgler Move. В Британии большое влияние имел Jailhouse, выпущенный через оператора саунд-системы в Северном Лондоне Кена «Фатмана» Гордона на его лейбле KG Imperial. Эти хиты плюс альбом, записанный Ридом для Джемми с музыкантами High Times, показали, что певец дает свою особую интерпретацию вокальному стилю района Уотер-хаус. Рид стал записываться для Джунджо, но свой самый большой хит: Original Foreign Mind, повлиявший на растущую американскую традицию регги, он сделал в союзе с Шугаром Миноттом в 1984 году.
После неожиданного ухода Майкла Роуза вскоре после того, как группа получила Грэмми за Anthem — первую награду такого уровня за регги-альбом, Рид был призван в Black Uhuru («Все вокруг начали говорить мне, что теперь ты можешь уволить кого-то или нанять, и я просто сказал до свидания, – объясняет Майкл Роуз. – С тех пор как все начало доходить до крайностей, я исключил себя».)
«Меня попросили присоединиться к Black Uhuru, – с гордостью заявляет Джуниор Рид. – Это было великое время. Я вошел в Black Uhuru с хитом Fit You Haffe Fit».
Рид дал новую энергию группе, особенно на живых выступлениях, но вернулся к сольной карьере в конце 1980-х. Он говорит, что покинул группу «из-за музыкальной политики»; его зловещее описание событий является напоминанием о том, что в пору расцвета Black Uhuru имела больше международного внимания, чем кто-либо другой. «После того как они убили Боба Марли[86], они не хотели больше никого такой же силы, но Black Uhuru была следующей группой, за которой стоял крупный промоушен, поэтому они просто старались прикончить регги или держать его на поводке. Так что я просто пошел вперед как соло-артист».
К некоторому хитовому материалу, который Пол-Пинты и Джуниор Рид записали для Джемми, приложил руки не кто иной, как Скайентист (Хоптон Браун), который стал настолько недоволен положением дел на Channel One, что оставил студию и перешел на 24-дорожечное оборудование Tuff Gong, выбрав для себя более мирную окружающую среду в комплексе на Хоуп-роуд, 56. «Никто на самом деле не хотел мне отдать должное. Я был там единственный с образованием в электронике, так что если что-то было повреждено или не работало как следует, я мог все починить. Все завидовали мне, потому что все были старше меня, но я… я принес в студию вещи, которые они никогда не делали раньше. Я пошел на Tuff Gong и изменил там звук. Раньше только центровые группы, такие как Third World ходили на Tuff Gong, и там никогда не делался хардкорный дэнсхолльный материал. Одним из моих самых сильных сторонников был Тристан Палмер, а затем Эрли Би. Дальше все эти дэнсхолльные певцы начали ходить на Tuff Gong, студия забрала себе всех клиентов с Channel One. После этого они там закрылись, потому что потеряли всю свою клиентуру».
Джозеф Ху-Ким говорит, что кончина Channel One частично была связана с уходом его брата Эрнеста из музыкального бизнеса. «Эрнесту не нравилось, потому что работа стала похожа на заключение. Он не мог больше так долго торчать в студии, поэтому начал снова управлять игровыми автоматами. Я привел Кеннета в бизнес, когда мы делали вещи с Фрэнки Полом, но все опять начало рушиться, потому что мы с Кеннетом не заладили».
Скайентист утверждает, что атмосфера на Tuff Gong изначально была более привлекательной. «У Tuff Gong был Чиао, очень хороший инженер по техническому обслуживанию, и все было нормально. Пожалуй, это было самое удобное место, где я работал. У Табби и на Channel One приходилось иметь дело со всеми этими парнями из гетто, качающими права Когда я пришел на Tuff Gong, я наконец-то смог выдохнуть и… просто побыть звукоинженером».
К сожалению, спокойствие не продлилось долго. «Я был в Tuff Gong уже около полутора лет и думал, что тут не будет гангстерских набегов, но “плохие парни” из гетто начали приходить и сюда. Это стало слишком для меня. Я переехал в Америку в 1985 году. Мои сестры, моя мать, они уже жили там».
Таким образом последний из мастеров даба совершил исход с Ямайки, что сразу же привело к заметному снижению количества выпускаемых даб-альбомов.
Между тем нашлись артисты, которые продвинули освободительное послание регги совсем в другие края.
«Я первым отправился в Японию, привез туда саунд-систему, и Сестра Кэрол [Кэрол Тереза Ист] туда поехала, и
