Что ж они, мерзавцы, все одновременно на рябиновую табуретку не сели? Вот было бы здорово — три зеленые лужицы, и я вся в белом.
Эмбер щурился, греясь на солнышке.
— Как хорошо снова оказаться дома…
— Угу, без мертвого металла и враждебной экологии.
— Ты тоже чувствуешь облегчение?
— Нет. Я вообще особых перемен не замечаю.
— Жидкая кровь.
Вот если бы мою шею не сжимала петля, я бы вслух выразила всю гамму переполняющих меня эмоций. И не посмотрела бы, что передо мной принц этих самых…
— Кто такие альвы?
— Высшие фейри, владетели всего разношерстного народца.
— А Пак, он — пикси? Это самоназвание?
— Тебе незачем запоминать незнакомые слова, сирена. Как только моя мать выяснит пределы твоих возможностей, она лишит тебя жизни.
— Предпочитаю умирать информированной.
Эмбер хмыкнул:
— Ты смешная. Может быть, если ты не представляешь угрозы для нашего мира, Янтарная Леди отдаст тебя мне.
— Зачем?
— В моем гареме пятнадцать самок — и ни одной твоего вида.
— В смысле — человеческой? — Я пока плюнула на политкорректность, решив подробнее разузнать о своем предполагаемом будущем.
— Нет, хуманские есть, две или три. Одно время было модно заводить их, и специально обученные охотники доставляли самок из вашего мира. А вот сирен нет ни у кого, даже полукровок.
— Пожалуй, предпочту смерть, — после минутного размышления решила я.
— Кому есть дело до твоих предпочтений?
И тут мне… меня… Короче, в этот момент я поняла, что изменилось, когда хитрый охотник Ларс толкнул меня в калейдоскоп ведьмовского кургана. Если в своем мире я знала, что могу время от времени уговорить кого-нибудь на что-нибудь, то здесь, — в Фейриленде, я понимала, как это сделать. Связки мягко вибрировали, когда я предприняла первую робкую попытку.
— Эмбер, ты же не хочешь, чтобы я задохнулась от тугой петли?
Взгляд его желтых глаз стал рассеянным.
— Мне хочется связать твои руки, снять одежду и…
— Я тебе совсем не нравлюсь, — осторожно перевела я разговор. — Ты предпочитаешь высоких рослых блондинок, фей, похожих на Руби.
— Соратники не должны заниматься любовью друг с другом. Это извращение. А попробовать пленницу, маленькую свежую самочку другой расы…
Черт! Вот так вот живешь до двадцати трех лет, не привлекая внимания противоположного пола, пазлы в свободное от работы время собираешь, а потом — бабах! — и становишься объектом сексуального интереса сразу для нескольких мужчин. Ну хорошо, не мужчин — фей. (Это я вдруг про домогательства Руби вспомнила.)
— Это противно! Полукровки гадкие! Они не достойны принца. Тебе невыносимо даже находиться рядом с такой особой.
— Что же делать? — встревоженно поинтересовался паладин. — Убить? Мне не нравится запах хумановской смерти.
— Отпустить. Снять с ее шеи чародейскую петлю, и пусть катится на все четыре стороны, только чтобы не отравляла твою жизнь своим присутствием.
Пухлые губы паладина тронула улыбка.
— Уходи, полукровка! — Он прищелкнул пальцами, и мой поводок растаял, как утренний туман. — Не хочу видеть тебя.
Я не шевелилась, опасаясь прервать зрительный контакт хоть на мгновение.
— А теперь, грозный принц, тебе хочется спать. Ты закрываешь глаза, глубоко вдыхаешь сладкий свежий воздух и засыпаешь… засыпаешь… засыпаешь…
Я подхватила свой рюкзак, сдернула с пояса Эмбера первый попавшийся жезл, подавила в себе материнский инстинкт, требующий укрыть курткой сладко посапывающего паладина, и побежала в лес.
«Где север, там мох, где мох, там север», — бормотала я единственную известную мне примету. Ага, Дарья Ивановна, а там, где брошка, кажется, перёд. Далеко же вы убежите от опасности с такой теоретической подготовкой. Плевать! Я надела на плечи лямки рюкзака и с жезлом наперевес потопала куда глаза глядят. Под ногами пружинил ковер из прошлогодних листьев, тропинок не наблюдалось, поэтому, ориентируясь по мху на древесных стволах, я направлялась строго на юг. Перебирая в памяти картины своего недавнего видения, я немного представляла, в какой местности находится селение маленьких воинственных пикси. Лес там хвойный, ночное небо закрывают ветви сосен. И еще там не было бесконечного рокота волн. Значит, мне нужно идти прочь от берега. Все логично? Вот за эту логику я и держалась, чтобы не паниковать. А еще меня вела злость на вольного охотника Ларса. Его стремление спасти свою шкуру в ущерб моей убило в моем сердце зарождающуюся влюбленность. Моментально. Навсегда. Поэтому первым порывом, когда я услышала шум драки за деревьями, было пройти мимо. Правда, все равно победило любопытство. Я, прижавшись к стволу огромного дуба и по-жирафьи вытянув шею, смотрела, как Руби с Эсмеральдом с видом загонщиков пытаются порешить бывшего Блондина Моей Мечты. Не знаю, откуда Ларс умудрился вытащить пару изогнутых мечей, но в данный момент он раскручивал их над головой, мешая паладинам к себе приблизиться. Руби шипела, как кошка над котенком, сжимая в руке искрящий жезл, Эсмеральд орудовал двухметровым копьем, пытаясь наконечником достать блондина. Дзинь! Меч охотника отлетел в кусты, по плечу потекла кровь, кстати, вполне обычная на вид, а не зелено-золотая субстанция. Я решила, что пора вмешаться. Энергично встряхнув отобранным у Эмбера жезлом и чертыхнувшись, я поняла, что не знаю, как его активировать. Но как там нас учит народная мудрость? Раз в год и палка стреляет?
— Поберегись! — заорала я и метнула бесполезную штуковину в гущу сражения.
Уж не знаю, что в тонкой организации волшебной игрушки сломалось при ударе, но, соприкоснувшись с землей, жезл выбросил в воздух сноп оранжевых искр и взорвался, оставив после себя воронку и медленно оседающий дымовой гриб. В звенящей тишине я вышла из укрытия. Паладин лежал на земле, как дохлый паучок. Шестиногий паукан… Я осторожно приблизилась.
— Эсмеральд жив. — Руби сидела, прислонившись к древесному стволу. — Но не скоро придет в себя.
Я испуганно шарила взглядом по земле в поисках оружия. Фея закашлялась, вытерла рот ладонью, размазывая по подбородку золотисто-зеленую кровь.
— Уходи. Забирай своего охотника и уматывай.
Меня не нужно было уговаривать. Я подбежала к Ларсу, лежащему ничком на самом краю взрывной воронки. Он был в сознании, но это мне мало помогло. Его знатно потрепало. Черт! Я же не смогу тащить его на себе! А если переломы? Нужен врач! Ага, давай еще «скорую помощь» сюда вызовем.
— Оставь меня. — В серых глазах плескалась боль. — Найди Бусинку. Она отведет тебя к Господину Зимы или куда ты захочешь.
Я провела рукой по его светлым волосам.
— Ларс, послушай меня. Внимательно. Очень внимательно… Ты выздоравливаешь, боль уходит, тело наливается силой. Ты можешь подняться?
Он неуверенно встал, покачнулся и взял меня за руку.
— Я сделаю все, что ты хочешь, леди.
— Пойдем. Отведи меня в безопасное место, где мы залечим твои раны. Ты знаешь такое место?
— Да. — Он кивнул и тепло мне улыбнулся. — И потом ты споешь мне?
— Обязательно, — соврала я, изо всех сил пытаясь не рассмеяться. — Длинную прекрасную песню.
Я разыскала в кустах его рюкзак, накинула одну лямку на плечо поверх своего, и мы пошли.
— Ты, Даша, главное, с дороги не сверни, — непонятно сказала Руби на прощанье. — Удачи.
— Тебе нужна помощь?
— Сама справлюсь, вали уже.
— Тогда — пока.
Фея отвернулась, заканчивая разговор, и я переключила все внимание на Ларса. Его приходилось постоянно подбадривать. У меня уже горло горело от бесконечных разговоров. Держать правильный голос было чертовски трудно.
Часа через два блондин вывел меня к водопаду, спадающему с гребня холма в круглое озерцо.
— Здесь мы будем в безопасности, фейри не смогут нас учуять. — Он шагнул за водную завесу.
Холм оказался полым, выдолбленная в камне пещера могла вместить нескольких человек. Причем с комфортом. У глухой стены располагалась накрытая звериными шкурами лежанка. Контур очага отмечали гладкие валуны.
