попытке отнять у Джемми его скипетр, но Джемми снова взял свое, озвучив весьма популярную Hog Ina Me Minty Нитти Грити, поставив ее на ритм Tempo. Несмотря на выпуск других популярных вещей, Табби в целом оставался в тени Джемми в течение всех последующих лет.
Кинг-Конг говорит, что финансовое давление вынудило его подрабатывать у Банни Ли еще во время его пребывания у Табби, и он сделал впечатляющие мелодии, выпущенные Банни за рубежом, такие как тирада против апартеида Moving On the African Border и вызывающая добрые воспоминания Must Work On Sunday. Но в конце концов он выпал из лагеря Табби, по его словам, после фиаско на личном фронте. «Я жил с девушкой на Тауэр-Хилл, и мы с ней расстались. Она все собрала и съехала, а я остался один, буквально в пустых стенах, и вот я пошел к Табби как к Крестному отцу и сказал: “Табби, мне нужна кровать”. А он с порога: “Мальчик, иди-ка и поищи ее”. В это время AIDS стоял в чартах, и я пошел к Джемми; он дал мне чек на три сотни, и мы сразу же сделали Legal We Legal и Trouble Again».
Поскольку обе песни стали впечатляющими хитами, переход Конга на Сент-Люсия-роуд был очевидно правильным шагом. Как и многие его сверстники, Конг встал на ноги у Джемми, озвучив отличный альбом Trouble Again и несколько заметных синглов за очень короткое время.
С точки зрения Джемми, наличие «поющих соек» в его колоде усилило его влияние, пусть они и записывались одновременно в других местах. Если с появлением армии компьютерных производителей «живые» музыканты скатывались на обочину, цифровой лагерь Джемми, напротив, стал прибежищем для нового поколения звезд, в том числе баритона-тостера Литтл Твитча (Little Twitch, он же Ричард Райт), уникально талантливого диджея Тайджера (Tiger, он же Норман Джексон), чья выразительная, несколько преувеличенная подача идеально подходила для цифровой музыки, плюс такие певцы, как Колин Роуч и Энтони Мальво, записывавшиеся плечом к плечу с солидными людьми вроде Коко Ти и Фрэнки Пола.
Поворотный момент наступил, когда один из ведущих диджеев Джемми, стройный высокий юноша по имени Тонто Айри, стал настолько популярным на танцполе, что теперь проводил больше времени за границей, чем на родной Ямайке, и Бобби Диджитал уговорил пузатого тостера Адмирала Бейли уйти от соперничающего звука Sturgav и войти в комбинацию с Чакой Демусом (Chaka Demus, он же Джон Тейлор), тостером с бычьей шеей, чья прямая манера сделала его одним из лучших в команде Джемми. Формула комбинации отлично сработала как на саунд-системе, так и на записях, хотя последующий сольный материал Адмирала был еще более популярным, что сделало его завсегдатаем ямайских чартов в конце 1980-х.
В студии Джемми расслабленный Глендон Бейли говорит, что он в настоящее время более активен как футбольный тренер, хотя все еще записывается время от времени. Он начинает свой рассказ, подчеркивая, что Ранкин Джо и Джоси Уэлс были его главными примерами для подражания. «Я рос в Олимпийских садах, которые больше известны как Тауэр-Хилл. Там всем тяжело жить, но особенно если мать не обращает на тебя внимания. Двое моих старших братьев были известны как “шотта” [стрелки или наемные убийцы], они погрязли в плохих делах, так что мне в одиночку предстояло пойти другим путем. В юности я пел в церковном хоре, а потом меня покорил Ранкин Джо в дни Sturgav. Слушая Джо, я решил отойти от пения и стать тостером – уж больно лихо у него получалось подавать свои сообщения, и он диджеил от начала до самого конца дискотеки.
Следующий диджей, который повлиял на меня, – это, конечно, Джоси Уэлс. Еще задолго до того, как он стал записываться, и до того, как прийти на Sturgav, Джоси был диджеем на звуке Roots Unlimited, это у нас в Олимпийских садах, на Молл-роуд. Мы слушали Джоси, пока он не стал диджеем на General Graph, звуке, который взял себе имя, созвучное со Stereograph. Джоси толкал речи о политике и девочках… многие не знают, что он был slackness-диджеем, острым на язык, но делал он это весело. Я и мой приятель в школе соревновались, кто лучше исполнит как диджей тексты Ранкина Джо или Джоси Уэлса».
Адмирал был благословлен способностью легко адаптироваться к любому виду ритма, и вскоре он начал делать себе имя, выдавая жесткие, со смешком рифмы на местном звуке Twilight, а потом на Torpedo, расположенном в сельской местности Сент-Мэри. «Я придерживался своего оригинального стиля – такой же стиль у меня и сегодня, и я думаю, это главное, что поддерживает меня. Стиль ты не можешь выработать – стиль для меня это то, с чем ты родился».
Катализатором успеха была его спонтанная дружба с Джоси Уэлсом, которая и привела Адмирала Бейли к большей известности – и в конечном счете в лагерь Джемми. «Однажды вечером я играл на Олимпик-Вэй, и толпа начала звать меня. Джоси Уэлс сказал: “Они хотят услышать Адмирала, так вот он – Адмирал!” – и я положил всех, просто зажег все это место. У меня еще не было известности, но я медленно поднимался наверх, и слухи обо мне стали расти. А потом Ю-Рой сказал, что хочет, чтобы я подиджеил на его звуке, так что… я стал разогревающим для Джоси и Чарли Чаплина. Я получал триста долларов за ночь – самые большие деньги, которые мне выпали в этом бизнесе, – но мы с Ю-Роем не сошлись. Потом обо мне услышал Бобби Диджитал, а Тонто Айри часто ездил заграницу, и Джемми хотел, чтобы кто-то выступал в паре с Чакой Демусом. Джемми сказал: “Я могу дать тебе сто долларов, когда мы играем в городе, и сто пятьдесят, когда ездим по стране”. Это сократило мое жалованье вдвое, но… у этого человека был звук, на который шли, плюс у него была студия, а моя главная цель была – стать записывающимся артистом. Значит, в итоге это был хороший ход.
Когда я получил эту работу, самыми большими людьми у Джемми были Чака Демус и Тулло Ти, так что в первую ночь на Ред-Хиллз-роуд меня не так сразу подпустили к микрофону. Они подождали, пока заиграют медляки Studio One, и только после этого позвали меня. Они думали, что я выпаду из ритма, но парни не знали, что я пришел от Ю-Роя, всегда игравшего медленную классику на своем звуке, так что я разнес и это место к чертям. Брат Джемми Тревор, или Дядюшка Ти, пришел и доложил обо мне хозяину, и на
